«Наша премия с самого начала существует в другой системе координат»

Литературная премия БРИКС, лонг-лист номинантов которой был представлен общественности накануне, была задумана как проект, объединяющий народы на основе общих для всех ценностей. Это своего рода инструмент для межкультурного диалога и площадка для продвижения национальной литературы: произведения авторов, отобранных жюри, в итоге будут переведены и изданы в государствах БРИКС.

Какими критериями руководствовались эксперты при составлении лонг-листа? Достижимы ли цели премии в эпоху, когда фокус внимания аудитории смещается с книг на гаджеты? В чем отличие Литературной премии БРИКС от других международных премий? На эти вопросы изданию «За рубежом» ответил член жюри Премии, директор Государственного музея истории российской литературы имени В. И. Даля Дмитрий Бак.

---

– Как происходил отбор российских номинантов на Литературную премию БРИКС? Какими принципами руководствовались эксперты? Ведь произведений и авторов – великое множество: это и классика, и современная проза, и поэзия.

– Я бы предложил несколько иной взгляд. С моей точки зрения, среди номинантов желательно видеть не просто абсолютных классиков и эталонные книги, а именно тех писателей, чьи произведения имеют непосредственное отношение к ценностям, способным объединить культуры стран, входящих в БРИКС, противостоящих преобладанию глобалистических наднациональных тенденций в литературе. Подчеркну, я выдвигал именно авторов, а не конкретные книги.

– Задача Литературной премии БРИКС – наладить обмен духовными ценностями, помочь народам стран познакомиться и понять друг друга, разгадать душу, если можно так сказать. Есть и практическая сторона – интенсифицировать переводы произведений, отобранных в рамках премии, на языки стран БРИКС. Вы уже не раз говорили, что технический прогресс, увы, лишил человека того самого умения и желания читать бумажные книги: на смену пришли гаджеты, аудиокниги. Достижимы ли в таком случае задачи, поставленные в рамках Литературной премии? Как стимулировать современного человека включить чтение в свой подчас бешеный режим дня?

– Задачи определены совершенно верно, их решение выходит далеко за пределы нашей премии. Вернуть наших современников к чтению, противодействовать превращению человека в придаток технологий – главная цель современных писателей, критиков, а также издателей. Она буквально с каждым днем становится все более трудоемкой, менее выполнимой. Здесь нужна кропотливая, штучная работа, ее нельзя поставить на поток, алгоритмизировать. Люди начала нашего тысячелетия склонны везде искать готовые ответы, лайфхаки: какой рычажок повернуть, чтобы запустить пылесос, какое лекарство принять, если одолел насморк? Эти задачи вполне решаемы с помощью нужной «кнопки». А вот, скажем, проглотить необходимое снадобье, чтобы понять, наконец, «Анну Каренину» или «Евгения Онегина», никак не получится. Я всю жизнь (больше сорока лет) преподаю литературу и вижу, насколько же сложно побудить человека не повторять «правильные» мнения о литературе, а побудить его к встречному действию. Тот, кто приближается к пониманию литературы, должен меняться сам в процессе чтения и размышления над прочитанным. В нем самом должно происходить что-то важное, помимо усвоения новой информации, готовых истин. В этом процессе очень полезно затрудненное восприятие, важны попытки понять и оценить не заведомо знакомое, но что-то совсем новое, кажущееся поначалу чужим. Именно в этом контексте переводы произведений, которые войдут в наши премиальные списки, имеют огромное значение.

– Страны БРИКС – это многообразие традиций, верований, разные ценности. Будет ли в таком случае книга индийского писателя воспринята на ура, например, в России или же в Бразилии?

– Премия начинает свою работу в условиях очень нелегких. Попробуем попросить собеседника (пусть даже образованного и опытного в чтении) навскидку назвать известных ему не понаслышке писателей Китая, Индии, Бразилии и ЮАР! Много ли мы услышим в ответ имен, помимо, скажем, Лу Синя, Рабиндраната Тагора, Джона Кутзее и Жоржи Амаду? Мы пока еще очень поверхностно знаем культуры и литературы стран БРИКС, я уверен, что премия поможет сделать необходимые и очень важные шаги на пути к интеграции.

– В чем отличие премии БРИКС от других международных премий, присуждаемых за литературные произведения?

Международные литературные премиальные проекты очень часто заведомо ущербны по очень простой причине: чтобы в полной мере оценить достоинства произведения, надо прочитать его в оригинале. Возьмем для примера Нобелевку. Авторитетные и уважаемые эксперты нередко вынуждены принимать решение, не только не зная оригинального текста, но и перевода! Если книга написана не по-английски и не переведена на этот язык, то член жюри имеет дело только с внешними обстоятельствами популярности того или иного автора. Именно по этой причине так велико количество награждений по внелитературным мотивам.

Наша премия с самого начала существует в другой системе координат. Прямое знакомство всех членов интернационального жюри с каждым из выдвинутых произведений совершенно невозможно представить. В этих условиях возрастает роль общекультурной составляющей в премиальном процессе, необходимо большое количество взаимных консультаций, встреч, возможно, конференций и коллоквиумов. Мы постараемся исходную трудность преобразовать в преимущество, открывающее новые возможности для более глубокого сотрудничества.

– Российские книги на мировом литературном рынке – какова их доля сейчас? Что мешает популяризации произведений русских авторов за рубежом? Это современные реалии или же отсутствие новых гениев литературы? Или же недостаток идей, средств для продвижения и т. д.?

– Современный книжный рынок в высокой степени глобализирован, ориентирован на английский язык и англоязычную аудиторию. Как и во многих других областях, правильнее не надеяться на победу в прямой конкуренции с культурами, ориентированными на глобальную «северную» повестку, а формировать альтернативную повестку – «южную». Консолидация смыслов в координатах мира стран БРИКС обязательно перейдет в качество, ведь количество уже налицо. Чтобы убедиться в этом неоспоримом факте, достаточно суммировать население всех стран БРИКС.

– Как вы в целом оцениваете современную русскую литературу? Сейчас это всего лишь небольшое созвездие ярких авторов или же это настоящее многоцветье тем, писателей, форматов? Литература XXI века подстраивается под вкусы читателя, чтобы тираж произведения был продан или же предлагает аудитории темы для размышления?

– Литература всегда отражает то время, в которое она существует, это касается не только России. Сейчас, во многом в силу все тех же процессов глобализации и технизации, происходит процесс размывания единого литературного канона. Каждый издатель неизбежно ориентируется на разные группы читателей: кто-то предпочитает тревелоги, кто-то – семейные романы, другие любят научно-популярные книги и т. д. С этим приходится считаться. Самое трудное – побудить потенциального читателя пересечь границы условного сектора своих литературных предпочтений, попробовать новое, порою трудное. Самое главное здесь – правильно расставить приоритеты, этим мы надеемся заняться в том числе в рамках реализации проекта Литературной премии БРИКС.

---

Елена Бобкова
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney