Он заставил игры звучать

Поколение, выросшее на видеоиграх, редко задумывается, почему стартовое меню любой игры пробирает до мурашек. Почему гонка цепляет с первой ноты, а победный гол в футбольном симуляторе заставляет игрока привстать с удобного дивана или кресла. Мы отлично знаем эти эмоции, но почти никогда не задумываемся, кто за ними стоит. А между тем именно работа этого человека изменила не только звук, но и наше восприятие игр. Его зовут Стивен Шнар. Он никогда не стремился стать лицом индустрии, не искал публичности и не делал громких заявлений. Он просто начал относиться к музыке в видеоиграх как к полноценному искусству. Поэтому проекты Electronic Arts, за которые он отвечал, со временем стали восприниматься как настоящий культурный феномен.



Музыку в играх до Шнара чаще всего делали не музыканты или композиторы, а сами программисты. Получалось не очень. Она выполняла вспомогательную функцию и служила фоном для игрового процесса. Шнар перевернул эту логику. По его мнению музыка должна была не просто сопровождать игру, а объяснять игроку мир, который он ещё не увидел глазами, дать почувствовать игру до полного погружения в процесс.

Показателен пример игры The Sims 3. Сегодня кажется естественным, что мировые звёзды проводят концерты прямо внутри видеоигр или полностью встраиваются в игровой сеттинг. Еще в 2010 году предложение перезаписать хит на симлише, выдуманном языке The Sims, казалось бы крайне странным для любого известного артиста. Но именно Шнар смог убедить популярных артистов произносить бессмысленные комбинации звуков так, чтобы они ритмически и эмоционально звучали как полноценные тексты песен. К работе над игрой он привлёк My Chemical Romance, которые перепели свой новый на тот момент сингл Na Na Na. К проекту подключились и альт-рокеры Paramore: они перезаписали The Only Exception, сохранив нежность и драматургию трека, несмотря на то что слова Хейли Уильямс превратились в набор звуков. Среди звёзд, поддержавших эту авантюру, была и Кэти Перри. Она перепела Last Friday Night и надолго связала себя с EA и серией The Sims.


Серию игр FIFA Шнар тоже превратил в одну из самых мощных музыкальных платформ планеты. Его влияние здесь по-настоящему огромно. Для многих геймеров именно FIFA (теперь FC) стала главным музыкальным путеводителем. Стивен Шнар подходил к подбору музыки для футбольного симулятора не как обычный продюсер, который ищет уже готовый хит. Шнар принципиально не ориентировался на чарты и считал, что если песня уже звучит на радио, то ей не место в игре. Ему была важна свежесть, поэтому в FIFA попадали артисты, которых мир в тот момент только начинал открывать. Среди них были MGMT, Bloc Party, The Ting Tings, CHVRCHES, Empire of the Sun. Многие из этих музыкантов позже прямо говорили, что всплеск их популярности во многом был связан именно с FIFA.

Те же Glass Animals получили быстрый рост международной аудитории после попадания в саундтрек FIFA. Их музыку начали активно искать в Shazam, стримить и добавлять в плейлисты. Музыкант Bakar, британский инди-артист, чья песня Scott Free звучала в FIFA 19, также отмечал резкий прирост слушателей и внимание новой аудитории после выхода игры.

Показателен и более свежий пример британской рок-группы Lovejoy. Их сингл Portrait Of A Blank Slate в FC 24 стал трамплином их популярности. Аудитория расширилась, география туров выросла, а саму группу позже пригласили на фестиваль Coachella. Именно поэтому с 2001 года, с момента прихода Шнара в EA, FIFA стала тем, чем раньше были музыкальные каналы и радио. Здесь впервые играло то, что потом звучало из каждого утюга.

Группа Kasabian, один из ярких символов британского поп-рока, очень органично вписалась в FIFA-вселенную. Сами музыканты с детства жили футболом. Будучи родом из Лестера, они болеют за местный футбольный клуб «Лестер Сити». Участники группы позже ещё не раз признавались, что много играли в FIFA и давно мечтали попасть в ежегодную подборку Шнара. В итоге Kasabian неоднократно записывали треки для серии, и группа стала символом не только британского рока, но и британского футбола.

В гоночной серии Need for Speed Шнар также сделал музыку неотъемлемой частью игры. Музыка подбиралась под конкретную игру, её сценарий и режимы гонок. Вместе с темпом и стилем геймплея саундтрек менялся от части к части – от электронных синтезаторов хип-хопа до нью-метал риффов будущих звезд музыкальной сцены нулевых. Need for Speed стала игрой, где музыка во многом определяла ощущения от игры. Ты мог просто закрыть глаза и понять, какой NFS звучит: Underground, Most Wanted, Carbon, – каждый имел свою музыкальную философию.

Роль Шнара не ограничивалась поиском будущих звезд для создания треков под игры. Его подход изменил и положение композиторов в игровой индустрии. Он поднял их статус до сопродюсеров игровых миров. Композиторов начали привлекать к проектам на ранних этапах. Они участвовали в формировании атмосферы, продумывали музыкальную логику мира и то, какие эмоции будет испытывать игрок при первом знакомстве с игрой.


Вслед за опытом EA этот подход начали перенимать и другие разработчики. Так, Стивен Шнар повлиял на всю индустрию. Он сделал музыку неотрывной частью игровой идентичности, которая работает наравне с визуалом и сюжетом. Шнар построил и продолжает строить мост между миром музыки и миром игр. По этому мосту сегодня в обе стороны ходят миллионы людей по всему земному шару. Именно благодаря Шнару мы живем в мире, где условные исландские музыканты могут стать популярными в Бразилии за счёт филигранно подобранного плейлиста внутри футбольного симулятора.

---

Галоян Артур
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney