Доллар на вес золота

Начало 1970-х ознаменовалось кризисом Бреттон-Вудской системы, на которой держалась вся послевоенная экономика капиталистического мира. Резкий отказ США обменивать доллары на золото вызвал разногласия между Вашингтоном и странами созданного в 1957 г. Европейского экономического союза, что подтолкнуло страны Европы к началу собственной валютной политики. Об этом писала газета «За рубежом» в № 12 (613) от 17-23 марта 1972 г.

На исходе Второй мировой войны человечество задумалось о том, как защитить мир от новых экономических потрясений, подобных тем, что предшествовали обеим мировым войнам. В 1944 году на валютно-финансовой конференции ООН в американском курортном городке Бреттон-Вудс собрались представители 44 государств антигитлеровской коалиции. Их цель была амбициозна и предельно практична — создать устойчивые правила послевоенной мировой торговли и валютных отношений.



Система, разработанная в Бреттон-Вудсе, строилась на простой конструкции. Национальные валюты стран-участниц привязывались к доллару по фиксированному курсу. Центральные банки должны были поддерживать этот курс с помощью валютных интервенций — выходить на рынок и покупать или продавать свою валюту, если она начинала слишком сильно отклоняться.

Сам доллар был привязан к золоту по цене 35 долларов за тройскую унцию. Центральные банки других стран могли обменивать накопленные долларовые резервы на золото в США. Таким образом доллар фактически стал заменителем золота и основной резервной валютой мира.

В качестве институциональной основы были созданы Международный валютный фонд и Международный банк реконструкции и развития. МВФ формировался за счёт взносов стран-участниц и предоставлял кредиты государствам, испытывающим временные трудности с поддержанием валютного курса. МБРР занимался финансированием восстановления разрушенных экономик и поддержкой развития менее обеспеченных стран.

Любопытно, что к системе мог присоединиться и Советский Союз. Делегация СССР даже подписала соглашение, однако в конечном счете Москва так и не ратифицировала его.

Бреттон-Вудская система способствовала быстрому экономическому росту послевоенных экономик. Фиксированные курсы давали бизнесу предсказуемость, снижали риски валютных скачков и упрощали международную торговлю. Доллар стал удобным средством расчётов и накопления резервов. Период с конца 1940-х до начала 1970-х годов нередко называют «золотым веком капитализма». Однако система исправно работала, лишь пока США обладали крупнейшими золотыми запасами.


СИСТЕМА ДАЁТ СБОЙ

Поначалу система работала стабильно. США снабжали Европу и Японию товарами и кредитами, что обеспечивало высокий спрос на доллары. К концу войны в распоряжении Вашингтона находилось более половины мировых золотых запасов.

Однако к середине 1960-х начали проявляться проблемы. Экономики Западной Европы и Японии восстановились. Их доля в мировом производстве выросла, а доля США снизилась. Одновременно Соединённые Штаты наращивали расходы – на войну во Вьетнаме, международную помощь и свои социальные программы.

Долларов в мировой системе становилось всё больше. Золотой запас при этом не увеличивался такими же темпами. К 1966 году иностранные центральные банки держали долларов больше, чем США могли обеспечить золотом. Это означало простую вещь: если все потребуют обмена долларов на золото одновременно, выполнить обязательства будет невозможно.

С середины 1960-х годов страны начали активнее обменивать доллары на золото. Давление на систему усиливалось.


НИКСОНОВСКИЙ ШОК

Окончательно систему добили сами США.

15 августа 1971 года президент Ричард Никсон выступил с телеобращением и объявил о финансовых реформах для защиты страны от «спекулянтов» и валютного кризиса. Под спекуляциями подразумевались массовые продажи долларов и перевод средств в золото и более устойчивые валюты на фоне ожиданий его девальвации.

Реформы заключались в том, что США в одностороннем порядке прекратили обмен долларов на золото, фактически отказавшись от ключевого обязательства Бреттон-Вудской системы. Этот шаг вошёл в историю как «никсоновский шок».

Расчёт состоял в том, что Европа и Япония, зависящие от американского рынка, согласятся пересмотреть валютные курсы. Чтобы подтолкнуть партнеров к переговорам, США также ввели дополнительную 10-процентную пошлину на импорт. Это должно было вынудить бывших стран - участниц Бреттон-Вудса ревальвировать свои валюты, сделав их экспорт дороже, а американский дешевле и значит более конкурентоспособным.

К тому же эта мера уберегала США от стремительного истощения золотых резервов.

В декабре 1971 года в Смитсоновском институте в Вашингтоне страны «Большой десятки» подписали новое соглашение. Доллар был девальвирован примерно на 8 процентов. Европейские валюты и иена были ревальвированы.

Никсон назвал это «самым значимым денежным соглашением в истории мира».

Однако устойчивости это не принесло. Когда доллар слабел, европейские центральные банки были вынуждены скупать его, чтобы удержать курс в установленном коридоре. Для этого они увеличивали предложение собственной валюты. Денежная масса росла, усиливалась инфляция. Одновременно более дорогие европейские валюты делали экспорт стран континента менее выгодным.

Европа поддерживала доллар, но платила за это ростом цен и давлением на промышленность.

Довольно быстро стало ясно, что система остаётся нестабильной. Курсы постоянно подходили к границам допустимых колебаний. Центральным банкам приходилось всё чаще вмешиваться. Европейские страны критиковали США за мягкую денежную политику и сохранение бюджетного дефицита.

«Особую ожесточенность валютно-финансовым взаимоотношениям в капиталистическом мире придает позиция США. Характерно, что ратификация Вашингтонского соглашения началась именно в то время, когда его несостоятельность стала очевидной. Вместе с тем недавняя встреча представителей США и Общего рынка в Версале показала, что США намерены и впредь возлагать бремя поддержания курса доллара на партнеров, которым приходится расплачиваться за это ослаблением собственных финансовых позиций, дальнейшим сокращением экспорта в условиях спада производства, роста безработицы и инфляции».
 «За рубежом»,  № 12 (613) от 17-23 марта 1972 г.

Эти разногласия подтолкнули Европу к началу собственной валютной политики. В марте 1972 года страны ЕЭС запустили механизм «Европейской валютной змеи в тоннеле».

«Тоннель» означал общий коридор колебаний валют относительно доллара в пределах ±2,25 процента. «Змея» вводила более узкий диапазон между самими европейскими валютами – они не должны были существенно расходиться друг с другом. Центральные банки обязаны были вмешиваться, если курсы выходили за пределы.

Цель была проста – не допустить, чтобы европейские валюты «разбегались» и подрывали торговлю внутри региона. Европа пыталась создать внутреннюю устойчивость на фоне нестабильного доллара.
«Европа реагирует», — подчеркнула парижская «Насьон», комментируя решения сессии министров финансов и директоров центральных банков стран Общего рынка, на которой были приняты защитные меры против нарастающего валютного хаоса. Резкое падение курса доллара на валютных биржах, начавшееся как раз во время работы сессии, похоже, прибавило решимости её участникам.
«За рубежом»,  № 12 (613) от 17-23 марта 1972 г.

Однако и эта конструкция оказалась недолговечной. Массовая продажа долларов и переход капитала в более сильные валюты – продолжались. В феврале 1973 года доллар снова был девальвирован. Уже в марте шесть европейских стран отпустили свои валюты в свободное плавание.

Это стало фактическим концом Бреттон-Вудской системы. Мир вступил в эпоху плавающих курсов.

Окончательный крах Бреттон-Вудской системы усилил стремление страны Европы интегрировать свои экономики. Система «Валютной змеи» оказалась нестабильной и в конечном счете развалилась, но сама идея координации валют между странами ЕЭС была положительно воспринята странами сообщества. В 1979 году была создана Европейская валютная система с расчётной единицей ЭКЮ, а уже в 1999 году появился евро.

---

Иван Шапкин
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai