Сто лет ожидания

Президент Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва, возглавляющий ротационное председательство в МЕРКОСУР, впервые озвучил конкретную дату возможной подписи соглашения о свободной торговле между МЕРКОСУР и Евросоюзом — 20 декабря 2025 года. Об этом он заявил на полях саммита G20 в Йоханнесбурге 23 ноября, подчеркнув, что церемония пройдет в Бразилиа во время специального саммита лидеров блока.

По словам Лулы, это станет «моментом, имеющим особое значение», создавшим «самую крупную зону свободной торговли в мире» с охватом 722 млн человек и совокупным ВВП в 22 трлн долларов. Однако пока это похоже не на прорыв, а лишь на очередную попытку оживить процесс, который тянется уже более 25 лет и неоднократно срывался.

 

Переговоры между МЕРКОСУР (Бразилия, Аргентина, Парагвай, Уругвай и ассоциированные члены) и ЕС стартовали еще в конце 1990-х. В 2019 году казалось, что политическая договоренность достигнута, но пандемия COVID-19, смена правительств и растущие разногласия отложили ее финализацию. С тех пор дедлайны сдвигались уже несколько раз. В 2023-м текст был почти готов, а в 2024-м завершилась юридическая проработка, но сопротивление в Европе снова заблокировало прогресс. Лула, сделавший сделку приоритетом своей внешней политики, пытается использовать бразильское председательство в МЕРКОСУР для придания импульса, но, как отметил сам президент, даже после подписи «предстоит много работы, чтобы перейти от текста к реальным результатам».



Решение о создании зоны свободной торговли может вступить в силу после одобрения Европарламентом и большинством стран ЕС, но полная реализация зависит от ратификации всеми 27 парламентами ЕС и национальными парламентами МЕРКОСУР. И в этом главная проблема. Франция, крупнейший производитель говядины в ЕС, назвала сделку «неприемлемой» из-за слабых экологических стандартов в южноамериканском сельском хозяйстве и риска демпинга дешевой продукции. Более 40 НПО, включая фермерские ассоциации, требуют «значительных изменений» в тексте, который, по их мнению, не эволюционировал со времен договоренности 2024 года. В МЕРКОСУР, напротив, споры вертятся вокруг гарантий доступа на европейский рынок и уступок по промышленным квотам — особенно в Аргентине и Парагвае, где опасаются потери суверенитета.

В итоге даже если лидеры и устроят «красивую церемонию» в Бразилиа, настоящая битва развернется в парламентах. Там текст могут переписать под локальные интересы и затянуть процесс на годы или вовсе заблокировать.


ЗАМАНЧИВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

Это соглашение несколько больше, чем просто FTA (свободная торговля), это ground-breaking partnership, как его называют участники сделки, фокусирующееся на устойчивом развитии. Оно обязывает стороны соблюдать Парижское соглашение по климату, бороться с вырубкой лесов (с 2025 года на экспорт могут идти только deforestation-free, то есть продукты вроде сои, говядины и пальмового масла, производство которых не приводит к вырубке лесов) и защищать права работников.

Сделка, если все-таки состоится, создаст одну из крупнейших зон свободной торговли в мире, объединив два гигантских регулятора - МЕРКОСУР как ключевого поставщика сырья и ЕС как лидера в стандартах качества и экологии.

Соглашение ЕС–МЕРКОСУР объединяет два рынка с общим населением почти 745 миллионов человек — около 9,5 % жителей планеты. Совокупный номинальный ВВП зоны будет превышать 22 триллиона долларов (примерно 19 триллионов приходится на Евросоюз и еще 3 триллиона на страны МЕРКОСУР). По паритету покупательной способности эта цифра приближается к 28–29 триллионам и делает блок вторым по величине в мире после USMCA (США, Мексика, Канада).

В 2024 году двусторонний товарооборот уже составил 135–138 миллиардов долларов - европейцы поставили в регион товаров на 67 миллиардов, а получили из Южной Америки на 71 миллиард. После полного вступления соглашения в силу оборот вырастет на 35–70 % к 2035 году в зависимости от политической обстановки. Европейские компании будут экономить более четырех миллиардов евро ежегодно только на пошлинах, и это рекордное снижение за всю историю торговых сделок ЕС. Экспортеры МЕРКОСУР, в свою очередь, будут экономить от 3,8 до 4,2 миллиарда долларов в год.



К тому же ЕС остается крупнейшим иностранным инвестором в регионе: накопленный объем прямых инвестиций на конец 2023 года достиг 390 миллиардов евро. На данный момент для МЕРКОСУР Евросоюз второй по значимости торговый партнер после Китая (16,8 % внешнеторгового оборота), а для ЕС МЕРКОСУР занимает десятое место, что тоже неплохо (2,2 %).

В целом это ситуация win-win. Но успех зависит от ратификации и того, случится ли она.


ЕСЛИ ВСЕ ТАК ХОРОШО, ПОЧЕМУ ОНО ЗАТЯГИВАЕТСЯ ДЕСЯТИЛЕТИЯМИ

Переговоры, начавшиеся в 1999 году, несколько раз почти приближались к завершению (в 2004, 2010, 2016 и 2019 годах), но каждый раз останавливались из-за неразрешимых конфликтов интересов, которые сохраняются, несмотря на смену президентов и министров.

Аграрный вопрос: главная и постоянная причина торможения

Европейские фермеры боятся наплыва дешевой говядины, птицы, сахара и этанола из Бразилии и Аргентины. Французские, ирландские, польские и австрийские производители считают, что это разрушит их рынки, даже с учетом квот.

Франция, чтобы избежать новых протестов фермеров, даже заявила, что наложит вето, если не будут усилены защитные механизмы. Национальные фермерские союзы (FNSEA во Франции, IFA в Ирландии, Copa-Cogeca на уровне ЕС) имеют прямое влияние на правительства и Европарламент. Без их хотя бы нейтральной позиции ратификация в Совете ЕС и национальных парламентах просто невозможна.

Экологический вопрос

С 2019 года ЕС жестко привязал торговые соглашения к климатическим целям. В случае со странами МЕРКОСУР от них требуют:

• юридически закрепленного запрета на вырубку лесов при производстве экспортной продукции (EUDR);
• контроля за пестицидами, которые запрещены в ЕС, но разрешены в Бразилии;
• возможности вводить санкции за несоблюдение Парижского соглашения.



В 2023–2024 годах именно экология стала причиной того, что соглашение так и не было подписано. Еврокомиссия настаивала на отдельном «дополнительном инструменте» контроля за лесами, Бразилия же отказывалась его подписывать в предложенной форме.

Внутриполитический вопрос МЕРКОСУР

Аргентина при Кристине Киршнер (2003–2015) и при Альберто Фернандесе (2019–2023) блокировала открытие внутреннего рынка страны для товаров ЕС под предлогом защиты местной промышленности (в первую очередь авто, текстиля и металлургии). Уругвай также неоднократно угрожал выйти из МЕРКОСУР и подписать сделку с ЕС в одиночку (2022–2024), что на какое-то время парализовало общие переговоры. Парагвай и Боливия же часто занимают промежуточную позицию. И проблема в том, что без единства четырех стран текст юридически не может быть принят, проще говоря, достаточно одного «нет».

В итоге пока существуют мощное фермерское лобби в Европе, климатические красные линии ЕС и хроническая неспособность МЕРКОСУР договариваться, соглашение обречено оставаться в подвешенном состоянии независимо от того, сколько раз лидеры объявят очередной «исторический прорыв».


НО ПОЧЕМУ ЛУЛА НАЗЫВАЕТ ДАТУ, ЕСЛИ ПРОБЛЕМЫ НЕ РЕШЕНЫ

Заявление Лулы прозвучало 23 ноября на полях саммита G20 в Йоханнесбурге. И по «случайному совпадению» это совпадает с председательством Бразилии в блоке (июль–декабрь 2025).

Саммит G20 в ЮАР завершился без прорывов по глобальным вопросам (климат, торговля), но стал отличным поводом для двусторонних встреч, в частности с Урсулой фон дер Ляйен. После неудач с BRICS (где Аргентина отказалась присоединяться к объединению) и напряженности с США (тарифы Трампа), сделка с ЕС может принести новую геополитическую победу и выставить самого Лулу как глобального координатора и сильного партнера, с которым можно вести дела.

Для ЕС это своевременная возможность заявить о себе, как о все еще самостоятельном акторе и хоть немного диверсифицироваться от Китая и США, получив доступ к 295 млн потребителей МЕРКОСУР. Тем более что тема соглашения также обсуждалась на саммите ЕС–CELAC в Колумбии 9–10 ноября.



В январе 2026-го Бразилия передаст председательство Аргентине. И хоть Милей активно поддерживает сделку, но его позиция может сильно пошатнуться из-за внутриполитических разногласий. К тому же в Уругвае - новый президент, и это может снова затормозить процесс.

В то же время это удобный ответ на тарифы Трампа, а сделка с МЕРКОСУР компенсирует потери, давая Бразилии дополнительные 11,4 млрд долларов к ВВП к 2032-му.


ЕС, КОТОРЫЙ ПЫТАЕТСЯ НЕ ОТСТАТЬ ОТ США И КИТАЯ

Но если ЕС видит очевидные риски провала ратификации (не говоря уже о согласовании всех условий), то почему вообще не сворачивает сделку?

После провала TTIP (соглашение о трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве с США), блокировки CETA (соглашение о всеобъемлющем экономическом и торговом соглашении с Канадой) и многолетних споров с Китаем любая публичная капитуляция перед собственными фермерами и зелеными стала бы очередным красным флагом, сигнализирующим, что ЕС превращается во второстепенного игрока, который сам себе связывает руки.

Особенно в сравнении с Китаем, который доминирует в инфраструктуре и инвестициях в Латинской Америке. В 2024 году двусторонняя торговля Китая с регионом достигла 518 млрд долларов с ростом на 1,1 % год к году, а в мае 2025 года Пекин объявил о 9–10 млрд долларов кредитов и инвестиций в инфраструктуру, включая порты и энергетику. Китай также контролирует ключевые проекты, как мегапорт Чанкай в Перу (открыт в 2024-м), и фокусируется на «новой инфраструктуре» (транспорт, возобновляемая энергия), где его доля в BRI-проектах (проекты по программе «Один пояс, один путь») в регионе - 1 % глобальных вложений в 2025 году.

США тоже усиливают военное и экономическое присутствие в регионе. В 2023–2025 годах Вашингтон расширил SOUTHCOM (объединенное боевое командование Министерства обороны США, ответственное за военные операции в Южной Америке, Центральной Америке и Карибском бассейне). Разместил 4000 морпехов и флот (включая USS Gerald R. Ford) для борьбы с наркотрафиком, заключил соглашения о безопасности с Эквадором, Колумбией и Перу, а в ноябре 2025 года Трамп инициировал рамочные торговые сделки с Аргентиной, Гватемалой, Эль-Сальвадором и Эквадором.

И хоть недавно Брюссель обновил соглашения с Мексикой и Чили, нынешняя сделка лишь попытка ЕС закрепиться в регионе, в котором появляется все больше конкурентов. Даже если ратификация затянется на годы или сорвется, сам факт формально достигнутой договоренности станет красивым доказательством того, что ЕС еще может договариваться с крупными блоками. Лучше уж тянуть мертвый текст соглашения, чем официально похоронить идею глобального торгового лидерства Европы.


ЧТО ТОГДА СЛУЧИТСЯ 20 ДЕКАБРЯ

Есть шанс, что лидеры все-таки подпишут соглашение в Бразилиа. Красивая церемония состоится, и все участники выпустят амбициозные пресс-релизы, но затем документ положат в долгий ящик. Европарламент и ряд национальных парламентов отложат ратификацию до 2027–2028 годов или потребуют новых переговоров по квотам и экологии.


Возможно, подписание и вовсе отменят. Пока это наименее вероятный сценарий, Брюссель и Бразилиа вложили слишком много политического капитала, чтобы позволить себе публичный провал прямо на саммите. Однако если фермерские протесты резко обострятся или Франция наложит вето, у ЕС не останется других вариантов.

В итоге, даже если соглашение будет подписано, ощутимый эффект для бизнеса и потребителей появится не раньше конца десятилетия — если появится вообще.

---

Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney