Усидит ли Перу на двух стульях?

Перу стало одним из самых наглядных примеров того, насколько трудно стало Вашингтону сдерживать экономическое влияние Китая в Латинской Америке. За последние годы Пекин превратился для страны не только в крупнейшего торгового партнера, но и в важнейшего инвестора в инфраструктуру, энергетику и добывающую промышленность. США предупреждают Лиму о рисках такой зависимости, говорят об угрозах суверенитету и пытаются укрепить собственные позиции в регионе. Однако проблема Вашингтона в том, что китайское присутствие опирается не только на геополитику, но и на вполне конкретные экономические выгоды. «За рубежом» представляет перевод статьи Женевьевы Глатски и Митры Тадж для издания The New York Times, в которой авторы объясняют, пока Соединенные Штаты не предлагают сопоставимой по масштабу альтернативы, они не смогут убедить Перу порвать связи с Пекином.

В 2015 году послу Перу в Вашингтоне Луису Мигелю Кастилье позвонили из Госдепартамента США с претензией. Американские чиновники узнали, что китайская компания собирается финансировать строительство огромного нового порта на тихоокеанском побережье страны. Почему, спрашивали они, Перу позволяет Пекину получить стратегический плацдарм в Южной Америке?



Ответ Кастильи был прямым: потому что западные инвесторы уже отказались от проекта.

По его словам, перуанские предприниматели, продвигавшие строительство порта, «стучались в двери здесь, в США, и в Европе, но никто им не открыл». «А любое пространство, которое кто-то оставляет свободным, занимает другой», — сказал Кастилья.



Именно поэтому Перу превратилось в своего рода испытательный полигон для одного из главных экспериментов Дональда Трампа, который он надеется провернуть по всей в Латинской Америке, а именно - ослабить влияние Пекина в Западном полушарии.

Высокопоставленные представители американской администрации утверждают, правда бездоказательно, что проекты, финансируемые Китаем, угрожают суверенитету Перу, а порт Чанкай в будущем может стать опорной точкой для китайских военных.

Но в Перу напор Вашингтона сталкивается с упрямой реальностью. Китай уже стал крупнейшим торговым партнером страны и одним из главных инвесторов в горнодобывающую промышленность, энергетику и инфраструктуру. И именно эти связи во многом помогли Перу создать одну из самых устойчивых экономик Южной Америки.

Даже приход к власти в июле Кейко Фухимори — убежденного консерватора, обещавшей укреплять сотрудничество с Вашингтоном в сфере безопасности, — едва ли отвернёт Перу от Китая, как на то рассчитывает администрация Трампа.

Фухимори нигде и словом не обмолвилась о том, что намерена ослаблять связи с Пекином. В своей первой речи перед Конгрессом она назвала Перу «мостом» между Латинской Америкой и Азией.


И все же экономика продолжала устойчиво расти, инфляция оставалась низкой, а доверие инвесторов — высоким. Перу удалось избежать долговых кризисов и резких спадов, от которых пострадали некоторые его соседи.

Конечно, устойчивость экономики не означает, что ее успехами в равной мере пользуются все перуанцы. Миллионы людей по-прежнему живут в бедности, а школы и система здравоохранения хронически недофинансируются.

Но тем не менее сама экономика годами сохраняет удивительную стабильность. Эксперты объясняют это прежде всего независимостью центрального банка. Свою роль сыграло и то, что сменявшие друг друга правительства доверяли экономическую политику профессиональным экономистам, во многом ограждая ее от политических потрясений.

Еще одной важнейшей опорой этой стабильности стал Китай. Когда финансовый кризис 2008 года обрушил спрос на сырье в США и Европе, строительный бум в Китае продолжал поглощать перуанскую медь и железную руду. В итоге Китай обогнал США и стал крупнейшим торговым партнером Перу. Сегодня на него приходится примерно треть всего перуанского экспорта. «Все эти годы Китай был идеальным партнером, потому что покупал все», — говорит перуанский политолог Эдуардо Дархент.

Торговлей дело не ограничивается. Китайские компании постепенно занимали те ниши, из которых уходил западный бизнес. Государственные корпорации КНР скупали перуанские инфраструктурные активы у американских и европейских компаний и шаг за шагом расширяли свое присутствие в стране.



Эксперты объясняют такую экспансию в том числе тем, что Китай оказался более терпеливым партнером. Его государственные компании могут рассчитывать проекты на годы вперед, тогда как западный частный бизнес сильнее зависит от того, что нужно регулярно показывать акционерам прибыль.

Самым заметным символом этого долгосрочного подхода стал порт Чанкай. В ноябре 2024 года его лично открыл председатель КНР Си Цзиньпин, назвав «сухопутно-морским коридором Азия — Латинская Америка новой эпохи».

В Вашингтоне, однако, китайское присутствие воспринимают как угрозу.

Американские чиновники неоднократно предупреждали, что в будущем доступ к порту может получить китайский военно-морской флот. После открытия Чанкая представитель администрации Трампа даже предложил ввести 60-процентную пошлину на грузы, проходящие через контролируемые Китаем порты Латинской Америки. Впрочем, до реализации этой идеи дело не дошло.

«Китайские инвестиции способствуют продвижению политической повестки Коммунистической партии Китая за рубежом, нередко в ущерб странам, которые их принимают, — говорится в заявлении Госдепартамента. — Под руководством президента Трампа Соединенные Штаты работают над устранением рисков для безопасности и процветания нашего полушария».

В этом году спор вокруг Чанкая обострился еще сильнее. Поводом стал юридический конфликт из-за того, насколько широкими полномочиями обладает перуанский транспортный регулятор в отношении порта, которым управляет частная компания.

Госдепартамент воспользовался этим спором как еще одним аргументом против китайского присутствия. «Перу рано или поздно может потерять контроль над Чанкаем, находящимся сегодня в руках хищнических китайских владельцев, — написал он в феврале в X. - Пусть это станет предостережением для региона и всего мира: дешевые китайские деньги могут стоить суверенитета».



Чанкай, которым управляет китайский государственный судоходный гигант COSCO, уже позволил сократить время доставки грузов в Китай с почти 40 до 23 дней. Ожидается, что порт станет крупным торговым узлом и еще теснее свяжет Перу с азиатскими рынками.

Порт оснащен автономными кранами, беспилотными грузовиками и системами дистанционного управления грузовыми операциями. Под городом проложен тоннель длиной около мили, по которому контейнеровозы следуют прямо к портовым терминалам.

Меняется и сам Чанкай. В городе быстро открываются новые гостиницы и рестораны, а университеты и медицинские сети уже начали покупать землю под свои филиалы и офисы.

Политическая и экономическая элита Перу считает порт большим успехом страны и с раздражением воспринимает попытки администрации Трампа указывать Лиме, с кем и как ей выстраивать экономические отношения.

«Они постоянно пытаются его критиковать, но эта критика не особенно действует, — говорит Синтия Санборн, один из ведущих специалистов по Китаю из Тихоокеанского университета в Лиме. — Перуанцы действительно гордятся этим портом».

Особенно их задевают разговоры о том, что сотрудничество с Китаем якобы угрожает суверенитету страны. «А потом приходят США и говорят: "О, вы теряете суверенитет". Это очень патерналистский подход», — считает Санборн.

По словам аналитиков, подобные предупреждения Вашингтона кажутся многим перуанцам неубедительными еще и потому, что подходы Китая и США к сотрудничеству с Перу слишком различаются.

Китай вкладывает деньги в порты, шахты и энергетическую инфраструктуру. Американское же сотрудничество сосредоточено главным образом в сфере безопасности — причем значительную часть этих проектов оплачивает само Перу. Среди них - модернизация военно-морской базы стоимостью $1,5 млрд и закупка американских истребителей F-16. «Китайцы инвестируют в Перу, а Перу отдает свои деньги США», — говорит Санборн.

Особенно много споров вызвала возможная покупка 24 истребителей F-16 стоимостью $3,5 млрд. Критики сделки указывали, что такие расходы станут серьезной нагрузкой на государственный бюджет. «Разве для этих денег нет других, более важных применений, чем покупка истребителей?» — задаётся вопросом Кастилья, бывший посол, а ныне старший приглашенный исследователь Лондонской школы экономики.



Когда сделка по истребителям оказалась под угрозой срыва, Наварро написал в X, что Вашингтон воспользуется «всеми имеющимися инструментами» для защиты своих интересов, «если с США будут вести дела недобросовестно».

Однако влияние Китая в регионе проникло уже практически во все сферы. По данным экономиста Национального автономного университета Мексики Энрике Дусселя Петерса, китайские компании профинансировали в Латинской Америке более 300 инфраструктурных проектов общей стоимостью свыше $130 млрд и все активнее укрепляют позиции в таких сферах, как электроника и электромобили.

По его мнению, Вашингтон воспринимает торговлю с Китаем прежде всего как геополитическую и идеологическую проблему. Для стран Латинской Америки это в первую очередь вопрос экономики. Поэтому США банально недооценивают масштаб задачи, если действительно рассчитывают обратить вспять «огромное присутствие Китая во всех Америках». «Такое ощущение, будто люди думают: достаточно принять решение в пятницу — и к понедельнику Китай просто исчезнет», — сказал Дуссель.

Соединенные Штаты по-прежнему остаются одним из важнейших торговых партнеров Перу и главным рынком для его сельскохозяйственной продукции и текстиля — отраслей, которые создают гораздо больше рабочих мест, чем некоторые сектора, где сегодня доминируют китайские компании.

Кастилья признает, что у Вашингтона есть основания для давних претензий к отдельным китайским компаниям — от контрабанды и кражи интеллектуальной собственности до недобросовестной конкуренции.

Но, по его словам, требовать от стран выбрать сторону, не предлагая им сопоставимых по масштабу инвестиций, — значит рисковать отношениями с союзниками и подталкивать их еще ближе к Пекину. «Соединенные Штаты немного нас запугивают», - считают он.



Хосе Там, юрист, специализирующийся на азиатских инвестициях, и бывший глава Перуано-китайской торговой палаты, говорит, что в Перу бы только обрадовались более активным инвестициям со стороны США. «Геополитика — это не наша проблема, — сказал он. — Нам, как развивающейся стране, нужны инвестиции. И по большому счету нам все равно, откуда они приходят».

---

Перевод Марии Седневой
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai