Свободные от ответственности
ИДЕАЛЬНОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО НИЧЕГО НЕ РЕШАЕТ
31 марта 1905 года германский император Вильгельм II сошёл на берег в Танжере. Он проехал по городу верхом на белом арабском жеребце, провёл в нём около двух часов и заявил, что считает султана Марокко независимым государем. Этот короткий визит привел к Первому марокканскому кризису, Алхесирасской конференции и затянувшейся на два десятилетия дипломатической борьбе за город напротив Гибралтара. Самым точным определением этого режима было бы «организованное бессилие».
Обычно Танжер 1925–1956 годов вспоминают в контексте казино, шпионов, Пола Боулза, Уильяма Берроуза и незаконно полученных чемоданов наличных денег. Всё это действительно было. Причина такого криминально-романтизированного флера лежит в устройстве самого режима этой территории. Танжер интересен как редкий пример негативного суверенитета, то есть власть, которую намеренно лишили реальных рычагов влияния.
ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ СТОЛИЦА БЕЗ ДИПЛОМАТИИ
Международным Танжер стал задолго до 1923 года. Султаны держали европейских консулов подальше от Феса (бывшая столица Марокко до 1912 года), в портовом Танжере, и к XIX веку город фактически являлся дипломатической столицей Марокко. Здесь же находилась первая недвижимость США за рубежом — здание миссии подарил американцам султан Мулай Слиман в 1821 году. Также с 1840 года в городе работал Санитарный совет из иностранных консулов — предшественник будущего коллективного европейского управления.
Для Великобритании, хозяйки Гибралтара, были одинаково неприемлемы французские и испанские пушки на противоположном берегу. Франция не хотела усиления Испании. Испания же считала город естественной частью своей зоны и воспринимала его изъятие как попытку аннексии и унижения. Такое положение дел изменила Рифская война. После разгрома испанской армии при Анвале в июле 1921 года через танжерский порт шло оружие для повстанцев Абд аль-Крима (сторонники суверенного государства на севере Марокко и полного изгнания европейских колонизаторов). Мадрид тогда потребовал навести порядок, и переговоры приобрели статус срочных.
МЕХАНИКА ВЕТО
Конвенцию о статусе Танжера подписали в Париже 18 декабря 1923 года Франция, Испания и Великобритания. Обмен ратификационными грамотами состоялся в мае 1924 года, а работать новая международная администрация начала 1 июня 1925 года. Вскоре к режиму присоединились Португалия, Бельгия, Нидерланды и Швеция. Италия поначалу осталась в стороне. Бенито Муссолини отказался признавать соглашение, заключённое без участия его страны, и добивался для Рима места в управлении городом. В 1928 году договор пересмотрели, и Италия вошла в систему на равных правах с остальными странами.
Высшей властью в этой зоне стал Комитет контроля, в который входили консулы государств, подписавших конвенцию. Комитет мог наложить вето на любое решение местных законодателей, поэтому последнее слово в Танжере принадлежало иностранным дипломатам. Каждый из них получал инструкции из своей столицы и, как ни странно, прежде всего защищал её интересы.
Законы города принимало Законодательное собрание. Места в нём распределяли по национальным квотам. Французы и испанцы получали по четыре места, британцы — три, несколько мест доставались итальянцам и представителям малых держав. Коренных жителей представляли шесть марокканских мусульман и три марокканских еврея. И несмотря на то что марокканцы составляли большинство населения Танжера, в собрании они оставались в меньшинстве. Председательствовал на заседаниях назначенный мендуб (чиновник, официальный представитель султана).
Исполнительную власть возглавлял администратор. До Второй мировой войны эту должность обычно занимали французы, но после 1945 года её стали доверять представителям небольших стран, прежде всего — Португалии, Нидерландов и Бельгии. Так более крупные державы рассудили, что гражданин маленькой страны не сможет использовать пост в пользу кого-либо из них.
Суверенитет над демилитаризованной зоной формально сохранялся за султаном Марокко. При этом в остальной части страны реальная власть принадлежала французскому генеральному резиденту, а в самом Танжере ею распоряжались консулы. Сам же город считался марокканским, управлялся европейцами и ни одной стране полностью не принадлежал.
Решение оказалось компромиссным — суд не принял полностью сторону ни одной из стран, а лишь частично удовлетворил требования как Франции, так и США. В частности, суд подтвердил право США осуществлять консульскую юрисдикцию в спорах между американскими гражданами (а также лицами под их защитой), но отклонил довод США о том, что любое применение марокканских законов к американцам требует предварительного согласия Вашингтона. Также суд не признал за американцами иммунитет от налогообложения. Так крупнейшая держава мира, не участвуя в общей системе регулирования зоны, сохранила в Танжере собственный особый порядок.
ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ
14 июня 1940 года немецкие войска вошли в Париж. В тот же день испанские войска, в основном марокканские части из испанской зоны протектората, заняли Танжер. Мадрид объяснил это обеспечением нейтралитета, но уже в ноябре международные органы были распущены, а зону фактически присоединили к испанскому протекторату.
Весной 1941 года произошёл самый показательный эпизод, который хорошо демонстрирует, как изменился Танжер под испанской властью. После Первой мировой войны Версальский договор лишил Германию всех прав в Марокко, и немецкое консульство в городе закрылось. Когда испанцы заняли Танжер, они выселили мендуба из его резиденции — здания Мендубии. В марте 1941 года это здание передали немцам, и Германия снова открыла в городе своё консульство. Из Танжера немецкие агенты следили за Гибралтаром и считали британские корабли, проходившие через пролив.
Американские разведчики тоже работали в Танжере. В здании американской миссии находился полковник Уильям Эдди из Управления стратегических служб, военной разведки США. В 1942 году он собирал сведения о французских войсках в Северной Африке и готовил почву для операции «Факел». В ноябре того же года союзники высадились в Марокко и Алжире. Под нейтральным флагом разведки обеих сторон работали на расстоянии одной улицы друг от друга.
Международный режим Танжера строился на системе взаимного сдерживания: несколько держав (Франция, Великобритания, Испания и другие) контролировали ситуацию сообща, и ни одна не могла взять верх. Когда в 1940 году Франция потерпела поражение и фактически выпала из этой системы, баланс нарушился. Испания воспользовалась моментом и ввела войска в Международную зону Танжера. В итоге механизм совместного контроля перестал работать — статус-кво рухнул.
ЭКОНОМИКА ВАКУУМА
После окончания Второй мировой войны союзники решили судьбу Танжера без участия Испании. В августе 1945 года представители Великобритании, Франции, США и СССР собрались в Париже. Режим Франко сотрудничал с Германией, поэтому Испанию на переговоры не пригласили. Участники конференции потребовали, чтобы испанские войска покинули город, и 11 октября 1945 года это произошло.
Танжер снова получил международный статус, на этот раз временно. Теперь в Комитет контроля вошли и Соединённые Штаты, которые до войны держались в стороне. Советский Союз тоже получил право на место в управлении городом, но так им и не воспользовался.
После войны Танжер превратился в настоящий центр свободной торговли золотом и деньгами любого происхождения. Таможенные пошлины тут были, но чисто символические, потому что здесь по-прежнему действовали правила Алхесирасского акта 1906 года. Гораздо важнее было то, чего в Танжере не было - ни подоходного налога, ни ограничений на обмен валюты, ни требования объяснять властям происхождение средств. Открыть компанию или банк мог практически любой желающий.
Особенно выгодной оказалась торговля золотом. В Европе после войны государства строго контролировали оборот золота и валюты. По Бреттон-Вудским соглашениям 1944 года цена золота была закреплена на уровне 35 долларов за унцию. В Танжере золото можно было свободно покупать и продавать в любых количествах.
Ожидаемо город быстро рос. Обычно пишут, что перед войной в Танжере работало около полутора десятков банков, а в 1950-е годы их стало 85. Население, согласно тем же данным, увеличилось с нескольких десятков тысяч до примерно 150 тысяч человек. Люди, которые стремились защитить свои капиталы от высоких налогов, валютной нестабильности и риска национализации в европейских странах, нередко переводили средства в Танжер.
Торговля золотом строилась по простой схеме: металл законно ввозили в Танжер, а затем вывозили в страны, где его продажа была запрещена и где за него платили больше официальной цены. Чаще всего золото уходило в Индию и на Ближний Восток. Каждый посредник в этой цепочке получал свою долю.
Ещё одним доходным делом была перевозка сигарет. После войны в Танжере скупали списанные военные катера и возили на них американские сигареты к берегам Италии, Испании и Франции. В самом Танжере такая торговля была вполне законной, а нарушением она становилась только тогда, когда груз попадал в другую страну. На этом и держалось богатство города.
БОГЕМА В «ИНТЕРЗОНЕ»
Вслед за деньгами в Танжер потянулись писатели, художники и прочие богатые иностранцы. В 1947 году сюда переехал американский писатель и композитор Пол Боулз. Он прожил в городе больше 50 лет. Барбара Хаттон, наследница торговой империи Вулвортов и одна из самых богатых женщин своего времени, купила дворец в старой крепости Касбе и устраивала в нём знаменитые приёмы. С 1954 по 1958 год в Танжере жил американский писатель Уильям Берроуз. Здесь он написал роман «Голый завтрак», вышедший в 1959 году. Вымышленный город в этой книге Берроуз назвал «Интерзоной», по образцу международной зоны, в которой жил сам.
Этих людей привлекало в Танжере то же, что и банкиров. Власти почти ни во что не вмешивались, и здесь можно было жить, не привлекая к себе внимания и без неприятных последствий. Жизнь стоила дёшево, а нравы были свободнее, чем в Европе и Америке. По сути, богема и сделала Танжер знаменитым, создав вокруг него романтическую славу.
БЕЗ ПРИЧИНЫ ПРОДОЛЖАТЬ
Международная зона была создана для того, чтобы ни Франция, ни Испания не получили контроль над Танжером. Когда обе страны ушли из Марокко, такая зона стала просто не нужна. Франция признала независимость Марокко 2 марта 1956 года, Испания сделала это 7 апреля.
К независимости страна шла почти десять лет, и одним из первых шагов на этом пути стала поездка султана Мухаммеда V в Танжер. В апреле 1947 года он произнёс здесь речь, в которой говорил о единстве Марокко и о его связи с арабским миром. В Танжере уже не было ни французской, ни испанской колониальной администрации, поэтому султан мог открыто сказать то, что в Рабате ему бы не позволили.
29 октября 1956 года на конференции в городе Федала, нынешней Мохаммедии, международный режим Танжера официально отменили, и город вернулся под власть Марокко. Однако экономические льготы сохранились ещё на несколько лет. В 1957 году король своей хартией оставил Танжеру свободный валютный рынок и другие привилегии, чтобы капитал не покинул город. Эти льготы отменили в 1959–1960 годах. После этого банки и их клиенты по большей части перебрались в Швейцарию, Ливан и на Карибские острова. Деньги, которые когда-то искали убежища в Танжере, нашли себе новые места.
Танжер часто сравнивают с современными офшорами и свободными экономическими зонами. Сходство действительно есть, но между ними есть и важное различие. Современные офшоры обычно создают сами государства, чтобы привлечь деньги. Слабость власти в Танжере стала простым компромиссом великих держав, каждая из которых больше всего опасалась усиления остальных.
Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
Обычно Танжер 1925–1956 годов вспоминают в контексте казино, шпионов, Пола Боулза, Уильяма Берроуза и незаконно полученных чемоданов наличных денег. Всё это действительно было. Причина такого криминально-романтизированного флера лежит в устройстве самого режима этой территории. Танжер интересен как редкий пример негативного суверенитета, то есть власть, которую намеренно лишили реальных рычагов влияния.
ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ СТОЛИЦА БЕЗ ДИПЛОМАТИИ
Международным Танжер стал задолго до 1923 года. Султаны держали европейских консулов подальше от Феса (бывшая столица Марокко до 1912 года), в портовом Танжере, и к XIX веку город фактически являлся дипломатической столицей Марокко. Здесь же находилась первая недвижимость США за рубежом — здание миссии подарил американцам султан Мулай Слиман в 1821 году. Также с 1840 года в городе работал Санитарный совет из иностранных консулов — предшественник будущего коллективного европейского управления.
Алхесирасский акт 1906 года сохранил формальную целостность Марокко и закрепил формат «открытых дверей», то есть равные торговые права для всех держав и единую таможенную ставку около 12,5 % сообразно стоимости. Через шесть лет Фесский договор от 30 марта 1912 года установил французский протекторат. Испанскую зону на севере определила отдельная франко-испанская конвенция от 27 ноября 1912 года. В ней же было зафиксировано, что Танжер получит особый статус. Сам статус после этого обсуждали ещё 11 лет.
Для Великобритании, хозяйки Гибралтара, были одинаково неприемлемы французские и испанские пушки на противоположном берегу. Франция не хотела усиления Испании. Испания же считала город естественной частью своей зоны и воспринимала его изъятие как попытку аннексии и унижения. Такое положение дел изменила Рифская война. После разгрома испанской армии при Анвале в июле 1921 года через танжерский порт шло оружие для повстанцев Абд аль-Крима (сторонники суверенного государства на севере Марокко и полного изгнания европейских колонизаторов). Мадрид тогда потребовал навести порядок, и переговоры приобрели статус срочных.
МЕХАНИКА ВЕТО
Конвенцию о статусе Танжера подписали в Париже 18 декабря 1923 года Франция, Испания и Великобритания. Обмен ратификационными грамотами состоялся в мае 1924 года, а работать новая международная администрация начала 1 июня 1925 года. Вскоре к режиму присоединились Португалия, Бельгия, Нидерланды и Швеция. Италия поначалу осталась в стороне. Бенито Муссолини отказался признавать соглашение, заключённое без участия его страны, и добивался для Рима места в управлении городом. В 1928 году договор пересмотрели, и Италия вошла в систему на равных правах с остальными странами.
Высшей властью в этой зоне стал Комитет контроля, в который входили консулы государств, подписавших конвенцию. Комитет мог наложить вето на любое решение местных законодателей, поэтому последнее слово в Танжере принадлежало иностранным дипломатам. Каждый из них получал инструкции из своей столицы и, как ни странно, прежде всего защищал её интересы.
Законы города принимало Законодательное собрание. Места в нём распределяли по национальным квотам. Французы и испанцы получали по четыре места, британцы — три, несколько мест доставались итальянцам и представителям малых держав. Коренных жителей представляли шесть марокканских мусульман и три марокканских еврея. И несмотря на то что марокканцы составляли большинство населения Танжера, в собрании они оставались в меньшинстве. Председательствовал на заседаниях назначенный мендуб (чиновник, официальный представитель султана).
Исполнительную власть возглавлял администратор. До Второй мировой войны эту должность обычно занимали французы, но после 1945 года её стали доверять представителям небольших стран, прежде всего — Португалии, Нидерландов и Бельгии. Так более крупные державы рассудили, что гражданин маленькой страны не сможет использовать пост в пользу кого-либо из них.
Суверенитет над демилитаризованной зоной формально сохранялся за султаном Марокко. При этом в остальной части страны реальная власть принадлежала французскому генеральному резиденту, а в самом Танжере ею распоряжались консулы. Сам же город считался марокканским, управлялся европейцами и ни одной стране полностью не принадлежал.
Соединённые Штаты в конвенцию не вступили, ограничившись лишь сохранением прав, полученных по старым договорам с Марокко. Американские граждане в Танжере оставались под юрисдикцией собственного консульского суда и местным судам не подчинялись. Франция долго оспаривала эти привилегии, и в 1952 году этот спор дошёл до Международного суда ООН, который рассматривал дело о правах граждан США в Марокко.
Решение оказалось компромиссным — суд не принял полностью сторону ни одной из стран, а лишь частично удовлетворил требования как Франции, так и США. В частности, суд подтвердил право США осуществлять консульскую юрисдикцию в спорах между американскими гражданами (а также лицами под их защитой), но отклонил довод США о том, что любое применение марокканских законов к американцам требует предварительного согласия Вашингтона. Также суд не признал за американцами иммунитет от налогообложения. Так крупнейшая держава мира, не участвуя в общей системе регулирования зоны, сохранила в Танжере собственный особый порядок.
ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ
14 июня 1940 года немецкие войска вошли в Париж. В тот же день испанские войска, в основном марокканские части из испанской зоны протектората, заняли Танжер. Мадрид объяснил это обеспечением нейтралитета, но уже в ноябре международные органы были распущены, а зону фактически присоединили к испанскому протекторату.
Весной 1941 года произошёл самый показательный эпизод, который хорошо демонстрирует, как изменился Танжер под испанской властью. После Первой мировой войны Версальский договор лишил Германию всех прав в Марокко, и немецкое консульство в городе закрылось. Когда испанцы заняли Танжер, они выселили мендуба из его резиденции — здания Мендубии. В марте 1941 года это здание передали немцам, и Германия снова открыла в городе своё консульство. Из Танжера немецкие агенты следили за Гибралтаром и считали британские корабли, проходившие через пролив.
Американские разведчики тоже работали в Танжере. В здании американской миссии находился полковник Уильям Эдди из Управления стратегических служб, военной разведки США. В 1942 году он собирал сведения о французских войсках в Северной Африке и готовил почву для операции «Факел». В ноябре того же года союзники высадились в Марокко и Алжире. Под нейтральным флагом разведки обеих сторон работали на расстоянии одной улицы друг от друга.
Международный режим Танжера строился на системе взаимного сдерживания: несколько держав (Франция, Великобритания, Испания и другие) контролировали ситуацию сообща, и ни одна не могла взять верх. Когда в 1940 году Франция потерпела поражение и фактически выпала из этой системы, баланс нарушился. Испания воспользовалась моментом и ввела войска в Международную зону Танжера. В итоге механизм совместного контроля перестал работать — статус-кво рухнул.
ЭКОНОМИКА ВАКУУМА
После окончания Второй мировой войны союзники решили судьбу Танжера без участия Испании. В августе 1945 года представители Великобритании, Франции, США и СССР собрались в Париже. Режим Франко сотрудничал с Германией, поэтому Испанию на переговоры не пригласили. Участники конференции потребовали, чтобы испанские войска покинули город, и 11 октября 1945 года это произошло.
Танжер снова получил международный статус, на этот раз временно. Теперь в Комитет контроля вошли и Соединённые Штаты, которые до войны держались в стороне. Советский Союз тоже получил право на место в управлении городом, но так им и не воспользовался.
Вскоре началась холодная война, и нейтральный Танжер опять стал плацдармом для разведок стран. Здесь можно было встречаться, наблюдать за проливом и вести дела, не попадая под пристальный контроль внутренних разведок. Вскоре американцы разместили в окрестностях города передатчики радиостанции «Голос Америки», которые вещали на Европу и Ближний Восток.
После войны Танжер превратился в настоящий центр свободной торговли золотом и деньгами любого происхождения. Таможенные пошлины тут были, но чисто символические, потому что здесь по-прежнему действовали правила Алхесирасского акта 1906 года. Гораздо важнее было то, чего в Танжере не было - ни подоходного налога, ни ограничений на обмен валюты, ни требования объяснять властям происхождение средств. Открыть компанию или банк мог практически любой желающий.
Особенно выгодной оказалась торговля золотом. В Европе после войны государства строго контролировали оборот золота и валюты. По Бреттон-Вудским соглашениям 1944 года цена золота была закреплена на уровне 35 долларов за унцию. В Танжере золото можно было свободно покупать и продавать в любых количествах.
Ожидаемо город быстро рос. Обычно пишут, что перед войной в Танжере работало около полутора десятков банков, а в 1950-е годы их стало 85. Население, согласно тем же данным, увеличилось с нескольких десятков тысяч до примерно 150 тысяч человек. Люди, которые стремились защитить свои капиталы от высоких налогов, валютной нестабильности и риска национализации в европейских странах, нередко переводили средства в Танжер.
Торговля золотом строилась по простой схеме: металл законно ввозили в Танжер, а затем вывозили в страны, где его продажа была запрещена и где за него платили больше официальной цены. Чаще всего золото уходило в Индию и на Ближний Восток. Каждый посредник в этой цепочке получал свою долю.
Ещё одним доходным делом была перевозка сигарет. После войны в Танжере скупали списанные военные катера и возили на них американские сигареты к берегам Италии, Испании и Франции. В самом Танжере такая торговля была вполне законной, а нарушением она становилась только тогда, когда груз попадал в другую страну. На этом и держалось богатство города.
БОГЕМА В «ИНТЕРЗОНЕ»
Вслед за деньгами в Танжер потянулись писатели, художники и прочие богатые иностранцы. В 1947 году сюда переехал американский писатель и композитор Пол Боулз. Он прожил в городе больше 50 лет. Барбара Хаттон, наследница торговой империи Вулвортов и одна из самых богатых женщин своего времени, купила дворец в старой крепости Касбе и устраивала в нём знаменитые приёмы. С 1954 по 1958 год в Танжере жил американский писатель Уильям Берроуз. Здесь он написал роман «Голый завтрак», вышедший в 1959 году. Вымышленный город в этой книге Берроуз назвал «Интерзоной», по образцу международной зоны, в которой жил сам.
Этих людей привлекало в Танжере то же, что и банкиров. Власти почти ни во что не вмешивались, и здесь можно было жить, не привлекая к себе внимания и без неприятных последствий. Жизнь стоила дёшево, а нравы были свободнее, чем в Европе и Америке. По сути, богема и сделала Танжер знаменитым, создав вокруг него романтическую славу.
БЕЗ ПРИЧИНЫ ПРОДОЛЖАТЬ
Международная зона была создана для того, чтобы ни Франция, ни Испания не получили контроль над Танжером. Когда обе страны ушли из Марокко, такая зона стала просто не нужна. Франция признала независимость Марокко 2 марта 1956 года, Испания сделала это 7 апреля.
К независимости страна шла почти десять лет, и одним из первых шагов на этом пути стала поездка султана Мухаммеда V в Танжер. В апреле 1947 года он произнёс здесь речь, в которой говорил о единстве Марокко и о его связи с арабским миром. В Танжере уже не было ни французской, ни испанской колониальной администрации, поэтому султан мог открыто сказать то, что в Рабате ему бы не позволили.
29 октября 1956 года на конференции в городе Федала, нынешней Мохаммедии, международный режим Танжера официально отменили, и город вернулся под власть Марокко. Однако экономические льготы сохранились ещё на несколько лет. В 1957 году король своей хартией оставил Танжеру свободный валютный рынок и другие привилегии, чтобы капитал не покинул город. Эти льготы отменили в 1959–1960 годах. После этого банки и их клиенты по большей части перебрались в Швейцарию, Ливан и на Карибские острова. Деньги, которые когда-то искали убежища в Танжере, нашли себе новые места.
История международного Танжера позволяет сделать три вывода. Если сильные государства не могут поделить территорию, они иногда предпочитают сообща сделать её власть слабой, лишь бы она не досталась сопернику. Устойчивость этого порядка держится на равновесии сил между державами и рушится, как только нарушается баланс. После отмены особого режима деньги, которые он привлёк, не исчезают, а переезжают туда, где условия схожи, оставляя территорию ни с чем.
Танжер часто сравнивают с современными офшорами и свободными экономическими зонами. Сходство действительно есть, но между ними есть и важное различие. Современные офшоры обычно создают сами государства, чтобы привлечь деньги. Слабость власти в Танжере стала простым компромиссом великих держав, каждая из которых больше всего опасалась усиления остальных.
Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
15.10.2026
Важное
Промышленность ЮАР теряет позиции под натиском дешевых китайских товаров, поставки которых резко выросли после введения американских пошлин.
16.10.2026 09:00:00
В Японии готовят к запуску первый круизный лайнер Disney — с героями любимых мультфильмов, роскошными каютами и развлечениями на любой вкус. Первые путешествия начнутся в 2029 году.
15.10.2026 13:00:00
Другие Статьи
Нобелевскую премию по экономике присудили экономистам, чьи разработки помогли центробанкам предотвратить более глубокий спад после кризиса 2008 года.
Почему ЕС приходится менять правила перед приемом новых стран.
Виктор Согомонян, доктор политических наук, профессор факультета международной журналистики МГИМО МИД России - о мифах современного популизма и новых способах борьбы за избирателей в проекте «Альманах "За рубежом"».
За 135 лет существования баскетбол стал одной из самых популярных и зрелищных игр во всём мире. Игра, зародившаяся в школьном зале Северной Америки, покорила миллионы сердец. Однако лидерство основателей не может длиться вечно.