Счёт периферии

200 лет назад мекленбургский помещик Иоганн Генрих фон Тюнен, не выезжая далеко за пределы своего имения, объяснил миру, почему расстояние до рынка решает почти всё: что сеять, сколько стоит земля и где вообще уже нет смысла заниматься хозяйством. В юбилейный год около миллиона избирателей Мекленбурга - Передней Померании, земли с населением меньше, чем у одного Гамбурга, и с самой низкой плотностью населения в Германии, пришли на участки и нарисовали карту, где города оказались одного цвета, а всё, что между ними, — другого.

Разбираемся, почему партия, занявшая первое место, не получит власти, а проигравшая сохранит министерское кресло, где проходит граница между «центром» и «равниной» и при чём здесь уехавшие тридцать лет назад молодые люди. А заодно выясним, что сказал бы обо всём этом сам Тюнен.



ЧТО ПРОИЗОШЛО

20 сентября Мекленбург - Передняя Померания впервые отдала первое место «Альтернативе для Германии». По вторым голосам АдГ получила 38,2 % вторых голосов (по партийному списку), СДПГ Мануэлы Швезиг — 35,5 %, «Левые» — 6,5 %, «Зелёные» — 5,7 %. ХДС остановился на 4,9 %, BSW — на 4,8 %. Пятипроцентный барьер впервые в истории Федеративной Республики отсёк христианских демократов от ландтага. Явка поднялась до 78,1 % — на 7,3 пункта выше 2021 года и стала второй по величине с 1990-го.

Из 71 места четыре прошедшие фракции поделили палату так: АдГ получила 32, СДПГ — 29, «Левые» и «Зелёные» — по пять. Абсолютное большинство начинается с 36 голосов, и прежняя красно-красная коалиция Швезиг, располагая 34 местами, то есть 47,9 % палаты, оказывается в положении, в котором для полного контроля не хватает двух стульев. Добавив к ней «Зелёных», можно собрать 39 мандатов, и это единственная комбинация, в которой нет «Альтернативы». Все парламентские партии заранее отказались от союза с ней, а BSW, которая от этого не зарекалась, до ландтага не дошла, промахнувшись мимо барьера на 0,2 %. Так что пространство для манёвра в Шверине сузилось до одного коридора, и ведёт он через кабинеты «Зелёных».


КОНЕЦ ДВУХ ЭПОХ

Это девятые земельные выборы в постсоциалистической истории Мекленбурга. В 1990 и 1994 годах первой была ХДС, с 1998 по 2021 год, почти четверть века, — СДПГ. Теперь социал-демократы впервые за это время уступили первенство, а христианские демократы, партия канцлера, впервые с 1949 года не прошли в земельный парламент.



Сам канцлер не стал подбирать эвфемизмов. Выступая сразу после первых прогнозов, Фридрих Мерц назвал итог «катастрофой» и объяснил его тем, что ХДС оказалась перемолота в противостоянии с СДПГ и АдГ. Для лидера, чью позицию и без того подтачивают распри внутри союза, это признание звучит почти как самодиагноз.


ПОБЕДИТЕЛЬ БЕЗ КРЕСЛА

Что касается персональных сюжетов, Леиф-Эрик Хольм, которого АдГ выдвигала в министры-президенты, решил сразиться со Швезиг лицом к лицу в округе Шверин I. Он получил 28,2 % против её 54,4 % и в ландтаг не попал вовсе, поскольку места в земельном списке у него не было. Партия, ставшая первой в земле, осталась без собственного кандидата в главы правительства в зале заседаний. Зато лидер фракции Энрико Шульт взял округ с громоздким, как сама география периферии, названием «Мекленбургское поозерье I — Передняя Померания-Грайфсвальд I», получив 54,1 % первых голосов (за конкретного кандидата в избирательном округе).

Сама Швезиг остаётся личным якорем «центра». Другой немецкий исследовательский институт Forschungsgruppe Wahlen после выборов назвал её главным фактором успеха регионального отделения СДПГ: 68 % опрошенных оценили её работу как хорошую, а 61 % хотели видеть её министром-президентом, тогда как за Хольма высказались 33 %. В округе Шверин I она получила 21 369 первых голосов. Здесь уже действует не теория размещения, а обычное имя на бюллетене. Но и имя, как выясняется, работает лишь там, где ещё есть город.

Причём якорь этот держится во многом за счёт дистанции от столицы. Федеральное правительство и особенно сам Мерц оцениваются на северо-востоке крайне низко, и 55 % опрошенных считают, что резкая критика Швезиг в адрес Берлина помогла её партии. Региональное отделение СДПГ, по сути, выиграло у собственной федеральной партии: её рейтинг намного выше, чем у СДПГ в целом.


ПЕРЕВОРОТ?

Случился ли партийный переворот? Не совсем. СДПГ удержала городские «ядра» и почти не растеряла свой электорат: 360 393 «вторых» голоса против 361 769 пять лет назад (примерно на 1 400 бюллетеней меньше). АдГ прибавила больше 235 тысяч и забрала 22 из 36 прямых мандатов. Росток, Шверин, Висмар, Грайфсвальд и часть Штральзунда остались у социал-демократов. Озёрная равнина, внутренняя Передняя Померания и островные округа ушли к АдГ.


Социологи Forschungsgruppe Wahlen описывают это как «красно-синюю поляризацию»: ХДС и «Левые» пострадали от того, что многие избиратели, видя единственной альтернативой АдГ, предпочли голосовать за правительство во главе с СДПГ. При выборе между кабинетом под руководством АдГ или СДПГ 37 % высказались за первый вариант , а 60 % — за второй. Выборы превратились в референдум, где третьим просто не нашлось места.


ПОМЕЩИК ИЗ ТЕЛЛОВА

В 1826 году Иоганн Генрих фон Тюнен, помещик из Теллова под Тетеровом, человек, который считал урожаи, цены на зерно и расходы на подводы, опубликовал труд «Изолированное государство в его отношении к сельскому хозяйству и национальной экономии». Эта книга стала основополагающей для теории размещения. Тюнен вообразил идеальную равнину без рек, гор и соседей, с единственным городом-рынком посередине и показал, как издержки доставки сами собой раскладывают хозяйство концентрическими поясами. Вплотную к городу располагаются огороды, молочные фермы и всё скоропортящееся, что не выдержит долгой дороги. Дальше идут лес, зерно и пастбища, а там, где выручка уже не покрывает стоимости перевозки и рента падает до нуля, начинается условная «пустошь», на которую никто не тратит сил.

Если посмотреть на выборы 2026 года сквозь «тюненовские очки», то получается, что «центры» Швезиг — это университетские и портовые ядра, где ещё остаются рабочие места, земельная администрация, клиники и плотность жизни, при которой автобус ходит чаще раза в день. «Равнина» — округа, из которых 35 лет подряд уезжали люди и уходил капитал, оставляя после себя пустеющие деревни, в которых вероятность встретить на улице пенсионера заметно выше, чем ребёнка.


ГДЕ ПРОХОДИТ ГРАНИЦА

Все четыре округа Ростока, как и оба шверинских, остались за СДПГ. Висмар, старый ганзейский порт, дал социал-демократам лучший в земле результат по вторым голосам, 41,7 %. В Грайфсвальде, городе студентов и исследовательских институтов, округ выиграл министр Кристиан Пегель. В Нойбранденбурге картина уже двоится: второй городской округ СДПГ удержала, а первый ушёл к АдГ, так что граница между тюненовскими «кольцами» прошла не где-то в полях, а по улицам одного и того же города. Штральзунд разделился ещё показательнее. Чисто городской округ Штральзунд II социал-демократы удержали с перевесом в полпроцента, 35,4 % первых голосов против 34,9 % у АдГ, что трудно назвать иначе как символическим. А округа, в которых Штральзунд объединён с Рюгеном и материковой частью Померании, достались «Альтернативе» с 47,6 % и 45,1 %, то есть стоило к городу прибавить окрестности, как баланс опрокидывался.


С ОБРАТНОЙ СТОРОНЫ

Отдельного разговора заслуживают острова, которые на первый взгляд сами просятся в категорию «лояльного центра». Открытки с белыми виллами, курортные променады, летние толпы из Берлина и Гамбурга. Но в округе Передняя Померания - Рюген I АдГ получила 39,1 % вторых голосов против 36,7 % у СДПГ, а в Передней Померании - Рюгене V разрыв ещё больше, 41,7 % против 33,7 %. Для «Альтернативы» побережье – давняя опорная зона. Сезонная экономика, в которой заработок приходится на месяцы с мая по сентябрь, а зимой открытым остаётся разве что супермаркет, плохо вписывается в образ территории, встроенной в «мировое хозяйство». Интенсивное кольцо Швезиг образуют именно города, тогда как туристическая кромка Балтики в эту схему не укладывается.


ДВЕ РЕСПУБЛИКИ

Лучше всего разделение видно на крайних точках. Худший результат СДПГ пришёлся на округ «Мекленбургское поозерье I — Передняя Померания-Грайфсвальд I», где у неё 28,1 % вторых голосов против 51,7 % у АдГ, и это одновременно лучший результат «Альтернативы» во всей земле. Худший же результат АдГ зафиксирован в Ганзейском Ростоке III: всего 17,2 %, причём там её обошла не только СДПГ, но и «Зелёные» с 17,4 %. Университетский городской квартал и пустеющий озёрный край голосуют так, словно это две разные республики, которых разделяет не пара часов езды по трассе, а целая эпоха.


ГОЛОСУЮТ И ТЕ, КТО УЕХАЛ

Однако голосование за АдГ на востоке Германии коррелирует не только с удалённостью от центра, но и с возрастом населения, с оттоком молодёжи и с опытом трансформации 1990-х, когда за несколько лет исчезли колхозы и привычный уклад. Мекленбург - Передняя Померания в 1990 году была самой молодой землёй ФРГ, а к середине 2020-х её медианный возраст перевалил за 48 лет. С 1991 по 2024 год восток потерял в пользу запада около 1,2 миллиона человек. Примерно 700 тысяч из них составили женщины, и 60 % уехавших были моложе 25 лет, то есть уходили именно те, кто мог бы через несколько лет родить детей, открыть дело или хотя бы сохранить сельскую школу.



По данным исследования Фонда Конрада Аденауэра, лишь 11 % жителей считают экономическое положение земли хорошим; в 2016 году таких было 25 %, в 2021-м — 16 %. А доля тех, кто считает Мекленбург готовым к будущему, упала с примерно половины до 35 %. Это уже не вспышка раздражения, а хроническая «депрессивная тональность», которая, по оценке фонда, сопровождает землю давно.


БЕРЛИН И КРИВОЕ ЗЕРКАЛО

20 сентября голосовал не только Мекленбург. В Берлине первой силой стали «Левые» — 25,7 % и 47 мест из 158. За ними расположились ХДС с 18,8 %, АдГ с 16,3 %, «Зелёные» с 14,3 % и СДПГ с 12,1 %, а BSW при явке 74,2 % снова застряла у проходного барьера, остановившись на 4,7 %. Партия Сары Вагенкнехт в этот день смогла дважды недобрать до 5 % несколько десятых.

Мегаполис и периферийная земля выстроили партийные иерархии почти зеркальные друг другу. В Берлине лидируют «Левые», в Шверине — АдГ. Берлинская СДПГ съёжилась до 12,1 %, тогда как мекленбургская, опираясь на свои города и на личную популярность Швезиг, удержала 35,5 %. В итоге одна и та же партия в двух землях по соседству выглядит то почти маргиналом, то партией власти.

Это сопоставление разрушает устоявшуюся формулу, будто «восток голосует одинаково». Столичный мегаполис и восточная равнина разошлись в разные стороны, причём граница пролегла не между землями, а внутри них. Ганзейский Росток III, где АдГ набрала лишь 17,2 % и уступила даже «Зелёным», по своей логике гораздо ближе к берлинским кварталам, чем к озёрному краю в часе езды от самого Ростока.


ДВЕ КАРТЫ ОДНОЙ ЗЕМЛИ

Швезиг пригласила на зондирующие переговоры «Левых» и «Зелёных», выбора у неё, по сути, не было. АдГ со своими 32 местами остаётся сильнейшей фракцией, но, поскольку все остальные от союза с ней отказались, отправляется в оппозицию. Точно так же двумя неделями ранее вышло в Саксонии-Анхальт, где «Альтернатива» тоже пришла первой и тоже осталась у закрытых дверей.

Вопрос не в том, «вернётся ли периферия к центру», а в том, способен ли городской блок из 39 мандатов управлять землёй, где 22 из 36 округов и 38,2 % вторых голосов принадлежат партии, которую этот блок заранее исключил из любых переговоров. По сути, у земли теперь две карты. На карте парламентских мест соотношение 39 к 32, и это большинство. На карте округов соотношение 14 к 22, и это совсем другая земля, в которой правящий блок выглядит меньшинством. Управлять, опираясь на первую карту, было бы вполне демократично, но делать вид, будто второй карты не существует, значит повторить ошибку, за которую центр только что заплатил.


ЧЕГО НЕ ОБЕЩАЕТ КОНСТИТУЦИЯ

В речах о восточных землях часто всплывают «равноценные условия жизни», которые будто бы закреплены в Основном законе и которые государство якобы обязано обеспечить. Однако абзац 2 статьи 72 говорит о формуле «Создание равнозначных условий жизни». Там прописано лишь одно из условий, при которых федерация вправе забрать себе законодательную компетенцию, если этого требуют общегосударственные интересы. Это правило о том, кто пишет законы, Берлин или земли, а не право гражданина и уж точно не поручение Ландтагу подтянуть Пархим до уровня Ростока. Сама формула появилась в тексте в 1994 году, заменив прежнее требование «единообразия» условий жизни, которое после объединения выглядело бы издёвкой. В 2002 году Федеральный конституционный суд разъяснил, что «равнозначность» не означает ни простого улучшения жизни, ни механического уравнивания всех со всеми.


СЧЁТ ВЫСТАВЛЕН

Швезиг, скорее всего, соберёт свои 39 голосов и останется в государственной канцелярии в Шверине. Её «центры» устояли, и в этом смысле она выиграла, но земля, которой ей предстоит управлять, уже проголосовала «кольцами», и городское большинство в Ландтаге не отменяет того, что большая часть её территории окрашена в цвет оппозиции.



Важно и то, что этот счёт выставляется уже не в сердцах. Среди сторонников АдГ 54 % говорят, что партию выбирают прежде всего за её требования, и лишь 41 % — чтобы проучить остальных. Получается, что периферия голосует конкретно из-за программы, и это куда труднее отыграть назад. Тюнен описывал, как на дальней границе возделанной равнины рента падает до нуля и теряется смысл в существовании хозяйства. А 20 сентября Мекленбург показал, что происходит, если нулевая рента длится не сезон, а целое поколение.

---

Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai