Netflix подбросил монетку

Еще несколько лет назад разговоры о полнометражном кино, созданном искусственным интеллектом, воспринимались скорее как футуристический эксперимент. Сегодня это уже полноценное инвестиционное направление, в которое входят крупнейшие стриминговые платформы, технологические корпорации и голливудские звезды.

Так, в марте 2026 года Netflix закрыл сделку по покупке InterPositive — стартапа Бена Аффлека, специализирующегося на ИИ-инструментах для кинопроизводства. Сумма, раскрытая в июльском отчёте компании, составила 587 млн долларов. Компания с командой из 16 человек вошла в структуру стриминга, а сам Аффлек стал старшим советником.



Ставки растут, однако главный вопрос остаётся открытым. Если инвесторы уже сделали выбор в пользу ИИ, то зрители — нет. Пока одни видят в алгоритмах новую производственную революцию, другие опасаются, что вместе с технологиями кино потеряет самое ценное — человеческое авторство.



ТЕМПЫ РОСТА

По оценке Research and Markets, рынок искусственного интеллекта в киноиндустрии должен вырасти с 1,97 млрд долларов в 2026 году до 4,6 млрд к 2030-му при среднегодовом темпе в 23,6 %, а отдельные прогнозы по генеративному ИИ в кино называют уже цифру около 2,8 млрд к 2034 году. И даже при всех неизбежных расхождениях в методиках подсчёта общая картина остаётся однозначной: этот сегмент увеличивается кратно быстрее традиционного кинопроизводства, которое по-прежнему пытается сводить концы с концами на фоне растущих бюджетов и сокращающейся аудитории залов.

Netflix в этом процессе — отнюдь не одинокий игрок, готовый выкладывать сотни миллионов. Google через DeepMind вложил примерно 75 млн долларов в A24, причём партнёрство изначально ориентировано не на создание полностью синтетических фильмов, а на создание рабочих инструментов — прежде всего раскадровок и вспомогательных пайплайнов, которые должны встроиться в уже существующий процесс, не разрушая его. Параллельно швейцарская платформа Largo.ai, специализирующаяся на аналитике и предиктивных моделях для кино и рекламы, закрыла раунд Series A на 7,5 млн долларов, в числе участников которого оказался и Сильвестр Сталлоне — актёр, известный прежде всего умением улавливать конъюнктуру рынка и, теперь, судя по всему, решил проверить, насколько настрояния зрителей поддаются алгоритмическому расчёту. Капитал, таким образом, приходит не только от стриминговых гигантов, но и от технологических корпораций и заметных представителей самой индустрии, которые предпочитают не наблюдать за переменами со стороны, а заранее купить себе место за столом.

Логика этих вложений предельно прагматична и лишена романтического флёра. ИИ действительно сокращает время на рутинные операции постпродакшена, заметно снижает стоимость сложных визуальных эффектов и позволяет быстрее прогонять варианты, прежде чем принимать окончательные решения.


ПОМОЩНИК, А НЕ РЕЖИССЕР

ИИ в кино почти не берёт на себя создание фильма целиком и предпочитает работать поверх уже снятого материала, аккуратно встраиваясь в существующий производственный процесс, а не пытаясь его заменить. InterPositive, например, сознательно ограничил обучение своих моделей исключительно данными конкретной постановки, чтобы одновременно избежать юридических претензий по авторским правам и сохранить визуальную целостность, не допуская чужеродных стилистических вкраплений.

Типичные задачи таких систем остаются довольно техническими: восстановление недостающих кадров, замена или доработка фонов, коррекция освещения, удаление проводов и следов крепежа, рефрейминг и поддержание монтажной непрерывности.



«Если мы хотим и дальше видеть фильмы вроде "Дюны" — большие, насыщенные эффектами, — нам нужно понять, как урезать их стоимость вдвое», — говорил об ИИ сам Джеймс Кэмерон. При этом он подчеркивает, что речь «не про увольнение половины сотрудников на студии эффектов», а про увеличение скорости работы над кадром в два раза.


УСКОРЕНИЕ VS КОНТРОЛЬ

Часть продюсеров и режиссёров видит в ИИ вполне конкретную возможность сократить производственный цикл в разы, превращая то, что раньше растягивалось на месяцы кропотливой работы, в относительно быстрый и заметно более дешёвый процесс. Netflix, по словам его CEO Теда Сарандоса, уже применил генеративные инструменты примерно на трёхстах проектах, и в отдельных случаях — как с 17 минутами кадров, усиленных ИИ, в документальном сериале «The American Experiment» — удавалось делать это «вдвое быстрее и вдвое дешевле.

Другая часть индустрии, однако, упорно видит в нем потерю творческого контроля, размывание авторства, постепенное сведение на нет человеческого присутствия и юридическую неопределённость вокруг того, на каких вообще данных обучались модели. Бен Аффлек, создавая InterPositive, формулировал свою позицию так: «Я знал, что несу ответственность перед коллегами и нашей индустрией — защитить силу человеческой креативности и людей, которые за ней стоят. Создавая InterPositive, я стремился сделать именно это». И добавлял, что необходимо сохранить то, «что делает сторителлинг человеческим, — суждение. То, что формируется десятилетиями, оттачивается опытом и доступно только людям».

Похожие формулы звучат и из штаб-квартиры Netflix. Главный контент-директор Бела Баджария заявляла: «Мы считаем, что новые инструменты должны расширять творческую свободу, а не ограничивать её или заменять работу сценаристов, режиссёров, актёров и съёмочных групп». Элизабет Стоун, отвечающая за продукт и технологии, вторила: инновации должны «усиливать сторителлеров, а не заменять их». Тед Сарандос на квартальном звонке и вовсе подытожил: «Чтобы сделать что-то великое, нужны великие художники, и ИИ этого не меняет. ИИ просто даёт им лучшие инструменты».

Разделение, впрочем, проходит не столько по линии «за» или «против», сколько по вопросу границ допустимого. Помощь ИИ в постпродакшене принимается всё шире и уже почти не вызывает публичного сопротивления. Полная генерация полнометражного фильма без существенного человеческого участия по-прежнему вызывает отторжение даже внутри индустрии — достаточно вспомнить Гильермо дель Торо, который на Каннском фестивале и Comic-Con не стеснялся повторять куда более жёсткие формулировки вроде «К черту AI» и «Я скорее умру, чем буду использовать генеративный ИИ». Корпоративный язык при этом старательно сглаживает углы, но напряжение между обещанием «лучших инструментов» и страхом утраты контроля никуда не исчезнет.


А ЧТО ДУМАЕТ ЗРИТЕЛЬ?

Исследование консалтинговой компании Baringa, проведённое ещё в 2024 году среди более чем тысячи американских потребителей, до сих пор остаётся одним из самых чётких индикаторов разрыва между технологическим энтузиазмом и реальным спросом. Согласно его данным, 52 % респондентов предпочли бы фильм, снятый людьми и оценённый всего на 7 из 10, полностью созданной ИИ картине с оценкой 9 из 10. Только 11 % заявили, что им было бы комфортно смотреть исключительно ИИ-фильмы и сериалы, а 35 % — включая особенно высокую долю среди бэби-бумеров и поколения X — принципиально хотят, чтобы кино и сериалы всегда создавались людьми. Причём 57 % зумеров, которых принято считать более открытыми к новым технологиям, отдали предпочтение человеческому авторству.

Более поздние волны опросов Baringa, уже 2025 года, лишь подтвердили устойчивость этой тенденции к осторожному отношению к ИИ: около 70 % глобальных респондентов испытывали дискомфорт при мысли о полностью сгенерированном ИИ контенте, а 53 % — даже когда ИИ лишь помогал режиссерам. Главные причины, которые называли участники, — ощущение подлинности, оригинальности и личной связи с опытом автора. «Люди ценят человеческий контент потому, что считают его более аутентичным, оригинальным и отражающим человеческий опыт», — резюмировали аналитики компании, подчёркивая, что игнорировать эту установку для студий и платформ рискованно.



«Ожидания аудитории меняются быстро», —так  прокомментировала результаты управляющий директор A&M Пери Шамсаи, отмечая, что компании, которые сумеют правильно ответить на этот сдвиг, окажутся в выигрыше. При этом эксперты обеих сторон сходятся в одном: принятие резко растёт, когда технология позиционируется как помощник, а не как замена, и когда на первый план выходит качество истории, а не сам факт машинного происхождения.

Инвесторы и студии могут сколько угодно ускорять внедрение инструментов, наращивать мощности и сокращать издержки. Финальный вердикт по-прежнему выносит аудитория, которая пока в большинстве своём голосует за человеческое присутствие даже ценой некоторой потери технического совершенства — и готова мириться с ИИ лишь до тех пор, пока тот остаётся в тени авторов, а не занимает их место.

---

Иван Коновалов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai