Государство в государстве
ПОЧЕМУ НОВАЯ КАЛЕДОНИЯ ПОЛУЧИЛА СВОБОДУ НА БУМАГЕ, НО НЕ НА ДЕЛЕ
Многолетняя эпопея с независимостью Новой Каледонии подошла к концу. Ну или во всяком случае закончилась ее очередная глава. 12 июля Франция и ее заморская территория подписали «историческое соглашение». Новая Каледония станет государством, но в то же время останется под протекторатом Парижа.
Переговоры о судьбе архипелага проходили в пригороде столицы Франции Бужевале и, судя по всему, шли напряженно. Французские СМИ пишут, что они продолжались 10 дней подряд, а последний раунд вовсе длился 24 часа. В итоге переговорщики пришли к компромиссу: Новая Каледония получит частичный суверенитет, ей разрешат заключать международные договоры, другие государства смогут признать ее независимость, а в перспективе архипелаг станет членом ООН.
Несмотря на то что соглашение уже подписано, долгожданную самостоятельность Новой Каледонии дадут в лучшем случае через год. По плану сначала Париж проведет ревизию конституции, в феврале 2026 года новокаледонцы должны одобрить договор на референдуме, а к апрелю Франция издаст специальный закон, гарантирующий выполнение соглашения.
Впрочем, далеко не факт, что движение Новой Каледонии к самостоятельности пройдет спокойно, ведь ключевого противоречия договор, заключенный в Бужевале, не решил.
Чуть больше года назад, в мае 2024-го архипелаг сотрясли массовые протесты. Волнения длились все лето, для их подавления Парижу даже пришлось отправлять на заморскую территорию войска. Комендантский час, введенный тогда, сняли в декабре, а ограничения на митинги – лишь в апреле этого года. За время беспорядков погибли 14 человек, а в общий урон оценивается в почти $2,5 млрд.
Причиной волнений стала конституционная реформа, предложенная властями Франции. В 1998 году сторонники и противники независимости Новой Каледонии от Парижа заключили так называемое Нумейское соглашение. Оно дало заморской территории Франции широкую автономию и установило политический режим, при котором во власти обязательно должны находиться и лоялисты, и сепаратисты. Новокаледонцы договорились, что через 20 лет смогут провести три референдума о независимости. Но что более важно: соглашение «заморозило» избирательные списки. То есть голосовать на местных выборах позволили лишь людями, кто проживал на архипелаге в 1998 году, и их потомкам. Более поздних переселенцев автоматически лишали такой привилегии.
Если бы реформа прошла как задумано, то право голоса могли получить 25 тыс. из 42 тыс. человек, переселившихся на архипелаг после 1998 года. 12 тыс. приобрели бы его сразу, поскольку они родились и выросли на Новой Каледонии, еще 13 тыс. – спустя 10 лет беспрерывного проживания на острове. Коренные жители островов канаки сочли реформу попыткой изменить политический баланс сил в Новой Каледонии в пользу лоялистов: на островах проживает всего 300 тыс. человек, из них около 150 тыс. имеют права голоса и даже 25 тыс. человек могли серьезно изменить картину избирательных предпочтений, лишив сторонников независимости шансов на обретение суверенитета. Поэтому сепаратисты взбунтовались.
В результате волнений власти Франции отложили реформу и начали переговоры с новокаледонцами. Но, как показала практика, полностью от этой идеи не отказались. В Бужевальском соглашении французы все-таки продавили, чтобы в обмен на самостоятельность новокаледонцы дали право голоса всем, кто родился на островах и доказал, что беспрерывно жил там в течение 15 лет. Речь снова идет о добавлении к общей массе избирателей по меньшей мере 12 тыс. голосов лоялистов. И почва для недовольства сохраняется.
Очевидно, что Франция не просто так зациклилась на избирательных списках в Новой Каледонии. Необходимость диктует положение дел на международной арене, где для Парижа наступили по-настоящему тяжелые времена.
С 2023 года стремительно «схлопывается» неоколониальная империя Франции в Западной Африке. На фоне распространения антифранцузских настроений, а также политического и экономического кризиса в самой стране Парижу пришлось вывести войска из Мали, Буркина-Фасо и Нигера. В начале 2025-го французов попросили на выход Кот-д'Ивуар, Чад и Сенегал. Сейчас военное присутствие Парижа в Африке ограничивается лишь Джибути и Габоном. Хотя в последнем не так давно произошел военный переворот, и вывод французских солдат там тоже стоит на повестке дня.
И здесь важны не только престиж и традиционное желание Франции иметь вес в глобальных делах (хотя они тоже играют роль). Новая Каледония – это настоящий Клондайк различных минералов. Прежде всего никеля – на островах находится примерно 11 % мировых запасов этого металла (второе по величине месторождение в мире). Франции он критически важен, поскольку его используют в технологиях по возобновляемой энергии.
Также владение островами в Тихом океане дает Парижу массивную исключительную экономическую зону, позволяющую добывать ресурсы в океане. Ну и, конечно же, Новая Каледония служит важным военным хабом. В случае ухода французов там образуется геополитический вакуум, который наверняка быстро займут другие силы, например Китай. А на Западе это никому не нужно.
В общем, у Парижа много причин для того, чтобы всеми правдами и неправдами стараться удерживать Новую Каледонию в своей сфере влияния. Вероятно, попытка поиграться с «недонезависимостью» призвана сбавить накал страстей и обеспечить Франции уверенный контроль над территорией без дополнительных издержек. Вот только будет ли этого достаточно?
Виталий Рюмшин
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney
Переговоры о судьбе архипелага проходили в пригороде столицы Франции Бужевале и, судя по всему, шли напряженно. Французские СМИ пишут, что они продолжались 10 дней подряд, а последний раунд вовсе длился 24 часа. В итоге переговорщики пришли к компромиссу: Новая Каледония получит частичный суверенитет, ей разрешат заключать международные договоры, другие государства смогут признать ее независимость, а в перспективе архипелаг станет членом ООН.
Несмотря на то что соглашение уже подписано, долгожданную самостоятельность Новой Каледонии дадут в лучшем случае через год. По плану сначала Париж проведет ревизию конституции, в феврале 2026 года новокаледонцы должны одобрить договор на референдуме, а к апрелю Франция издаст специальный закон, гарантирующий выполнение соглашения.
ПОЧВА ДЛЯ НЕДОВОЛЬСТВА
Впрочем, далеко не факт, что движение Новой Каледонии к самостоятельности пройдет спокойно, ведь ключевого противоречия договор, заключенный в Бужевале, не решил.
Чуть больше года назад, в мае 2024-го архипелаг сотрясли массовые протесты. Волнения длились все лето, для их подавления Парижу даже пришлось отправлять на заморскую территорию войска. Комендантский час, введенный тогда, сняли в декабре, а ограничения на митинги – лишь в апреле этого года. За время беспорядков погибли 14 человек, а в общий урон оценивается в почти $2,5 млрд.
Причиной волнений стала конституционная реформа, предложенная властями Франции. В 1998 году сторонники и противники независимости Новой Каледонии от Парижа заключили так называемое Нумейское соглашение. Оно дало заморской территории Франции широкую автономию и установило политический режим, при котором во власти обязательно должны находиться и лоялисты, и сепаратисты. Новокаледонцы договорились, что через 20 лет смогут провести три референдума о независимости. Но что более важно: соглашение «заморозило» избирательные списки. То есть голосовать на местных выборах позволили лишь людями, кто проживал на архипелаге в 1998 году, и их потомкам. Более поздних переселенцев автоматически лишали такой привилегии.
Статус-кво продлился до 2024 года. На тот момент новокаледонцы уже провели положенные Нумейским соглашением три референдума. На всех голосованиях в 2018, 2020 и 2021 гг. лоялисты Франции одержали верх – причем в 2020 году победа досталась им с большим трудом (голоса распределились почти 50 на 50), а в 2021-м они набрали 96 % лишь за счет того, что сторонники независимости бойкотировали голосование. Так или иначе после провала трех попыток Париж решил изменить правила игры и в одностороннем порядке «разморозить» избирательные списки, чтобы закрепить успех.
Если бы реформа прошла как задумано, то право голоса могли получить 25 тыс. из 42 тыс. человек, переселившихся на архипелаг после 1998 года. 12 тыс. приобрели бы его сразу, поскольку они родились и выросли на Новой Каледонии, еще 13 тыс. – спустя 10 лет беспрерывного проживания на острове. Коренные жители островов канаки сочли реформу попыткой изменить политический баланс сил в Новой Каледонии в пользу лоялистов: на островах проживает всего 300 тыс. человек, из них около 150 тыс. имеют права голоса и даже 25 тыс. человек могли серьезно изменить картину избирательных предпочтений, лишив сторонников независимости шансов на обретение суверенитета. Поэтому сепаратисты взбунтовались.
В результате волнений власти Франции отложили реформу и начали переговоры с новокаледонцами. Но, как показала практика, полностью от этой идеи не отказались. В Бужевальском соглашении французы все-таки продавили, чтобы в обмен на самостоятельность новокаледонцы дали право голоса всем, кто родился на островах и доказал, что беспрерывно жил там в течение 15 лет. Речь снова идет о добавлении к общей массе избирателей по меньшей мере 12 тыс. голосов лоялистов. И почва для недовольства сохраняется.
РАСПАДАЮЩАЯСЯ ИМПЕРИЯ
Очевидно, что Франция не просто так зациклилась на избирательных списках в Новой Каледонии. Необходимость диктует положение дел на международной арене, где для Парижа наступили по-настоящему тяжелые времена.
С 2023 года стремительно «схлопывается» неоколониальная империя Франции в Западной Африке. На фоне распространения антифранцузских настроений, а также политического и экономического кризиса в самой стране Парижу пришлось вывести войска из Мали, Буркина-Фасо и Нигера. В начале 2025-го французов попросили на выход Кот-д'Ивуар, Чад и Сенегал. Сейчас военное присутствие Парижа в Африке ограничивается лишь Джибути и Габоном. Хотя в последнем не так давно произошел военный переворот, и вывод французских солдат там тоже стоит на повестке дня.
Кейс с Новой Каледонией демонстрирует, что центробежные процессы пошли дальше – теперь они угрожают не только сфере влияния Франции, но и целостности уже самой страны. Самим фактом политических переговоров Париж расписался в том, что сил и ресурсов на силовое подавление недовольных у него нет. Но отпускать заморские территории в «свободное плавание» власти страны тоже не хотят.
И здесь важны не только престиж и традиционное желание Франции иметь вес в глобальных делах (хотя они тоже играют роль). Новая Каледония – это настоящий Клондайк различных минералов. Прежде всего никеля – на островах находится примерно 11 % мировых запасов этого металла (второе по величине месторождение в мире). Франции он критически важен, поскольку его используют в технологиях по возобновляемой энергии.
Также владение островами в Тихом океане дает Парижу массивную исключительную экономическую зону, позволяющую добывать ресурсы в океане. Ну и, конечно же, Новая Каледония служит важным военным хабом. В случае ухода французов там образуется геополитический вакуум, который наверняка быстро займут другие силы, например Китай. А на Западе это никому не нужно.
В общем, у Парижа много причин для того, чтобы всеми правдами и неправдами стараться удерживать Новую Каледонию в своей сфере влияния. Вероятно, попытка поиграться с «недонезависимостью» призвана сбавить накал страстей и обеспечить Франции уверенный контроль над территорией без дополнительных издержек. Вот только будет ли этого достаточно?
Виталий Рюмшин
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney
17.07.2025
Важное
Южнокорейская компания Saean R&D Co., Ltd. представила новую технологию воздушно-реактивной тяги, которая может решить одну из главных проблем современных «летающих такси» — высокий уровень шума и ограниченную скорость аппаратов с открытыми воздушными винтами.
26.07.2026 13:00:00
Steam представил масштабное обновление списка желаемого и функции подарков. Пользователи могут создавать собственные категории, настраивать фильтры, делиться списками игр и отправлять подарочные карты даже без аккаунта.
26.07.2026 09:00:00
Другие Статьи
Племя охотников-собирателей жуцъоанси, живущее на северо-востоке Намибии, выработало уникальные знания в области астрономии. Однако растущее световое загрязнение в этом регионе может нарушить важную для них связь с лунным циклом.
В эпоху развития технологий главным инструментом культурного влияния становятся не государственные институты, а цифровые платформы, алгоритмы и миллионы обычных пользователей, формирующих международное восприятие стран.
«Живая ярость» не только стала одним из главных боевиков года, но и доказала, что зритель снова ценит реальные трюки больше компьютерной графики.
Рост военных расходов НАТО усиливает экономические проблемы европейских стран, снижает популярность правящих партий и способствует укреплению оппозиционных сил.