Да здравствует климатический суд?

Начнём с нескольких новостей последнего времени. В Парижском судебном трибунале слушается не самое обычное дело: французские некоммерческие организации против нефтегазового мейджера TotalEnergies. Компания обвиняется в том, что оказалась не способной должным образом среагировать на климатические риски.

Исход судебного процесса будет ясен через несколько месяцев. Но, если вердикт будет благоприятным для истцов, он создаст прецедент: впервые в юрисдикции Франции частную фирму по суду обяжут снизить производство ископаемого топлива. TotalEnergies обвиняют в нарушении французского закона от 2017 года о корпоративной должной осмотрительности и ст. 1252 Гражданского кодекса, позволяющей гражданам возбуждать судебные разбирательства в случаях ущерба для окружающей среды.



Учёные, консультирующие истцов, настроены довольно бескомпромиссно. Они утверждают: поскольку международное сообщество явно не справится с поставленной в Парижском соглашении 2015 года задачей – сдержать прирост глобальной температуры 1,5 градусами Цельсия против доиндустриального уровня (на самом деле 2 градусами. – А. Г.), – то надо «правовыми методами» сокращать выбросы парниковых газов.

Сама же TotalEnergies готова к обороне. Её юристы заявляют, что процесс «неправильно задуман и нелигитимен». По их словам, лишены смысла попытки запретить отдельно взятой компании заниматься нефте- и газодобычей, которая является сегодня частью глобальной энергетической системы. И запомним такой их аргумент: «Зал судебных заседаний – неподходящее место для продвижения энергетического перехода». Ещё один тезис – Парижское соглашение накладывает обязательства на государства, но не на корпорации – формально верен, но в реальной жизни может стать бумерангом.

Схожие судебные процессы разворачиваются неподалёку от Парижа, в Нидерландах. В 2021 г. суд распорядился, чтобы другая крупнейшая компания, Shell, сократила выбросы парниковых газов во всей цепочке поставок на 45 % к 2030 году. Хотя это решение впоследствии было отменено в апелляционном порядке, новая инстанция всё равно признала, что корпорации с высоким уровнем выбросов несут ответственность в контексте Парижского соглашения.



Эти эпизоды – часть широкой тенденции самого последнего времени. В мире растёт число «климатических» судебных процессов. По итогам первой половины 2025 года в 55 национальных и 24 международных и региональных судах было зарегистрировано 3099 дел, так или иначе связанных с проблематикой климата. Если учесть, что в 2022 году таких разбирательств было 2180, то налицо прямо-таки бурный рост. Некоммерческие организации, органы местной власти, частные игроки, правоохранительные агентства, правительственные учреждения всё чаще обращаются к судебным системам, пытаясь распутать противоречия в областях природоохраны, общественного здравоохранения, международных стандартов и нащупывая контуры «справедливого зелёного перехода».

Желающих «судиться за климат» всё больше и больше. В одних исках оспариваются бездействие либо чрезмерная регуляторная активность министерств и ведомств, в других – поведение корпораций, усугубляющее климатические неурядицы и беды окружающей среды, в третьих речь идёт о выполнении международных обязательств и защите уязвимых сообществ. Всё больше кейсов касаются зелёного очковтирательства, когда компании вводят в заблуждение потребителей относительно экологичности своих товаров и услуг.

Важным сдвигом последних 2-3 лет стало куда более предметное и влиятельное вовлечение региональных и глобальных судебных органов. Они в немалой степени определяют, как нормативные сигналы из залов суда превращаются в политические установки.

Так, в апреле 2024 г. Европейский суд по правам человека вынес знаковый вердикт. Он взял сторону группы пожилых швейцарок, выступивших против собственного государства, которое они обвиняли в том, что, не достигнув заявленных целей в борьбе с климатическим кризисом, оно поставило под удар их здоровье. ЕСПЧ постановил, что Швейцария не выполнила свои обязательства, и обязал власти выплатить пенсионеркам 80 тыс. евро в качестве компенсации расходов и издержек. Главное же состояло в том, что упрёк в климатическом «бездействии» правительства страны создал прецедент, который не могут не учитывать прочие европейские государства.



Межамериканский суд по правам человека (МАСПЧ) в июле 2025 г. вынес консультативное заключение, которым впервые в мировой практике обозначил право человека на «здоровый климат» (таковое не зафиксировано ни в одном международном договоре) и признал, что и государства, и частные компании должны регулировать выбросы парниковых газов. Особо были выделены наиболее хлопотные отрасли: добыча и переработка ископаемого топлива, цементная промышленность и сельское хозяйство.

Наконец, рубежным стало консультативное заключение Международного суда ООН 23 июля 2025 года по делу о правоотношениях государств в сфере борьбы с климатическими изменениями. Суд сделал акцент на том, что договоры по климату являются обязательными, а не какими-то рекомендациями. Да, этот сигнал имеет скорее политический, нежели правовой характер, ибо и конвенция ООН (РКИК), и Парижское соглашение – документы, обязывающие по своей сути. Однако, кроме того, суд сделал довольно кардинальный вывод: непринятие неким государством мер по сохранению климатической системы может квалифицироваться как проступок и стать наказуемым.

Активисты зелёного перехода встретили вердикт с ликованием. Многие страны Глобального Юга (и особенно малые островные государства, инициировавшие разбирательство) аплодировали тому, что главный суд ООН подтвердил принцип «общей, но дифференцированной ответственности» всех стран в борьбе с разрушением окружающей среды. А значит, обязанности постиндустриального Севера выделять серьёзные финансы на смягчение последствий климатических передряг, адаптацию к ним (а также, вероятно, и возмещение уже понесённого ущерба).

Коротко говоря, обширный документ Международного суда открывает «новые фронты» в околоклиматических тяжбах. Как прогнозируют эксперты, он позволит инициировать иски относительно дефектов национальных климатических законодательств, прорех в стратегиях и планах. Но вполне можно ожидать и того, что государства будут схлёстываться в судах, предъявляя взаимные претензии.



Тем временем в индустриально развитых странах волна судебных тяжб поднимается всё выше, прежде всего в США, чья политическая системы вообще завязана на разветвлённую структуру судов. После повторного прихода к власти Дональд Трамп и его администрация развернули беспрецедентные усилия по демонтажу законодательства и политических установок в области природоохраны, унаследованных от президентства Джо Байдена (дерегулирование, прекращение финансирования климатических программ, изменения в структуре энергопотребления в стране и т. п.). В этом Трампу помогает то, что 28 % судей в федеральной судебной системе и трое из девяти судей Верховного суда назначены им.

Однако противники нынешнего президента немедленно развернули контратаки в залах судебных заседаний. Так, в феврале окружной суд Техаса аннулировал закон штата, который обязывал госструктуры прекращать инвестировать в финансовые компании, «бойкотирующие» ископаемое топливо. Но в развернувшейся нешуточной рубке, видимо, пока больше успехов у сил, ориентирующихся на Белый дом. К примеру, меньше месяца назад Vanguard, крупная компания по управлению инвестициями, была вынуждена заплатить штраф почти в $30 миллионов по решению суда, который счёл, что она манипулировала рынком угля в рамках своей ориентации на «левацкую» корпоративную стратегию ESG.

Климатические разбирательства – вещь весьма головоломная, требующая серьёзной экспертизы от членов судейских коллегий, которой те по определению не обладают. Приходится привлекать специалистов со стороны, чтобы погружаться в большое количество документов. Упомянутый выше процесс в Международном суде ООН занял многие месяцы, порядка 90 стран представили свои письменные заключения по делу. Неудивительно, что в США на судейских столах лежит специальный учебник, подготовленный Федеральным юридическим центром (кстати, по мнению критиков, он слишком склоняется к взглядам зелёных радикалов).

Тенденция искать решения сложных климатических и природоохранных проблем в стенах суда начинает проявляться и в России. С мая 2024 г. на рассмотрении Конституционного суда РФ находится инициатива НКО «Экозащита!», настаивающая на пересмотре указов президента и ряда законов, не обеспечивающих эффективных мер по снижению выбросов парниковых газов и реализацию прав граждан на благоприятную окружающую среду. Решения Конституционного суда по этому делу пока нет. (В 2022 г. те же истцы обращались в Верховный суд РФ, но тот отказался принять их заявление к рассмотрению.)



Во многих случаях речь идёт о реалистичных концепциях, но в других – об идеях, пожалуй, опережающих своё время (признание прав природы и т. п.). Сложно спорить с тем, что упор на подотчётности как государств, так и крупных корпораций позволяет продвигать «климатическую справедливость» в духе международных договоров (Парижское соглашение и т. д.).

Но климатические судебные разбирательства не панацея. На деле, как выясняется, нередко цель тяжб состоит в том, чтобы перенаправить денежные потоки от сектора ископаемого топлива в сторону возобновляемых источников энергии (и наоборот). Нередко зарабатывают в ходе таких процессов лоббистские группы, финансируемые крупными фондами типа Open Society Foundation Дж. Сороса.

Дело не только в подобном конфликте интересов. Нельзя упускать из вида саму природу судебных процессов, которые вряд ли способны во всех случаях разрубать гордиевы узлы, над которыми бьются учёные, эксперты, дипломаты и политики.

Одним словом, не стоит, уподобляясь герою Георгия Вицина из «Кавказской пленницы», торопиться провозглашать: «Да здравствует климатический суд – самый гуманный суд в мире!»

---

Александр Горелик, эксперт по международным организациям
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai