Глазам больше нельзя верить?

Распространение синтетических видео могло бы – по крайней мере для части аудитории СМИ – стать стимулом для более осознанного потребления информации. Понимание того, что искусственный интеллект способен правдоподобно визуализировать практически любой сюжет, может «рационализировать» восприятие, постепенно снизив эмоциональный элемент. Но нельзя исключать и иных сценариев, при которых осознание заведомой неправдоподобности контента не будет препятствием для его потребления, пишет программный директор клуба «Валдай» Антон Беспалов на сайте «Валдайского клуба».

11 сентября 2001 года миллионы людей по всей планете наблюдали в прямом эфире небывалое: разрушение нью-йоркских башен-близнецов, одного из символов американского могущества, в результате теракта, дерзкого по замыслу и бесчеловечного по исполнению. Это событие не только оказало влияние на мировую политику и подходы к обеспечению внутренней безопасности, но и в очередной раз зафиксировало ключевую роль визуального контента в журналистике. Доставку этого контента осуществляло телевидение – на тот момент самое совершенное с точки зрения технических возможностей средство массовой информации. А визуальное подтверждение служило для аудитории главным критерием истинности: «видел собственными глазами» означало «знаю». Уже был написан эпохальный роман «Generation "П"», но тогда описанные в нём отношения между телевизором и реальностью воспринимались как психоделическая сатира, сегодня же – это вполне вероятный образ будущего.




Четверть века спустя мы живём в мире, где продолжает доминировать визуальный контент, но коренным образом изменились как его источники, так и взаимоотношения с реальным миром. Сначала его создание перестало быть привилегией профессионалов. В первые два десятилетия XXI века распространение мобильных устройств привело к взрывообразному росту пользовательского контента, а появление видеохостингов на фоне всё более доступного широкополосного – а затем мобильного – интернета сделало веб основным каналом его распространения. Параллельно с этим выросла роль интернет-персоналий (инфлюэнсеров) как источника новостей. Согласно последнему Digital News Report Института Reuters, в 2025 году в США соцсети с видеоконтентом впервые стали основным источником новостей для большей части аудитории СМИ (54 процента против 50 процентов у телевидения и 48 процентов онлайн-СМИ).

Третье десятилетие проходит под знаком искусственного интеллекта с его беспрецедентными возможностями по созданию правдоподобных – но полностью синтетических – образов. «Генеративный ИИ, – замечает большая языковая модель, которая была ознакомлена с этой статьёй, – не просто размывает границу между реальным и сконструированным, а делает саму эту границу практически непроходимой для человеческого восприятия». Даже если в данном случае ИИ демонстрирует свойственную ему самоуверенность, опасность вполне реальна.

Сегодня пользователь, объединивший в себе функции зрителя и читателя, в большей степени, чем когда-либо прежде, имеет право усомниться в том, что видит на экране. Монтаж и выборочное редактирование, бывшие основными инструментами манипуляций с видео в до-ИИ эпоху, уходят в прошлое, всё большее распространение получают высококачественные дипфейки. Та часть аудитории, которая обладает навыками фактчекинга, либо начинает искать подтверждения/опровержения увиденного, либо переходит на гиперкритические позиции: любой видеоконтент, особенно, если он переходит в разряд вирусного, начинает восприниматься как потенциально фейковый.


Но, строго говоря, правда никогда не была основным запросом пользователей при взаимодействии с новостным потоком: гораздо важнее подтверждение уже существующих установок. Сегодня более или менее осознанное формирование собственного цифрового пузыря является магистральной линией поведения пользователей. Визуальное подкрепление того, что пользователь «и так знает», независимо от степени аутентичности контента, логично вписывается в эту тенденцию. Отдельный вопрос касается распространения коротких видео, становящихся для многих – особенно молодых поколений – основным способом потребления информации. Научные исследования последних лет подтверждают негативное влияние этого формата на когнитивные способности, в частности на продолжительность концентрации внимания, что, в свою очередь, открывает новые возможности для манипуляции.

Но здесь следует сделать два замечания. Человеческое свойство искать не правды, а подтверждения своей точки зрения (confirmation bias) было описано как минимум ещё Фрэнсисом Бэконом. «Разум человека всё привлекает для поддержки и согласия с тем, что он однажды принял, – потому ли, что это предмет общей веры, или потому, что это ему нравится. Каковы бы ни были сила и число фактов, свидетельствующих о противном, разум или не замечает их, или пренебрегает ими, или отводит и отвергает их посредством различений с большим и пагубным предубеждением, чтобы достоверность тех прежних заключений осталась ненарушенной», – писал он в «Новом Органоне» .

Что касается алармистских настроений при появлении новых медиа, то они сопровождали человечество с древнейших времён. И не только новых, но и медиа в принципе. Так, Платон в своём диалоге «Федр» подвергает критике письмо, противопоставляя ему запоминание как истинную, а не мнимую мудрость: «…и тот, кто рассчитывает запечатлеть в письменах своё искусство и кто в свою очередь черпает его из письмен, потому что оно будто бы надёжно и прочно сохраняется там на будущее, – оба преисполнены простодушия». Технологии, возникавшие в последующие эпохи – будь то книгопечатание, радио или телевидение, – вызывали моральную панику по мере своего возникновения, и тревога билась именно по поводу ожидаемого снижения когнитивных способностей человека.

Поскольку эти предсказания в общем и целом не оправдались, можно предположить, что и искусственный интеллект не приведёт к фундаментальному изменению человеческой природы, но совершенно очевидно, что он создаст как новые возможности, так и беспрецедентные риски. Возвращаясь к визуальному контенту, распространение синтетических видео могло бы – по крайней мере для части аудитории СМИ – стать стимулом для более осознанного потребления информации. Понимание того, что искусственный интеллект способен правдоподобно визуализировать практически любой сюжет, может «рационализировать» восприятие, постепенно снизив эмоциональный элемент.

Но нельзя исключать и иных сценариев, при которых осознание заведомой неправдоподобности контента не будет препятствием для его потребления. Важной тенденцией нынешней эпохи является усталость от новостей и увеличение числа людей, сознательно их избегающих. По данным Digital News Report, три главные причины такого избегания – негативное воздействие новостей на настроение (News has a negative effect on their mood – 39 процентов), слишком большой объём информации (They are worn out by the amount of news – 31 процент) и чрезмерное освещение войн и конфликтов (There is too much coverage of conflict/war – 30 процентов). Доля тех, кто избегает новостей, резко увеличивается в аудитории младше 35 лет, причём для неё актуальна такая причина, как сложность понимания новостей (News is too hard to follow or understand). Стимулирование интереса к новостям как таковым вполне может стать ключевым вызовом для СМИ будущего, и не так сложно представить себе генерацию синтетического контента, адаптированного к интересам (и когнитивным способностям) конкретного пользователя и не вызывающего негативного воздействия на его настроение.


Что касается искусственного интеллекта, то мы находимся в самом начале пути. С уверенностью можно сказать одно: как бы ни менялись пользовательские предпочтения и паттерны восприятия информации, влияние платформ, обладающих технологиями её донесения, будет только расти, как будет расти и противодействие со стороны государств, стремящихся его ограничить.

---

Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney