Почему никто больше не верит в демократию
ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК РАСПАДАЕТСЯ В СТРАНАХ АМЕРИКАНСКОГО КОНТИНЕНТА
Либеральная демократия в странах Америки всё заметнее слабеет изнутри: граждане теряют доверие к партиям и выборам, политики всё чаще пренебрегают установленными правилами, а государства отходят от прежних форм международного сотрудничества. Политологи Андрес Маламуд, Хуан Пабло Луна и Альберто Вергара считают, что речь идёт не о классическом наступлении авторитаризма, а о постепенном отказе общества и элит от самой логики демократического участия. В статье для журнала Americas Quarterly авторы объясняют, почему этот процесс охватил не только политику, но и экономику, миграцию и международные отношения, и что может вернуть людям ощущение, что участие в общественной жизни действительно имеет смысл. Издание «За рубежом» представляет перевод этой статьи.
За последнее десятилетие в Перу сменились девять президентов. Ни один из них не был свергнут в результате переворота в традиционном понимании этого слова: большинство потеряли пост из-за манёвров в конгрессе, коррупционных скандалов и постоянного давления со стороны политической системы, в которой конституция позволяет сравнительно легко отстранить главу государства от власти. В этом году на президентский пост претендовали 35 кандидатов — своего рода рекорд. Однако после многомесячного подсчёта голосов оказалось, что два фаворита первого тура не набрали даже 30 % на двоих.
Перу — лишь наиболее яркий пример процессов, которые идут и в других странах региона. По всей Латинской Америке элиты всё чаще отступают от демократических норм, верховенство закона оказывается под влиянием различных политических и общественных сил, а граждане, давно разочаровавшиеся в партиях, теперь всё чаще отворачиваются и от политики как таковой. И власть, и общество всё меньше готовы следовать прежним демократическим правилам. В результате государственные институты постепенно теряют своё содержание, хотя открытого перехода к авторитаризму не происходит.
Экономист Альберт Хиршман называл «уходом» ситуацию, когда человек предпочитает выйти из системы, вместо того чтобы пытаться её изменить. Изначально он применял эту концепцию к компаниям и их клиентам, но сегодня она хорошо описывает и политическую жизнь. Когда люди перестают верить, что их голос способен что-то изменить, они отказываются от привычных форм участия: поддерживают несистемных кандидатов, уходят в теневую экономику, эмигрируют или вовсе отстраняются от общественной жизни. Политические лидеры действуют схожим образом — пренебрегают демократическими нормами, отказываются от международных обязательств и начинают воспринимать государственные институты не как опору, а как помеху.
Возникает порочный круг: чем больше людей отстраняются от системы, тем слабее становятся её институты. А чем они слабее, тем меньше у остальных причин сохранять доверие к системе и участвовать в её работе.
ОТКАЗ ОТ ДЕМОКРАТИИ
Для таких разных политиков, как Габриэль Борич, Андрес Мануэль Лопес Обрадор, Найиб Букеле и Хавьер Милей, борьба с политическим истеблишментом стала важным источником популярности — независимо от их идеологических взглядов. Одновременно по всему региону слабеют традиционные партии: из 20 президентских выборов, прошедших в Латинской Америке с 2021 по 2025 год, 16 выиграли совсем новые политические силы, существовавшие менее десяти лет.
А ведь именно партии связывают избирателей, правительство и парламент. Когда эта связь слабеет, проблемы возникают сразу на нескольких уровнях: людям сложнее судить о политиках по их прежней работе, президенты теряют устойчивую поддержку в парламенте, а смена власти становится всё менее предсказуемой и упорядоченной.
Это не значит, что прежние партийные системы были хороши сами по себе. На них лежит ответственность за многие проблемы региона — от политического покровительства до коррупционных скандалов. И всё же в разные периоды они обеспечивали странам определённую стабильность и придавали политической системе большую легитимность. Новые партии пока не смогли предложить полноценную замену.
Политики, пришедшие к власти под лозунгами борьбы с истеблишментом, нередко начинают воспринимать демократические правила и ограничения как помеху. Дональд Трамп, например, заявлял, что «не знает», обязан ли он соблюдать Конституцию США. Многие левые в Латинской Америке отказывались признавать попыткой переворота действия президента Перу Педро Кастильо в декабре 2022 года. Правые, в свою очередь, отрицали, что сторонники Жаира Болсонару предприняли нечто подобное против президента Бразилии Луиса Инасиу Лулы да Силвы.
Согласно глобальному опросу Ipsos, 47 % респондентов готовы поддержать сильного лидера, который нарушает установленные правила, если это приносит результат. В Латинской Америке в 2023 году 54 % опрошенных заявили, что согласились бы на недемократическое правительство, если бы оно справлялось с их проблемами. Для сравнения: в 2001 году так отвечали 45 %.
От демократии отворачиваются не только политики. По данным International IDEA, средняя явка на выборах в мире снизилась с 65 % в 2008 году до 55 % в 2023-м. И дело не просто в апатии. Неравенство, коррупция и криминальное насилие, с которыми власти десятилетиями не могут справиться, убедили многих людей, что ни выборы, ни уличные протесты не способны ничего изменить.
Но и массовые протесты часто заканчиваются новым разочарованием. Они могут быстро привести к падению правительства, но гораздо реже помогают создать устойчивую систему власти и вернуть доверие к государственным институтам. Это хорошо показали протесты в Чили в 2019 году и последовавшие за ними события. Чилийцы добились разработки новой конституции, однако два предложенных проекта были отвергнуты. Общество понимало, от чего хочет отказаться, но так и не смогло договориться о том, что должно прийти на смену.
УХОД В «ТЕНЬ»
Когда официальная экономика не даёт людям возможности нормально зарабатывать, они ищут другие пути. По данным Международной организации труда, шесть из десяти работников и четыре из пяти предприятий заняты в неформальном секторе. Вопреки прежним прогнозам, во многих странах его доля продолжает расти. Пандемия COVID-19 свела на нет даже тот небольшой прогресс, которого удалось добиться в странах Глобального Юга. Одновременно расширяются и нелегальные рынки, которые для значительной части населения становятся источником дохода там, где официальная экономика не может предложить работу и заработок.
В результате среди молодых людей всё чаще распространяется своего рода стихийный либертарианский образ жизни: заработок на криптовалютах, работа через цифровые платформы, самопродвижение в соцсетях, а рядом с этим и синтетические наркотики.
Чем шире становятся неформальные и нелегальные рынки, тем меньше государство способно влиять на повседневную жизнь людей. Одновременно криминальные структуры, которые зарабатывают на такой экономике, всё глубже проникают в политику, усиливая коррупцию и подрывая демократические институты. Эта тенденция давно вышла за пределы Латинской Америки: нелегальные рынки и связанное с ними насилие растут и в других частях мира — от Росарио и Гуаякиля до Мальмё и Марселя.
ПОКИДАЯ ДОМ
Миграция — самая буквальная форма такого «ухода». Усиление пограничного контроля при Трампе сократило поток мигрантов в США, но не устранило причины, которые заставляют людей покидать свои страны: авторитарные режимы, отсутствие стабильной работы, климатические проблемы и насилие. Поэтому сама миграция никуда не исчезла — просто теперь её потоки всё чаще направляются в другие страны.
Миграция влияет и на политику принимающих стран. Согласно глобальному опросу Ipsos, с 2016 по 2021 год доля людей, негативно относящихся к иммиграции, выросла на четыре процентных пункта. Массовый приток мигрантов может усиливать недовольство в принимающем обществе и повышать популярность антимиграционных движений. Так, новый президент Чили Хосе Антонио Каст строил свою кампанию на жёсткой риторике в отношении иммиграции — и его победа стала одним из проявлений этой тенденции.
Но, пожалуй, сильнее всего этот отход от прежних правил заметен в международной политике. И правые, и левые всё чаще делают ставку на национальные интересы, а глобализацию представляют как систему, в которой одни страны выигрывают за счёт других.
Как отмечали Иван Крастев и Стивен Холмс ещё во время первого срока Дональда Трампа, его риторика подорвала традиционный образ США как «маяка свободы»: страна всё больше стала выглядеть как обычная держава, руководствующаяся прежде всего собственными интересами. При втором президентстве Трампа этот курс стал ещё заметнее. США вышли из Всемирной организации здравоохранения и вновь — уже во второй раз — из Парижского соглашения, всё явственнее отказываясь от прежней роли защитника международных правил и ценностей.
В основе этого разворота лежит убеждение, что международное сотрудничество — слишком наивный подход: в мире всегда есть победители и проигравшие, поэтому каждое государство должно прежде всего заботиться о собственных интересах.
Уго Чавес однажды сетовал: «Пока мы, лидеры, переезжаем с саммита на саммит, наши народы движутся от пропасти к пропасти». Нынешние лидеры нашли более простой выход: вместо того чтобы преодолевать пропасти, они предпочитают отказаться от саммитов.
ВЕРНУТЬ ДОВЕРИЕ К ПОЛИТИКЕ
Когда государственные институты не отвечают на запросы общества, люди начинают считать, что нет никакого смысла участвовать в политической жизни. Чтобы переломить эту тенденцию, необходимо снова показать, что вовлечённость действительно может что-то изменить. Возможно, для этого придётся искать новые политические решения и экспериментировать с привычными государственными институтами.
Как отмечает Моисес Наим, альтернативой широким международным объединениям может стать так называемый минилатерализм — сотрудничество небольшого числа стран, которых достаточно для решения конкретной задачи. Иными словами, иногда эффективнее договориться узким кругом, чем пытаться собрать за одним столом всех.
Аргентино-бразильское агентство по учёту и контролю ядерных материалов (ABACC) стало одним из наиболее успешных примеров сотрудничества, основанного на взаимном доверии. Его опыт показывает, что двусторонние договорённости порой оказываются эффективнее многосторонних механизмов. Поэтому нынешние разногласия США с Канадой и Мексикой вовсе не означают, что отношения между соседними демократическими странами неизбежно должны развиваться по такому сценарию. Возможно, на этот раз именно Южная Америка способна показать Северной другой путь.
Политологи давно говорят о необходимости реформировать демократию, но чаще всего предлагают лишь осторожные изменения в рамках уже существующей системы. При этом сама привычка оценивать происходящее как «откат» от некой идеальной модели демократии может вводить в заблуждение. Такой подход предполагает, что история движется в заранее заданном направлении, хотя на самом деле это вовсе не так.
Чтобы вернуть доверие к демократии, придётся сочетать постепенные реформы со смелыми решениями, а централизованное управление — с экспериментами на региональном уровне. При этом политическая система не должна требовать от людей постоянного участия, но давать им больше реальных возможностей влиять на происходящее.
Устойчивое общество невозможно без участия граждан. Однако многие жители стран Америки и других регионов мира больше не верят, что способны влиять на происходящее.
Поэтому главная задача — вернуть людям ощущение, что их участие действительно имеет значение. Для этого придётся менять сами институты, предлагать молодёжи понятный и привлекательный образ будущего и добиваться того, чтобы демократия не ограничивалась лишь пустыми предвыборными обещаниями.
Перевод Марии Седневой
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
За последнее десятилетие в Перу сменились девять президентов. Ни один из них не был свергнут в результате переворота в традиционном понимании этого слова: большинство потеряли пост из-за манёвров в конгрессе, коррупционных скандалов и постоянного давления со стороны политической системы, в которой конституция позволяет сравнительно легко отстранить главу государства от власти. В этом году на президентский пост претендовали 35 кандидатов — своего рода рекорд. Однако после многомесячного подсчёта голосов оказалось, что два фаворита первого тура не набрали даже 30 % на двоих.
Перу — лишь наиболее яркий пример процессов, которые идут и в других странах региона. По всей Латинской Америке элиты всё чаще отступают от демократических норм, верховенство закона оказывается под влиянием различных политических и общественных сил, а граждане, давно разочаровавшиеся в партиях, теперь всё чаще отворачиваются и от политики как таковой. И власть, и общество всё меньше готовы следовать прежним демократическим правилам. В результате государственные институты постепенно теряют своё содержание, хотя открытого перехода к авторитаризму не происходит.
Много лет аналитики объясняли кризис западного либерального порядка внешними причинами — например, усилением Китая и ростом нелиберального популизма во всём мире. Эти факторы действительно важны, но за ними стоит более глубокая проблема: либеральные общества сегодня слабеют прежде всего изнутри.
Экономист Альберт Хиршман называл «уходом» ситуацию, когда человек предпочитает выйти из системы, вместо того чтобы пытаться её изменить. Изначально он применял эту концепцию к компаниям и их клиентам, но сегодня она хорошо описывает и политическую жизнь. Когда люди перестают верить, что их голос способен что-то изменить, они отказываются от привычных форм участия: поддерживают несистемных кандидатов, уходят в теневую экономику, эмигрируют или вовсе отстраняются от общественной жизни. Политические лидеры действуют схожим образом — пренебрегают демократическими нормами, отказываются от международных обязательств и начинают воспринимать государственные институты не как опору, а как помеху.
Возникает порочный круг: чем больше людей отстраняются от системы, тем слабее становятся её институты. А чем они слабее, тем меньше у остальных причин сохранять доверие к системе и участвовать в её работе.
ОТКАЗ ОТ ДЕМОКРАТИИ
Для таких разных политиков, как Габриэль Борич, Андрес Мануэль Лопес Обрадор, Найиб Букеле и Хавьер Милей, борьба с политическим истеблишментом стала важным источником популярности — независимо от их идеологических взглядов. Одновременно по всему региону слабеют традиционные партии: из 20 президентских выборов, прошедших в Латинской Америке с 2021 по 2025 год, 16 выиграли совсем новые политические силы, существовавшие менее десяти лет.
А ведь именно партии связывают избирателей, правительство и парламент. Когда эта связь слабеет, проблемы возникают сразу на нескольких уровнях: людям сложнее судить о политиках по их прежней работе, президенты теряют устойчивую поддержку в парламенте, а смена власти становится всё менее предсказуемой и упорядоченной.
Показателен пример Гватемалы. В 2023 году на президентских выборах победила партия «Семилья», созданная всего шестью годами ранее, а её лидер Бернардо Аревало стал главой государства. Почти сразу после победы партия столкнулась с давлением со стороны прокуратуры, связанной с традиционными элитами. Поскольку у Аревало не было опоры на давно сложившуюся и влиятельную партийную структуру, защитить результаты выборов помогли лишь уличные протесты его сторонников.
Это не значит, что прежние партийные системы были хороши сами по себе. На них лежит ответственность за многие проблемы региона — от политического покровительства до коррупционных скандалов. И всё же в разные периоды они обеспечивали странам определённую стабильность и придавали политической системе большую легитимность. Новые партии пока не смогли предложить полноценную замену.
Политики, пришедшие к власти под лозунгами борьбы с истеблишментом, нередко начинают воспринимать демократические правила и ограничения как помеху. Дональд Трамп, например, заявлял, что «не знает», обязан ли он соблюдать Конституцию США. Многие левые в Латинской Америке отказывались признавать попыткой переворота действия президента Перу Педро Кастильо в декабре 2022 года. Правые, в свою очередь, отрицали, что сторонники Жаира Болсонару предприняли нечто подобное против президента Бразилии Луиса Инасиу Лулы да Силвы.
Согласно глобальному опросу Ipsos, 47 % респондентов готовы поддержать сильного лидера, который нарушает установленные правила, если это приносит результат. В Латинской Америке в 2023 году 54 % опрошенных заявили, что согласились бы на недемократическое правительство, если бы оно справлялось с их проблемами. Для сравнения: в 2001 году так отвечали 45 %.
От демократии отворачиваются не только политики. По данным International IDEA, средняя явка на выборах в мире снизилась с 65 % в 2008 году до 55 % в 2023-м. И дело не просто в апатии. Неравенство, коррупция и криминальное насилие, с которыми власти десятилетиями не могут справиться, убедили многих людей, что ни выборы, ни уличные протесты не способны ничего изменить.
Но и массовые протесты часто заканчиваются новым разочарованием. Они могут быстро привести к падению правительства, но гораздо реже помогают создать устойчивую систему власти и вернуть доверие к государственным институтам. Это хорошо показали протесты в Чили в 2019 году и последовавшие за ними события. Чилийцы добились разработки новой конституции, однако два предложенных проекта были отвергнуты. Общество понимало, от чего хочет отказаться, но так и не смогло договориться о том, что должно прийти на смену.
УХОД В «ТЕНЬ»
Когда официальная экономика не даёт людям возможности нормально зарабатывать, они ищут другие пути. По данным Международной организации труда, шесть из десяти работников и четыре из пяти предприятий заняты в неформальном секторе. Вопреки прежним прогнозам, во многих странах его доля продолжает расти. Пандемия COVID-19 свела на нет даже тот небольшой прогресс, которого удалось добиться в странах Глобального Юга. Одновременно расширяются и нелегальные рынки, которые для значительной части населения становятся источником дохода там, где официальная экономика не может предложить работу и заработок.
Хорошо это видно на примере Эквадора. Уровень убийств там вырос с 5,7 случая на 100 тыс. человек в 2018 году до 45,1 в 2023-м. Там, где государство оказалось не в состоянии поддерживать порядок, укрепились преступные группировки: они взяли под контроль целые районы и значительную часть неформальной экономики. Для молодых людей, выросших среди насилия, коррупции и неравенства, обещания добиться лучшей жизни с помощью образования и официальной работы всё чаще звучат неубедительно.
В результате среди молодых людей всё чаще распространяется своего рода стихийный либертарианский образ жизни: заработок на криптовалютах, работа через цифровые платформы, самопродвижение в соцсетях, а рядом с этим и синтетические наркотики.
Чем шире становятся неформальные и нелегальные рынки, тем меньше государство способно влиять на повседневную жизнь людей. Одновременно криминальные структуры, которые зарабатывают на такой экономике, всё глубже проникают в политику, усиливая коррупцию и подрывая демократические институты. Эта тенденция давно вышла за пределы Латинской Америки: нелегальные рынки и связанное с ними насилие растут и в других частях мира — от Росарио и Гуаякиля до Мальмё и Марселя.
ПОКИДАЯ ДОМ
Миграция — самая буквальная форма такого «ухода». Усиление пограничного контроля при Трампе сократило поток мигрантов в США, но не устранило причины, которые заставляют людей покидать свои страны: авторитарные режимы, отсутствие стабильной работы, климатические проблемы и насилие. Поэтому сама миграция никуда не исчезла — просто теперь её потоки всё чаще направляются в другие страны.
Миграция влияет и на политику принимающих стран. Согласно глобальному опросу Ipsos, с 2016 по 2021 год доля людей, негативно относящихся к иммиграции, выросла на четыре процентных пункта. Массовый приток мигрантов может усиливать недовольство в принимающем обществе и повышать популярность антимиграционных движений. Так, новый президент Чили Хосе Антонио Каст строил свою кампанию на жёсткой риторике в отношении иммиграции — и его победа стала одним из проявлений этой тенденции.
Но, пожалуй, сильнее всего этот отход от прежних правил заметен в международной политике. И правые, и левые всё чаще делают ставку на национальные интересы, а глобализацию представляют как систему, в которой одни страны выигрывают за счёт других.
Как отмечали Иван Крастев и Стивен Холмс ещё во время первого срока Дональда Трампа, его риторика подорвала традиционный образ США как «маяка свободы»: страна всё больше стала выглядеть как обычная держава, руководствующаяся прежде всего собственными интересами. При втором президентстве Трампа этот курс стал ещё заметнее. США вышли из Всемирной организации здравоохранения и вновь — уже во второй раз — из Парижского соглашения, всё явственнее отказываясь от прежней роли защитника международных правил и ценностей.
Эта тенденция проявляется не только в США. Самым громким примером стал Брекзит, но и в других странах правительства всё чаще отказываются от прежних международных договорённостей и форматов сотрудничества. В Южной Америке с 2018 по 2020 год из Союза южноамериканских наций (UNASUR) вышли сразу несколько государств, и число его участников сократилось с 12 до пяти. В результате региональное сотрудничество заметно ослабло.
В основе этого разворота лежит убеждение, что международное сотрудничество — слишком наивный подход: в мире всегда есть победители и проигравшие, поэтому каждое государство должно прежде всего заботиться о собственных интересах.
Уго Чавес однажды сетовал: «Пока мы, лидеры, переезжаем с саммита на саммит, наши народы движутся от пропасти к пропасти». Нынешние лидеры нашли более простой выход: вместо того чтобы преодолевать пропасти, они предпочитают отказаться от саммитов.
ВЕРНУТЬ ДОВЕРИЕ К ПОЛИТИКЕ
Когда государственные институты не отвечают на запросы общества, люди начинают считать, что нет никакого смысла участвовать в политической жизни. Чтобы переломить эту тенденцию, необходимо снова показать, что вовлечённость действительно может что-то изменить. Возможно, для этого придётся искать новые политические решения и экспериментировать с привычными государственными институтами.
Как отмечает Моисес Наим, альтернативой широким международным объединениям может стать так называемый минилатерализм — сотрудничество небольшого числа стран, которых достаточно для решения конкретной задачи. Иными словами, иногда эффективнее договориться узким кругом, чем пытаться собрать за одним столом всех.
Аргентино-бразильское агентство по учёту и контролю ядерных материалов (ABACC) стало одним из наиболее успешных примеров сотрудничества, основанного на взаимном доверии. Его опыт показывает, что двусторонние договорённости порой оказываются эффективнее многосторонних механизмов. Поэтому нынешние разногласия США с Канадой и Мексикой вовсе не означают, что отношения между соседними демократическими странами неизбежно должны развиваться по такому сценарию. Возможно, на этот раз именно Южная Америка способна показать Северной другой путь.
Политологи давно говорят о необходимости реформировать демократию, но чаще всего предлагают лишь осторожные изменения в рамках уже существующей системы. При этом сама привычка оценивать происходящее как «откат» от некой идеальной модели демократии может вводить в заблуждение. Такой подход предполагает, что история движется в заранее заданном направлении, хотя на самом деле это вовсе не так.
Демократия всегда развивалась через эксперименты. Первые устойчивые демократические системы возникали в небольших обществах и государствах с относительно слабым центром. Парадоксально, но сегодня одним из самых экспериментальных подходов к управлению отличается Китай: регионам там дают определённую свободу действий, новые решения сначала испытывают на местах, а успешные практики могут способствовать карьерному росту чиновников.
Чтобы вернуть доверие к демократии, придётся сочетать постепенные реформы со смелыми решениями, а централизованное управление — с экспериментами на региональном уровне. При этом политическая система не должна требовать от людей постоянного участия, но давать им больше реальных возможностей влиять на происходящее.
Устойчивое общество невозможно без участия граждан. Однако многие жители стран Америки и других регионов мира больше не верят, что способны влиять на происходящее.
Поэтому главная задача — вернуть людям ощущение, что их участие действительно имеет значение. Для этого придётся менять сами институты, предлагать молодёжи понятный и привлекательный образ будущего и добиваться того, чтобы демократия не ограничивалась лишь пустыми предвыборными обещаниями.
Перевод Марии Седневой
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
01.09.2026
Важное
ООН поддержала переход к карте мира, которая точнее передаёт реальные размеры Африки.
07.09.2026 13:00:00
Забытый внутри самолета инструмент стал причиной многомесячного сбоя поставок Airbus A330.
07.09.2026 09:00:00
Другие Статьи
Датский производитель конструкторов Lego расширяет аудиторию и обновляет рекорды.
Странно было бы вести войну за то, что река и так может забрать при первом сильном паводке. Ещё страннее — объявлять полугодовую смену государства на этом осыпающемся газоне.
Почему автоматизация не уничтожила рабочие места и что изменит ИИ?
Из-за снижения спроса и поздних бронирований турецкие курорты вынуждены снижать цены на отдых даже в разгар сезона. [ФОТО]