Японский поворот

В традиционной рубрике «Было — стало» издание «За рубежом» обращается к публикациям прошлых лет, чтобы проследить, как развивались описанные в них события. Сегодня разберемся, как Япония в начале 70-х годов прошлого столетия пыталась выйти из политической орбиты Вашингтона.

После поражения во Второй мировой войне Япония фактически попала в зависимость от Соединённых Штатов, отдав им на откуп львиную долю своего суверенитета. Собственные вооружённые силы Японии были существенно ограничены, зато страна содержала американские военные базы и крупные контингенты американских военнослужащих, а еще была плацдармом для военных операций США в Азии. Дипломатия Токио долгие годы послушно следовала в фарватере американской внешней политики, ограничивая себя в неугодных Вашингтону внешнеполитических связях — прежде всего с Китаем и СССР.



Несмотря на такую зависимость, страна развивалась семимильными шагами: на весь свет гремело японское экономическое чудо, благодаря которому Япония уже дышала в затылок самым развитым странам, в том числе и самим США. Именно этот стремительный рост со временем начал раздражать Вашингтон: японские товары всё увереннее теснили конкурентов на внешних рынках, а экономический разрыв между союзниками быстро сокращался.

Однако пришедшая в 1969 году администрация Никсона принялась давить на Японию экономически, а затем и вовсе пошла на сближение с Китаем - при том что сам Токио долгие годы сдерживал развитие отношений с КНР, следуя американской линии и избегая полноценной политической нормализации с Пекином. Япония разразилась протестами против политики преклонения перед Вашингтоном, раскололась и правящая верхушка. Казалось, что американо-японские отношения вступают в полосу кризиса, поэтому мир внимательно следил за тем, как будут развиваться события дальше. Писали об этом даже африканские СМИ. «Ныне Токио занят поисками альтернативы этому изжившему себя одностороннему курсу. Широкая общественность страны, как показали недавние парламентские выборы, принесшие успех прогрессивным силам, выступает за то, чтобы японская внешняя политика строилась в интересах разрядки напряженности, мира и безопасности в Азии» - говорилось в статье тунисской газеты «Жён Африк». Перевод этой заметки издание «За рубежом» опубликовало в № 1 (654) от 1–4 января 1973 года.

После капитуляции Японии 2 сентября 1945 года страна оказалась под американской оккупацией, которая продолжалась на протяжении семи лет. За это время оккупационная администрация разработала и внедрила новую конституцию, согласно которой Японии запрещалось иметь собственные вооружённые силы: защиту её территории теперь брали на себя США.

Так как нужды вкладываться в оборону не было, японское правительство сосредоточилось на экономическом развитии. И получалось неплохо: с 1956 года валовой национальный продукт страны рос почти на 10 % в год. Качественная и при этом сравнительно дешёвая японская продукция стремительно завоёвывала внешний рынок, и довольно быстро Япония превратилась в одного из крупнейших поставщиков товаров в США - прежде всего автомобилей, электроники, бытовой техники и промышленного оборудования. К началу 1970-х страна уже стала третьей экономикой мира, а японские корпорации всё заметнее теснили американские как на мировом рынке, так и в самих Соединённых Штатах. Всё это при том, что США накладывали некоторые ограничения на японскую экономику, из-за чего страна сдерживала свои торговые отношения с Китаем, СССР и прочими странами социалистического блока.

При президенте Никсоне вмешательство США в японскую экономику достигло беспрецедентных масштабов. В декабре 1971 года Япония по требованию Вашингтона вынужденно пошла на ревальвацию иены - то есть на повышение курса национальной валюты. Её стоимость подняли с 360 до 308 иен за доллар (+16,9 %). В результате пострадала практически вся экспортно ориентированная японская экономика: товары японских компаний за рубежом резко подорожали.

Такое прямое вмешательство в жизненно важные японские интересы не могло не вызвать всплеск антиамериканских настроений, особенно в среде крупного бизнеса.

«Долгое время Япония повиновалась американцам и воздерживалась от основательного использования китайского рынка. И вдруг оказалось, что первыми это сделают американцы. Но и это не все. Горькой пилюлей для японцев был тот метод, с помощью которого Вашингтон принудил их ревальвировать иену. На этот раз удар был нанесен и предпринимательским кругам».
«За рубежом», № 1 (654), 1–4 января 1973 года.

Обострила ситуацию и дипломатия самих Соединённых Штатов. В июле 1971 года японское правительство было шокировано заявлением Никсона о его предстоящем визите в Китайскую Народную Республику. Этот шаг нарушал принцип Договора о взаимной безопасности 1960 года, согласно которому стороны были обязаны консультироваться друг с другом по ключевым внешнеполитическим шагам. У японцев создавалось ощущение, что об их страну просто вытирают ноги.

«В тот день, когда было объявлено, что президент Никсон посетит Пекин, японские газеты, не сговариваясь, придумали шапку: "Удар Никсона"».
«За рубежом», № 1 (654), 1–4 января 1973 года.

Несмотря на это, премьер-министр Японии Сато Эйсаку продолжал послушно поддерживать Вашингтон, выступая пешкой в его дипломатических играх. Так, 25 октября 1971 года Генассамблея ООН провела голосование по резолюции о передаче «китайского» места в ООН от Тайваня (Китайская Республика) к КНР. На этом заседании Япония, следуя указке США, проголосовала против, что фактически противоречило интересам страны, нуждавшейся в налаживании связей с Пекином.

«В конце концов, когда Сато поддался уговору голосовать вместе с США за то, чтобы не допустить Китай в ООН, чаша терпения переполнилась. Японцы очнулись с таким чувством, будто их предали и они одиноки. Барьеры, которые сдерживали возмущение против американцев, рухнули».
«За рубежом», № 1 (654), 1–4 января 1973 года.

Недовольство политикой собственного правительства вывело десятки тысяч японцев на митинги. Протестующие выступали против «вассальной» политики Японии. Возникли разногласия и внутри правящей в стране Либерально-демократической партии, в результате чего 7 июля 1972 года Сато Эйсаку ушёл в отставку, а к власти пришёл Танака Какуэй. Он обещал «японизацию» политики и бóльшую самостоятельность от США, хотя в целом не отказывался от ориентации на американцев.

«Удары сделали то, чего не смогла добиться оппозиция, — сменить правящую политическую группу и дать новое направление внешней политике».
«За рубежом», № 1 (654), 1–4 января 1973 года.

Всего через два месяца после вступления в должность Танака встретился с председателем Коммунистической партии Китая, а 29 сентября 1972 года Япония официально признала КНР единственным законным правительством Китая. Были нормализованы и отношения с СССР: страны восстановили доверие и приступили к активному торговому сотрудничеству.

Танака вообще вел весьма активную дипломатическую деятельность: посещал столицы Европы, Азии и Америки, расширяя внешнеполитические контакты Японии. При нём японские дипломаты активизировались на Ближнем Востоке, стало заметным и африканское направление. Тогда же Япония установила отношения с Монголией, ГДР и Демократической Республикой Вьетнам.

Фактически Токио показал, что японская дипломатия может быть более независимой, однако из орбиты США Япония никуда не уходила. Вашингтон был по-прежнему главным партнером Страны восходящего солнца.

В мировой прессе тогда осторожно высказывались опасения по поводу роста военного потенциала Японии: экономически окрепшая страна, как полагали многие, со временем может попытаться силой оружия вернуть былое влияние Японской империи.

«В течение ближайших 5 лет долю национального продукта, выделяемую на оборону, предполагается увеличить вдвое по сравнению с нынешним уровнем — 0,5 процента. Восстановление военного могущества и обладание надежной зоной влияния, в которой имеется также необходимое сырье, — вот что стоит, возможно, за этим планом, когда мир становится все более протекционистским».
«За рубежом», № 1 (654), 1–4 января 1973 года.

Но, вопреки опасениям, Япония хоть и увеличила военные расходы, однако дальше 1 % ВВП дело не пошло - ни при Танаке, ни при последующих правительствах. Меняться эта политика начала только сейчас.

С 2022 года Токио взял курс на повышение оборонных расходов до 2 % ВВП, стремясь приблизиться к стандарту, принятому в НАТО. В случае выполнения этого плана ежегодные военные расходы достигнут 73 млрд долларов, и Япония станет третьей страной мира после США и КНР по величине оборонного бюджета.

Не отказалась Япония и от опоры на США в военном плане: более того, именно союз с Вашингтоном остался главным неизменным элементом всей её внешней политики на протяжении последующих десятилетий. Американские военные базы не только никуда не делись, но и расширились. Военный альянс Вашингтона и Токио сегодня выглядит даже крепче, чем прежде, а сама Япония уже перестала играть в нём пассивную роль. Страны совместно производят вооружение, проводят учения и участвуют в военных операциях за пределами Японии. Токио также финансирует содержание и развитие систем противоракетной обороны.

Движения к полноценному суверенитету и односторонней милитаризации так и не произошло, вопреки ожиданиям, описанным в статье. Однако в одном автор оказался прав: Япония действительно взяла курс на получение «надёжной зоны влияния, в которой имеется также необходимое сырьё». Добивался этого Токио, однако, исключительно мирными средствами - через инфраструктурные проекты, кредитование, инвестиции и создание совместных производств за рубежом. Сегодня именно Япония входит в число крупнейших мировых экспортёров прямых иностранных инвестиций - в 2024 году страна вложила 204 млрд долларов в зарубежные активы. По этому показателю страна уступает только лишь США.

---

Иван Шапкин
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai