В традиционной рубрике «Было – стало» издание «За рубежом» обращается к публикациям прошлых лет, чтобы проследить, как развивались описанные в них события. Сегодня речь пойдет о том, как США пытались держать Никарагуа на привязи и как борьба с местными левыми привела администрацию Рональда Рейгана к одному из крупнейших политических скандалов эпохи холодной войны.
Еще в начале XIX века Западное полушарие было провозглашено Соединенными Штатами сферой своих особых интересов. Вашингтон внимательно следил за тем, чтобы на их «задний двор» - Латинскую Америку - не пробрались конкуренты. Да и сами страны региона нередко карались Штатами за отклонение от «правильного» курса.
Показательный пример - Никарагуа. Еще с самого начала XX века США плотно занимались местными делами, защищая интересы своих компаний. В 1913 году Штаты поддержали никарагуанских мятежников, послав в страну воинский контингент, который провоевал здесь аж до 1933 года. Уходя из страны, американцы оставили «за старшего» генерала и потомственного бандита Анастасио Сомосу. Он установил в стране военную диктатуру и прославился террором против всех недовольных, жаждой личного обогащения, покровительством наркобизнесу, игорному бизнесу и проституции. При этом Сомоса был верным проводником интересов американских компаний, владевших никарагуанскими плантациями, рудниками, рыболовецким флотом, радио, газетами и даже национальной авиакомпанией. Нужды простого населения Сомосу не заботили: в стране была одна из самых высоких в регионе детская смертность, сотни тысяч людей не имели крыши над головой и, не имея доступа к элементарной медпомощи, регулярно страдали от эпидемий. Около половины никарагуанцев к тому же не умели читать и писать.
В стране постепенно крепло сопротивление режиму, а в 60-е годы повстанцы приступили к активным боевым действиям. Основной движущей силой оппозиции был «Сандинистский фронт национального освобождения» (СФНО), названный в честь видного революционера Аугусто Сезара Сандино, который еще в 1920-1930-х годах боролся против американской оккупации и был убит. К 1979 году сандинистам удалось захватить столицу, вынудив клан Сомосы бежать из страны.
Придя к власти СФНО попытался вывести страну из нищенского положения и осуществил ряд прогрессивных социальных реформ. В частности, сандинисты повысили уровень грамотности населения с 50 % до 88 %, ввели бесплатную систему вакцинации и организовали сеть сельских медицинских пунктов, что резко снизило смертность и остановило эпидемии многих болезней. Начали новые власти и перераспределять земли в пользу безземельных крестьян.
Сандинисты в своих начинаниях ориентировались на опыт социалистических стран, но при этом не трогали мелкую и среднюю частную собственность. Они взяли курс на построение суверенной экономики, не подконтрольной интересам Вашингтона, а также на развитие внешнеполитических связей с СССР и революционной Кубой. Вашингтон, естественно, был не в восторге от появления очередного левого режима на своем «заднем дворе».
Примечательно, однако, что первоначально администрация Джимми Картера (1977-1981) не предприняла никаких враждебных мер по отношению к новой власти в Никарагуа. США сначала попытались добиться расположения нового правительства путем экономического воздействия и даже предоставили стране помощь в 15 млн долларов. Однако оппозиционные Картеру консервативные силы развернули в Конгрессе и СМИ активную кампанию по критике «позорно пассивной», «унизительно нерешительной» политике президента. Консерваторы пугали общественное мнение растущим советским влиянием в Центральной Америке, которое, если его не остановить, непременно дойдет и до самих Штатов.
Под давлением этих «ястребиных» голосов сторонников жесткой линии Картер к концу 1980 года санкционировал первые тайные операции против сандинистов, поручив ЦРУ начать поддержку антиправительственных профсоюзов, оппозиционных СМИ и политических организаций в Никарагуа.
В 1981 году пост президента США занял консерватор республиканец Рональд Рейган, славившийся жесткой внешнеполитической линией по отношению к оппонентам США: «Мир через силу» - был любимым лозунгом новоизбранного президента.
Сандинистское правительство Рейган публично объявил прямой угрозой безопасности США и при этом отдал секретное распоряжение ЦРУ начать подготовку операции по свержению правительства.
В результате в соседнем с Никарагуа Гондурасе были сформированы вооруженные отряды «контрас» (сокращение от исп. слова contrarrevolucionarios - контрреволюционеры). Их ядро составили бывшие военнослужащие свергнутого режима Сомосы, которые с помощью американских инструкторов, техники и оружия вели на территории Никарагуа подрывную деятельность. Кроме того, США помогали координировать операции, обеспечивая связь и планирование. При этом американской общественности и конгрессу не докладывали о реальных целях Белого дома. Команда Рейгана создала лживую легенду, о том, что Никарагуа была советско-кубинским плацдармом по распространению революции на остальную Америку, а потому США якобы лишь пытаются сдержать дальнейшее разрастание левого влияния в регионе. Бандитское происхождение контрас скрывалось за романтичным образом никарагуанских патриотов «борющихся за свободу».
Однако довольно быстро в США и за их пределами начали появляться сообщения о совсем не геройских поступках контрас. Речь шла не частных эксцессах, а о системной политике устрашения.
Международные организации, религиозные миссии и журналисты публиковали свидетельства о похищениях, массовых расправах над мирными жителям, жестоких пытках - в частности отрезании конечностей, вырывании зубов, выкалывании глаз. Не гнушались контрас атаковать больницы, школы и медицинский персонал. По сути ЦРУ занимались поддержкой терроризма.
Одной из самых скандальных операций США в Никарагуа стала так называемая «портовая война», развернутая зимой 1984 года администрацией Рональда Рейгана в обход Конгресса. Специалисты ЦРУ тайно минировали никарагуанские порты, пытаясь парализовать внешнюю торговлю страны. Уже весной 1984 года на минах стали подрываться торговые суда стран, не имевших отношения к конфликту, в том числе Великобритании, Нидерландов и Японии.
Скандал быстро вышел на международный уровень. Даже европейские союзники США раскритиковали действия Вашингтона как нарушение принципов свободного мореплавания. В Совете Безопасности ООН была подготовлена резолюция с осуждением «актов военной агрессии» против Никарагуа, однако Соединенные Штаты воспользовались правом вето и заблокировали ее принятие.
В результате «портовой войны» Конгресс обратил пристальное внимание на деятельность администрации США в Никарагуа, что в конечном итоге привело к серьезному политическому конфликту между Белым домом и законодателями. Выяснилось, что все это время администрация Рональда Рейгана скрывала реальные масштабы и цели операции. После скандала расстановка сил в Конгрессе изменилась не в пользу Белого дома, и в 1984 году американские законодатели запретили финансирование контрас. Многие конгрессмены по-прежнему опасались усиления коммунистического влияния в Центральной Америке, но одновременно не хотели, чтобы безбашенный Рейган втягивал страну в туманную авантюру.
Через два года, однако, в результате новой «пиар-кампании» по поддержке контрас Рейгану все же удалось склонить колеблющихся конгрессменов на свою сторону, убедив их в том, что направляемая помощь лишь поможет надавить на Манагуа, который якобы не воспринимает язык дипломатии и не хочет договариваться с Вашингтоном.
Необходимость пожертвовать деньги «борцам за свободу» Рейган также обосновывал безопасностью южных рубежей США. «Используя Никарагуа в качестве плацдарма, Советский Союз и Куба могут стать доминирующей силой в важнейшем коридоре между Северной и Южной Америкой», - утверждал Рейган в своем телевизионном обращении к нации 16 марта 1986 года.
Конгресс пошел Рейгану навстречу и 17 октября 1986 года согласился на выделение контрас ещё 100 млн долларов.
«Президент США поставил свою подпись под законом, который принесёт разрушения и смерть не только никарагуанцам, но и гражданам США. По вине вашингтонской администрации уже погибли двое американских военнослужащих, а один арестован и предстал перед судом в Манагуа».
«За рубежом», № 44 (1373), 24–30 октября 1986 г.
Свежие вливания фактически позволили контрас продолжить войну против сандинистского правительства. Кроме того, эти 100 млн долларов изрядно ослабили дипломатические усилия стран региона по разрешению конфликта в Никарагуа.
«Президент Рейган нанёс удар по миротворческой деятельности Контадорской группы и Группы поддержки, которые заявили недавно в Нью-Йорке, что центральноамериканский кризис — проблема всей Латинской Америки. Мы верим, сказал Д. Ортега, что страны и народы континента не останутся равнодушными перед лицом новой преступной акции правительства США».
«За рубежом», № 44 (1373), 24–30 октября 1986 г.
Дело в том, что еще в 1983 году Мексика, Колумбия, Венесуэла и Панама создали так называемую Контадорскую группу (в честь панамского острова Контадора, где прошла первая встреча министров иностранных дел группы). Страны - участницы процесса выступили с инициативой по урегулированию конфликта в Никарагуа, а также в соседних Гватемале и Сальвадоре. Для этого предлагалось, чтобы правительства раздираемых гражданскими войнами стран: а) признали друг друга, б) начали диалог с оппозицией. После этого страны могли бы приступить к демократизации и демилитаризации, чтобы перевести гражданские войны в русло легальной политической борьбы.
У Контадорской группы сформировалась и группа поддержки - в первую очередь в лице других стран Латинской Америки, а также ООН и ряда европейских государств. Однако из-за действий США процесс фактически зашел в тупик. Проблема заключалась в том, что важнейшим условием урегулирования Контадорская группа считала «прекращение внешнего вмешательства со всех сторон». Поэтому пока американская помощь контрас продолжалась, мир не мог быть достигнут. К тому же и сами контрас в тот момент еще питали надежды на позитивный для них исход войны.
Несмотря на то что сандинисты были готовы на переговоры с США, Рейган предпочитал язык принуждения, рассчитывая силой задавить сандинистов. Однако столь горячее желание американского президента любой ценой задавить очередной «рассадник красной угрозы» в Латинской Америке сыграло с ним злую шутку.
4 ноября 1986 года The New York Times опубликовали перевод заметки из ливанского еженедельника «Аль-Шира», в которой утверждалось, что американские спецслужбы тайно вооружают правительство враждебной Вашингтону Исламской республики Иран, которая самим же Рейганом была объявлена главным спонсором терроризма, и самим же Рейганом были инициированы санкции на торговлю с Тегераном.
На деньги, сбытые в Иран через подставные фирмы, покупалось и доставлялось вооружение и боеприпасы уже для никарагуанских контрас. На эту насквозь пропитанную коррупцией аферу Рейган и его «сообщники» пошли в 1984 году, чтобы обойти запреты Конгресса на поддержку контрас.
Став достоянием общественности, новости о скандальной схеме не сходили с передовиц газет еще долгое время. В Вашингтоне начались расследования, повлекшие за собой серьезные перестановки в Белом доме, а сам Рейган чуть было не лишился президентского кресла.
Важным итогом этого скандала было то, что поддерживать никарагуанских повстанцев стало заметно сложнее: политические издержки спонсирования контрас резко повысились, да и Конгресс стал внимательнее следить за происходящим.
В феврале 1988 года Палата представителей даже отклонила предложенный администрацией пакет помощи контрас на 36 млн долларов. Даже обаяние профессионального актера, которым являлся Рейган, не помогло выжать заветное согласие из конгрессменов. Многие из них попросту опасались за свою репутацию и не желали оказывать поддержку скандальному президенту. Так амбициозный проект по свержению режима, на который было убито 7 лет президентства, ускользал из его рук, открывая наконец перспективы мирному урегулированию конфликта.
Ослабление поддержки контрас со стороны США сделало их руководство более сговорчивым, да и в целом подтолкнуло вперед мирный процесс по всему региону. 7 августа 1987 г президенты центральноамериканских стран в г. Эскипулас (Гватемала) договорились о «развитии диалога с оппозицией, демократизации общественной жизни, проведении свободных выборов, разоружении незаконных вооруженных формирований, запрещении подрывных действия против соседних стран». В результате этого соглашения в марте 1988 г. в Никарагуа между правительством сандинистов во главе с Даниелем Ортегой и руководством контрас было подписано соглашение о национальном примирении. Оно предусматривало, что в 1990 г. в стране пройдут свободные выборы под международным контролем.
Количество жертв гражданской войны перевалило за 50 тысяч. Общий ущерб от боевых действий к 1990 г. достиг 17 млрд долл., а внешний долг страны вырос почти в десять раз – с 1,2 млрд долларов в 1979 г. до 11 млрд, кратно превысив объем ВВП республики.
Обещанные сандинистами выборы действительно состоялись и, что примечательно, они их проиграли. Дело в том, что гражданская война вынудила их фактически свернуть свои революционные начинания, и они потеряли значительную часть народной поддержки. Однако, надо отдать им должное, сандинисты признали победу оппозиции и уступили им власть.
В 2006 вернувшаяся к власти Сандинистская партия правит Никарагуа и по сей день. Уже давно она отступила от своих революционных идеалов, сделав упор на «традиционные ценности», а возглавляющий правительство Даниель Ортега превратился в закоренелого автократа, все более напоминая того самого диктатора Сомосу, с которым когда-то боролся. Это, однако, совсем другая история.
Иван Шапкин
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney