Малайзия на рубеже современности

Малайзия, занимающая южную часть полуострова Малакка и север острова Калимантан, преодолевает тяжелые последствия английского колониального господства. Стремясь ликвидировать однобокую структуру экономики, ориентированной колонизаторами на добычу сырья, малайзийское правительство разрабатывает перспективные планы развития, расширяет торговые связи, в том числе с социалистическими странами. В области внешней политики Малайзия придерживается курса на нейтралитет и невмешательство.

Малайзийский штат Сабах – на северо-востоке острова Калимантан. Главный министр штата Тун Дату Хаджи Мустафа бин Дату Харун принимает группу журналистов в своей резиденции в Кота Кинабалу, столице Сабаха. Вверенная ему территория – один из 13 штатов, составляющих Федерацию Малайзия (11 малайзийских штатов находятся на полуострове Малакка и два – Сабах и Саравак – на острове Калимантан).




СМЕШЕНИЕ ЯЗЫКОВ И НАРОДОВ

Лозунг главного министра – «здравый смысл и оперативность». Город Кота Кинабалу, где Тум Дату обладает всей полнотой власти, безупречно чист. В нем много строят. Тум Дату мечтает построить в Сабахе железную дорогу.

Дела его коллеги, главного министра Саравака Абдулы Рахмана Якуба, обстоят хуже. Принимая нас в Кучинге, столице штата, он жалуется на волнение среди местных китайцев, на активизацию террористических отрядов маоистов. Политика «конфронтации с Малайзией» (официальный курс, которого придерживалась Индонезия до 1966 года. – Ред.), отошла в прошлое, но на территории штата по-прежнему неспокойно.

Для Малайзии характерно смешение народов и языков. 48 процентов населения Малайзии – малайцы, 37 – китайцы, 11 – индийцы. Существует определенное неравноправие: малайцы заняты в основном в сельском хозяйстве, а почти все ключевые позиции в промышленности и сфере обслуживания находятся в руках китайцев.


Премьер-министр Тун Абдул Разак заявил, что через 20 лет 30 процентов ключевых постов в промышленности, торговле и банковском деле будут занимать малайцы. Эти планы, однако, уже натолкнулись на отпор китайской части населения.

Формула властей «через 20 лет» не устраивает малайскую молодежь, которая начинает проявлять нетерпение. Почему только 30 процентов ключевых постов, если процент малайцев в среде населения страны 48? И почему нужно ждать так долго? Эти вопросы все больше волнуют не только молодежь, но и депутатов федерального парламента (их средний возраст – 40-45 лет). Чувствуя, что недовольство малайского большинства растет и грозит вылиться в серьезные волнения, правительство пытается найти выход в форсировании экономических программ.

Хотя независимость Малайи (континентальной части Малайзии) была провозглашена 15 лет назад, страна остается аграрной – с преимущественной ориентацией хозяйства на добычу сырья. Теперь правительство предпринимает усилия по индустриализации. У берегов Малайзии идет бурение, ищут нефть. Модернизируется сельское хозяйство, транспорт.

На вертолетах малайзийских ВВС мы летим из Куала-Лумпура на север, в так называемый треугольник Дженгка в центре полуострова Малакка. В этом районе, практически отрезанном от остального мира, среди кишащих зверями густых, знойных джунглей идет освоение целинных земель. На площади, которая на заключительной стадии должна составлять около 150 тысяч гектаров, правительственная организация сельскохозяйственного развития начала в 1967 году работы по превращению лесных массивов в пахотные земли. На расчищенных от джунглях участках ведутся посадки масличных пальм и каучуковых деревьев.

Плантации дробятся на участки по 4 гектара, которые раздаются новым поселенцам. Дома строятся на сваях – из-за змей и угрозы наводнений в дождливый сезон. На приобретение участка выдается ссуда сроком на 15 лет. Если поселенец сумеет погасить эту задолженность, через 15 лет дом и земля переходят в его собственность.


Общие расходы по осуществлению этой программы в треугольнике Дженгка оцениваются в 347 млн малайзийских долларов (100 малайзийских долларов равно 29 руб. 40 коп. – Ред.). Оправдают ли их доходы от продажи пальмового масла и каучука, никто, однако, сказать не может.

Наибольшую тревогу внушает министру финансов проблема безработицы. Темпы создания новых рабочих мест отстают от темпов расширения рынка рабочей силы. Правда, в Куала-Лумпуре утешают себя тем, что при ежегодном увеличении производства на 5 процентов рост инфляции не превышает 1 процента.


СОБЛАЗНЫ МЕСТНОГО РЫНКА

Благодаря бесперебойному экспорту ценного сырья Малайзия имеет довольно крупные валютные резервы – миллиард в пересчете на американские доллары. Считается, что 36 процентов этих средств помещено в банки стран стерлинговой зоны, но практически они осели в Лондоне (сказываются старые англо-малайские связи). Между тем прагматики из министерства финансов полагают, что при нынешней неустойчивости английского фунта стерлингов гораздо выгоднее помещать средства в промышленные акции. Миллионы долларов вкладываются в строительство гидроэлектростанций, дорог, глубоководных причалов, модернизацию портов и оросительных систем.

Доход на душ населения в Малайзии – четвертый по величине в Азии. Главную роль в производстве по-прежнему играет сельское хозяйство, дающее треть валового национального продукта. В нем занято 60 процентов всей рабочей силы, а сельскохозяйственная продукция составляет две трети малайзийского экспорта. Поэтому в соответствии со вторым планом развития правительства ассигнует Западной Малайзии 491 млн долларов на модернизацию сельского хозяйства, ирригационные и осушительные работы.


Экономика Малайзии в значительной степени зависит от иностранных капиталовложений (на конец 1970 года они достигали 750 млн американских долларов). Значительные интересы имеют в Малайзии английские фирмы, активизируют свою деятельность американские и западногерманские компании. Их привлекает растущий рынок (население страны приближается к 11 млн человек), сочетание дешевой рабочей силы с налоговыми и другими льготами иностранным инвесторам. Так, от пошлины освобождены ввозимые машины, и вместе с тем рынок огражден от ввоза товаров по демпинговым ценам. Иностранные вкладчики получают в Малайзии заверения, что им не грозит национализация (с США и ФРГ заключены специальные соглашения о защите инвестиций).

Сейчас в Куала-Лумпуре все больше задумываются о социальных последствиях индустриального развития. «Мы не должны фетишизировать валовое производство, – говорит министр информации Газали Шафие. – При бесконтрольном росте производства богачи становятся богаче, а бедняки – беднее. Мы должны думать о будущих поколениях и стремиться контролировать рост нашей экономики».

Газали Шафие – давнишний единомышленник премьер-министра Тун Абду Разака. Он один из наиболее радикальных членов Объединенной малайской национальной организации (ОМНО), основного звена правящей Союзной партии. На последнем съезде ОМНО Газали энергично обличал колониализм, по вине которого малайцы отстали, по его мнению, на сотни лет.

---

Рудольф Херльт, «Цайт», Гамбург
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney