Пять миллионов на крючке

В последние месяцы США всё чаще объявляют о новых пошлинах на европейский экспорт — от алюминия и стали до автомобилей. Для Европы такие заявления стали почти рутиной, но за ними скрывается не абстрактная статистика, а конкретные производства и рабочие места. Сегодня 5,2 миллиона рабочих мест в ЕС зависят от американских заказов. Например, для Ирландии, где 6,7 % всех рабочих живут за счёт экспорта в США, — это вопрос выживания целых регионов.

Тарифная война усугубляет и без того непростую ситуацию. Рост мировой экономики буксует, инфляция хоть и спадает, но давит на бизнес, цепочки поставок то рвутся, то переформатируются, валюты скачут. В такой обстановке любое «повышение пошлины на» — это не абстрактная угроза, а прямая возможность потерять работу, контракт или рынок.



Экономисты уже снижают прогнозы роста, корпорации замораживают инвестиции, а у политиков всё меньше времени на выработку антикризисных мер. Ведь тарифы — это не просто вопрос внешней торговли. Это вопрос того, кто завтра будет работать, а кто — стоять в очереди в службе занятости.


КАК ТАРИФЫ БЬЮТ ПО ЗАНЯТОСТИ

Значительное повышение тарифов вызывает сложную цепную реакцию. Чем дороже европейский товар в США, тем ему сложнее конкурировать, а значит на него быстрее падает спрос. В итоге страдает экспортозависимая занятость — те рабочие места, которые существуют только потому, что продукция идёт за океан.

Есть несколько вариантов развития событий:

1. Перенаправление экспорта

Если компании могут быстро переориентироваться на другие рынки (внутри ЕС или за его пределами), потери будут меньше. Так, китайские производители в 2018-м сумели частично компенсировать последствия американских тарифов за счет переориентации поставок. Но получится ли это у Европы — вопрос. Всё зависит от того, есть ли на других рынках спрос на эти же товары и нет ли там конкурентов с такими же проблемами.

2. Кто платит за тариф

Когда США вводят пошлины, часть компаний не берёт эти издержки на себя, а закладывает их в цену товара. То есть фактически платит не производитель, а конечный покупатель. Так уже было с пошлинами на китайские товары — американские потребители просто стали платить дороже.

В случае с Европой всё будет зависеть от того, как поведёт себя американский рынок. Если потребитель готов платить больше, то европейский экспорт сохранится, пусть и в меньших объёмах. Если же заменить европейский товар легко (например, купить аналог у другого поставщика), то спрос уйдёт к конкурентам, и экспорт из ЕС сократится.

3. Неожиданные выгоды

Иногда тарифы могут сыграть на руку другим странам. Например, когда США ввели пошлины на китайские товары, отдельные отрасли в Мексике смогли нарастить производство и, соответственно, повысить зарплаты рабочим. Если Штаты ударят по другим конкурентам ЕС, часть рынка может достаться европейцам.

Но это — редкие сценарии. Куда вероятнее, что длительное обострение торговых отношений затормозит инвестиции и рост мировой экономики в целом, а значит, ударит по занятости.


ЕВРОПА НА КРЮЧКЕ АМЕРИКАНСКОГО РЫНКА

В 2022 году на американском спросе держалось 5,2 миллиона рабочих мест в Евросоюзе. Это 2,4 % всей занятости, и для многих компаний именно заказы из-за океана были тем, что удерживало производство от сокращений.



В 2022 году 1,54 миллиона рабочих мест — то есть более 5 % всех занятых в производстве — обеспечивались экспортом в США. Но удар по отраслям будет разным: металлурги и автопроизводители почувствуют его сразу, тогда как смежные сектора столкнутся с последствиями лишь косвенно — через цепочки поставок, рост издержек и сокращение заказов.

Первое место с промышленностью делит фармацевтика: почти 14 % рабочих мест здесь существуют благодаря поставкам в США. Следом идёт машиностроение и производство оборудования (7,6 %) и основные металлы — 7,1 %. В сухой статистике это просто проценты, но за ними — конкретные люди: инженеры, химики, металлурги, для которых тарифные решения Вашингтона могут означать сокращения уже в ближайшие месяцы.


КАРТА УЯЗВИМОСТИ: ОТ КОРКА ДО ПЬЕМОНТА

Когда речь заходит о торговой зависимости, обычно приводят усреднённые данные по странам. Но на самом деле пошлины бьют точечно — по регионам, где сосредоточено производство товаров, востребованных в США. Поэтому в деталях картина выглядит неравномерно: одни территории оказываются под серьёзным ударом, тогда как другие последствия тарифов практически не ощущают.

В Ирландии, например, зависимость от американского рынка почти болезненная — 6,7 % всех рабочих мест напрямую связаны с экспортом в США. Для сравнения: в Хорватии этот показатель не дотягивает даже до одного процента.

В 2024 году доля рабочих мест в обрабатывающей промышленности, которые держались на экспорте в США, колебалась от почти нулевых (0,04 %) до ощутимых 3,1 % от всей региональной занятости. Лидеры этого списка — Ирландия и Северная Италия. Итальянские Венето, Марке, Эмилия-Романья и Пьемонт вошли в десятку наиболее зависимых регионов Европы, уступив лишь отдельным ирландским кластерам, где заводы буквально живут на американских заказах.

Но Италия и Ирландия не единственные точки на карте риска. В верхней части рейтинга уязвимости и некоторые регионы Германии, Чехии, Австрии, Венгрии. Немецкий Тюбинген, чешский Козел-Дунанту́л или австрийский Форарльберг — все они глубоко встроены в глобальные цепочки поставок. Здесь производство завязано не только на прямые продажи в США, но и на поставки комплектующих, которые, хотя и через другие страны, но всё равно оказываются за океаном.
Опыт Китая после тарифов Трампа в 2018-м показал: перенаправить экспорт в другие страны можно, но это требует времени и удачи. У Европы нет такой роскоши.

Поэтому сегодня вопрос стоит жестко: ЕС либо выстраивает защитную стратегию — от диверсификации рынков до точечной поддержки уязвимых отраслей, либо рискует повторить сценарий, когда из-за пары строчек в американском тарифном списке целые регионы оказываются на обочине мировой торговли.

---

Перевод Александры Головиной
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney