Как сшивали Итальянский сапог

17 марта в Италии отмечают 165-летний юбилей объединения страны. В этот день общеитальянский парламент, собравшийся в Турине, провозгласил создание Итальянского королевства. Дату считают символическим завершением Рисорджименто - движения патриотов Италии за объединение страны, которое фактически сформировало современную итальянскую нацию. С тех пор Италия перестала быть лишь географическим понятием, а превратилась в мощное европейское государство, с которым считались на международной арене.

Единая Италия появилась на политической карте мира 165 лет назад - по историческим меркам совсем недавно. Начиная от падения Римской империи и до XIX века Аппенинский полуостров был раздроблен на маленькие самодостаточные государства, любимым занятием которых было воевать друг с другом. Этим активно пользовались великие державы вроде Франции и Австрии, превращая итальянские княжества в пешки для своих политических игр. При этом жители Аппенин не видели никакой драмы в раздробленности Италии, поскольку у них попросту не было национального самосознания. Так, жители Тосканы ощущали себя скорее тосканцами, нежели итальянцами, Ломбардии - ломбардцами, Генуи - генуэзцами и так далее. А сама Италия была не более чем географическим обозначением, так же как, например, Скандинавия либо Балканы.



Предпосылки к объединению возникли после Французской революции, когда интеллектуалов Европы и Америки захватила идея, согласно которой народ с общим языком, культурой и историей должен жить в одном государстве.



Сыграл свою роль и внешний фактор, а именно политическое и военное давление Австрийской империи с севера. Вена нередко расширяла пределы своих владений за счет итальянских земель. Поэтому культурные и языковые различия итальянцев из разных земель начинали восприниматься менее значимыми на фоне их общей разницы с австрийцами.

Перенес идеи Французской революции на итальянскую почву местный политик и философ Джузеппе Мадзини. В 1831 году он основал республиканскую националистическую организацию «Молодая Италия», главной целью которой было создание единой Итальянской республики. Организация также стремилась внушить своему народу чувство национальной идентичности и побудить массы восстать против существующих реакционных режимов, которыми фактически руководила Австрия.

Долгое время итальянские патриоты терпели поражение за поражением в своей борьбе, однако к середине XIX века ситуация начала меняться.

Инициативу в деле объединения взяла на себя одна из наиболее экономически развитых частей Италии - королевство Сардиния-Пьемонт, располагавшееся на западе страны. В 1852 году пост премьер-министра здесь занял талантливый политик Камилло Кавур, который поставил целью объединение Италии под знаменами своего государства. С 1859 по 1870 год в результате нескольких военных кампаний ему удалось соединить все части Аппенинского полуострова в единое целое.

Военные успехи Кавуру обеспечил военачальник и пламенный «мадзинист» Джузеппе Гарибальди - именно он, в частности, включил в состав Сардинского королевства всю Южную Италию, включая Сицилию. Любопытно, что Гарибальди сумел это сделать, имея в начале похода войско из всего лишь 1200 человек. Авантюра длилась чуть больше года - с 5 мая 1860 по 20 марта 1861 года - и вошла в историю под названием Экспедиция Тысячи.



Пьемонтские порядки легли в основу нового государства. Началась унификация законодательства, судебной, денежной и таможенной систем, системы мер и весов, а также налогообложения, что сблизило прежде разобщенные части страны, веками существовавшие в рамках отдельных государств. С того времени началось и активное строительство железных дорог, которые связали между собой основные области Италии и ускорили формирование единого национального рынка.


ОБРАТНАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ

Тем не менее далеко не всё в этой истории было столь радужно, как может казаться на первый взгляд. Так, именно объединение Италии наложило глубокий и весьма мрачный отпечаток на судьбу юга страны.

Так, в Неаполитанском королевстве, охватывавшем весь итальянский юг, к моменту завоевания его отрядами Гарибальди уже проявлялись ростки индустриализации. Здесь появились одни из первых в Италии пароходы, железные дороги и газовое освещение. После объединения страны местные предприятия столкнулись с повышением налогов и в конечном итоге вымерли, так как защищавшие их ранее протекционистские тарифы были отменены. Проблема отсталого юга в Италии актуальна и по сей день: южные регионы сегодня сидят на дотациях, при этом в них по-прежнему сохраняется низкий по сравнению с севером уровень жизни.

Более того, новой властью были недовольны не только потерявшие свои богатства предприниматели, но и широкие слои населения, столкнувшиеся, в частности, со всеобщим призывом в армию, которого не было в Неаполитанском королевстве. Почти сразу после объединения в сельских районах юга начали формироваться повстанческие отряды, но новые власти довольно жестоко и быстро с ними расправлялись. Спасаясь от репрессий, южане сотнями тысяч мигрировали в страны Нового Света, а «недобитые» повстанцы уходили в подполье, из которого впоследствии и выросла знаменитая итальянская мафия.


НАЦИОНАЛЬНАЯ ТРАВМА

В какой-то мере последствиями Рисорджименто можно считать и весь последующий внешнеполитический курс страны. В отличие от тех же Франции и Великобритании Италия объединилась достаточно поздно и опоздала к колониальному разделу мира.

В то же время в умах итальянских националистов вызревал комплекс неполноценности из-за того, что их родина с такой богатой историей и культурой все еще не является «великой империей». Этот образ мыслей вкупе с интересами народившейся буржуазии вылился в весьма амбициозную, но в конце концов тщетную попытку расширения страны за счет порабощения других народов.



В дальнейшем Италия все же получила некоторые территории в Ливии, Эритрее и Сомали, однако их масштабы были несопоставимы с колониальными владениями Франции и Британии. В Первой мировой войне Италия воевала на стороне победоносной Антанты, надеясь усилить свое могущество, однако так и не получила всех обещанных ей земель, что создало питательную среду для политического радикализма. Этим впоследствии воспользовался Бенито Муссолини, установив в 1922 году в стране фашистскую диктатуру, печальный конец которой известен.

Поражение фашизма радикально изменило внешнеполитический курс страны, заставив ее окончательно отказаться от экспансионистских авантюр - начиная с конца Второй мировой войны и по сей день свою внешнюю политику Италия осуществляет в рамках больших объединений вроде НАТО и Европейского союза.


В НАШИ ДНИ

В Италии эпоха Рисорджименто с момента своего окончания была возведена в ранг национального мифа. Джузеппе Гарибальди, Джузеппе Мадзини, Камилло Бенсо ди Кавур и прочие борцы за единую Италию получили славу национальных героев, а их имена и по сей день украшают улицы итальянских городов. Тем не менее в последние десятилетия романтический флер этого события начал испаряться по мере того, как Рисорджименто подвергалось все большей критике, ставившей под сомнение как всенародный размах предприятия, так и оправданность средств, которыми пользовались «объединители». Сегодня в итальянском обществе отношение к этому периоду неоднозначное. Так, согласно опросу, проводившемуся в честь 150-летия Рисорджименто в 2011 году, далеко не все итальянцы гордились свершениями своих предков, проливавших кровь за объединение страны: 11 % итальянцев сочли объединение «злом», а 26 % просто проигнорировали праздник.

---

Иван Шапкин
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai