В БРАЗИЛИИ ОТКРЫЛАСЬ 30-Я КОНФЕРЕНЦИЯ ООН ПО КЛИМАТУ, НО ВЕРЫ В ТО, ЧТО ОНА ЧТО-ТО ИЗМЕНИТ, УЖЕ НЕ ОСТАЛОСЬ
10 ноября в Бразилии началась конференция ООН по изменению климата COP30. Встреча приурочена к 10-летию заключения Парижского соглашения, в рамках которого мировое сообщество пообещало спасти планету от глобального потепления. В 2021 встреча COP26, которая проходила в Глазго, была в центре внимания мировой общественности. В этом же году мероприятие, а вместе с ним и борьба с глобальным потеплением, кажется, окончательно отошли на второй план.
«ЗАГРЯЗНИТЕЛИ» НЕ ПРИЕХАЛИ
На бумаге саммит в городе
Белем не выглядит провалом. По общему числу участников это второй крупнейший саммит в истории после рекордного дубайского
COP28. В
ОАЭ приехали 80 тыс. делегатов, в
Бразилию – 56 тыс. Они представляют 194 из 198 стран ООН.
В то же время поводов для оптимизма цифры не дают. Страны-участницы представлены на крайне низком уровне. Из почти 200 делегаций лишь 57 возглавляют главы государств и правительств. 39 государств представляют министры, остальные – чиновники еще более низкого уровня. Показатель высокого представительства почти в три раза меньше, чем в
Дубае (156 стран), и в два раза меньше, чем в
Глазго (120 стран), что говорит о существенном снижении интереса к климатическому мероприятию.
К тому же саммит в Бразилии решили пропустить самые главные «загрязнители» воздуха: Китай, Индия и США. На них приходится около половины мировых выбросов углекислого газа. Главы Пекина и Нью-Дели воздержались от визитов. Си Цзиньпин и Нарендра Моди не поехали в Белем, зато компенсировали свое отсутствие внушительными делегациями. Китай послал туда 789 человек – вторую по величине миссию после хозяйки саммита.
США вообще не стали посылать правительственную делегацию. На отказ от участия в
COP30 повлиял президент страны
Дональд Трамп. В сентябре за трибуной ООН он заявил, что изменение климата – это величайшее мошенничество в истории. А в январе, вскоре после повторного вступления в должность, он подписал указ о полном выходе из Парижского соглашения по климату, прогресс по которому как раз и должны обеспечивать на COP30. В итоге самым высоким представителем
Штатов в
Белеме стал губернатор
Калифорнии Гэвин Ньюсом, а всего от них приехали несколько десятков региональных лидеров.
ЭКОНОМИКА – ПРЕЖДЕ ВСЕГО
У падения интереса к изменению климата есть веская причина: трансформировалась мировая повестка дня. Раньше подобные проблемы позволяли решать сообща международные форумы и многосторонняя дипломатия. Но когда в мировую политику вернулось соперничество крупнейших держав, все это отошло на второй план. Государствам стало не до глобального потепления: в главу угла они поставили собственные экономики.
Пожалуй, в наиболее безопасном с точки зрения морали положении находится
Китай. Благодаря дешевым комплектующим
Поднебесная совершила настоящую революцию в сфере возобновляемой энергии. По данным
The Economist, на территории страны построили уже 900 гигаватт солнечных мощностей, которые способны вырабатывать по 1826 тераватт-часов в год – больше, чем у
США и
Евросоюза, вместе взятых.
Пекин уже выполнил и перевыполнил часть своих климатических обязательств. Это доказывает и последняя статистика, которая не зафиксировала роста выбросов в
Поднебесной за последние 18 месяцев. В таких условиях логично, что
Китай не хочет связывать себя дополнительными соглашениями и настраивается в первую очередь на возмездный экспорт продукции для возобновляемой энергетики в другие страны.
Другой подход выбрала
Индия. Чтобы угнаться за своим северным соседом, страна начала активно налегать на ископаемые виды топлива. В результате в 2024-м в стране зафиксировали рекордный годовой прирост выбросов парниковых газов. И это при том, что официальная позиция
Нью-Дели состоит в твердом следовании букве
Парижского соглашения. И страна требует от развитых стран быстрее сокращать выбросы парниковых газов.
Конкурировать с Китаем готовятся и США. Администрация Дональда Трампа и так не отличается любовью к зеленой повестке. А призрак холодной войны с Поднебесной заставляет ее еще быстрее отказываться от внутренних ограничителей в топливно-энергетическом секторе. И искать дополнительные источники поставок из-за рубежа, чтобы выиграть гонку за энергетику и природные ресурсы с Пекином.
Пожалуй, в 2025 году единственным крупным игроком, кто все еще декларирует приверженность вопросам изменений климата в их старой трактовке, остался
Евросоюз. Но даже он столкнулся с дилеммой. С одной стороны, отсутствие
США дает
Брюсселю полный карт-бланш на то, чтобы возглавить мировое экологическое движение, с другой –
Европа, привыкшая находиться в тени
Америки, оказалась к такой роли полностью не готова. К тому же у нее сейчас более приоритетные проблемы: крупные экономики ЕС одна за другой оказываются на грани финансового кризиса, к тому же объединение строит наполеоновские планы по реанимации своего ВПК. Уже очевидно, что брать деньги на столь масштабные задачи придется из менее приоритетных направлений. Зеленая повестка – первый кандидат на урезание.
ЕСТЬ ЛИ СМЫСЛ В КЛИМАТИЧЕСКИХ КОНФЕРЕНЦИЯХ?
То, что бойцов растеряла именно
COP30, – результат тоже абсолютно закономерный. По задумке конференция призвана следить за тем, чтобы страны-участницы исполняли главный пункт
Парижского соглашения – удерживали прирост глобальной температуры в пределах 1,5-2 °С. На деле год от года прогресс по этому вопросу отсутствовал практически полностью. Мировые лидеры ограничивались общими заявлениями. А договоры, если и заключались, зачастую просто не выполнялись.
К тому же конференции
COP в последние годы тонули в скандалах. Одна из заявленных целей – достижение углеродной нейтральности, в том числе с помощью отказа от ископаемых видов топлива. В то же время хозяев саммитов
COP28 (ОАЭ) и
COP29 (Азербайджан) ловили на том, что под прикрытием этих площадок они обсуждали с международными партнерами реализацию собственных энергетических проектов.
Усилия по борьбе с климатическими изменениями подтачивали и постоянные конфликты между беднейшими и богатейшими странами планеты. Первые считали, что в глобальном потеплении виноваты преимущественно развитые страны, следовательно, они должны помочь другим бороться с результатами своей деятельности.
В прошлом году они выставили богатейшим странам астрономический счет – $1,3 трлн ежегодно до 2035-го. Те, как оказалось, выкладывать деньги из собственных карманов не настроены. Они пообещали только $300 млрд в виде грантов и займов с низким процентом. Остальные деньги было решено взять из частных инвестиций и других источников вроде налогов на ископаемое топливо, которые, впрочем, согласовывать никто не стал (на COP29 Азербайджан предусмотрительно исключил тему полезных ископаемых из повестки дня).
К тому же в последний момент настоящую драму устроила Индия. Нью-Дели заявил, что не согласен со слишком маленьким размером компенсаций, и потребовал учитывать его вклады в международные банки при распределении финансов по их линиям. Заключению сделки возражения Индии не помешали. Зато они подчеркнули еще одну линию раскола – между беднейшими и развивающимися странами. Первые хотели, чтобы компенсации доставались исключительно им. Вторые претендовали на свой кусок пирога.
Итог распрей, интриг и полного отсутствия прогресса: к
COP30 стало понятно, что удержать нагревание планеты в рамках 1,5 °С уже не получится. Многие мировые лидеры задаются вопросом: а есть ли смысл в подобных климатических конференциях? И делают неутешительный вывод: резона участвовать в них больше нет.
Виталий Рюмшин
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney