Верните мой 2008-й

Американский аналитик Ричард Букстейбер, автор книги «Демон нашего собственного творения» (за год до событий точно предсказавшей глобальный финансовый крах), 16 марта 2026 года опубликовал в The New York Times новое эссе. Он утверждает: мировая система вновь балансирует на грани обвала, причём нынешние риски глубже, масштабнее и сильнее взаимозависимы, чем в 2008-м. Если тогда лопнул пузырь на рынке недвижимости, потянув за собой банки, то сейчас под ударом оказались сразу три сферы: искусственный интеллект, сегмент частного кредитования и геополитика.

Главная угроза сегодня – ИИ-пузырь, в котором сплелись финансовые, технологические и физические риски. Разберёмся, как именно это работает и почему грядущий кризис может оказаться тяжелее предыдущего.




ЧУМА, ВОЙНА, ГОЛОД И… ИИ?

В своём эссе для The New York Times Ричард Букстейбер выделяет три главных источника опасности, способных объединиться в единый мощный удар: частное кредитование объёмом около $2 трлн, стремительный рост искусственного интеллекта и чрезмерная концентрация капиталов в руках нескольких технологических гигантов. По его мнению, это уже не просто финансовый пузырь (как в 2008 году), а сложная система, где всё тесно переплетено, – соответственно, проблемы в одном звене молниеносно распространятся на остальные.

После кризиса 2008 года банки, опасаясь жёсткого регулирования, резко сократили выдачу рискованных займов компаниям. Освободившуюся нишу быстро занял рынок «теневого» кредитования (частные займы). Сегодня его объём превышает $2 трлн (по некоторым оценкам, уже приближается к $2,1–2,3 трлн).

Большая часть этих денег ушла в технологические фирмы. Проблема в том, что именно такие организации искусственный интеллект может сильнее всего ослабить или вовсе заменить. Доля кредитов, выданных компаниям из сферы software и SaaS (первые разрабатывают программное обеспечение, вторые предоставляют его клиентам по подписке через интернет без установки на локальные устройства), составляет сегодня 13–25 % всего рынка. Инвесторы это уже почувствовали.


Blue Owl как один из крупнейших игроков пострадал сильнее всех: в одном из фондов пришлось бессрочно ограничить выдачу денег, а акции самой компании упали на 6 %. Кроме того, организация объявила о продаже активов трёх своих кредитных фондов на общую сумму $1,4 млрд – с целью вернуть капитал инвесторам и расплатиться с долгами. Акционерам это, конечно, уверенности не добавило. Blackstone в марте 2026-го также столкнулся с рекордными запросами на выкуп: во флагманском фонде BCRED (активы на $82 млрд) инвесторы затребовали 7,9 % средств – примерно $3,7 млрд.

Ситуацию осложняет неликвидность рынка частного кредитования: активы сложно быстро продать, оценки часто субъективны, а информации о реальном состоянии заёмщиков недостаточно. Это создаёт идеальные условия для паники, когда все одновременно бросаются забирать деньги. Букстейбер прямо сравнивает нынешнюю картину с кризисом 2008 года, только теперь вместо проблемных ипотечных должников – компании, которые завтра может «съесть» искусственный интеллект.


ВСЕ ЯЙЦА В ОДНОЙ КОРЗИНЕ

Бум ИИ привёл к тому, что огромные суммы были направлены в очень узкий круг корпораций. К марту 2026 года Magnificent Seven («Великолепная семёрка»: Microsoft, Apple, Nvidia, Amazon, Alphabet, Meta*, Tesla) вместе с производителями чипов занимала около 32–40 % всей капитализации индекса S&P 500. Это самый высокий уровень концентрации со времён Великой депрессии 1930-х.

Любое серьёзное потрясение у одной из этих компаний – например, разочарование инвесторов в доходности ИИ у Microsoft или сбои в поставках у Nvidia – немедленно бьёт по всему рынку, а следовательно, и по мировой финансовой системе. Долгие годы инвесторы ставили почти всё на эти семь акций; почувствовав страх, они начнут массово избавляться от бумаг. А поскольку эти компании тянут за собой практически всю динамику S&P 500, падение будет системным.

Однако проблема не только в самой технологии ИИ. Ей требуются огромные реальные ресурсы. В 2023 году дата-центры в США потребляли 176 ТВт·ч электроэнергии (4,4 % всего электричества страны). По прогнозу Lawrence Berkeley National Laboratory, к 2028 году потребление вырастет до 325–580 ТВт·ч, то есть до 6,7–12 % от общей генерации. И это не говоря о нужде серверов в охлаждении, а значит – в питьевой воде.


Крупнейшие же компании (Microsoft, Amazon, Google, Meta*) запланировали на 2026 год капитальные затраты на развитие ИИ в размере около $630–700 млрд – в полтора-два раза больше, чем годом ранее. И эти средства во многом заёмные и рассчитаны на быстрый рост.

Ещё один критический риск – ситуация вокруг Тайваня. Местная фирма TSMC производит более 90 % самых современных полупроводников в мире. Конфликт или даже блокада острова мгновенно остановят выпуск чипов для ИИ-серверов. Nvidia, AMD, Broadcom и крупные поставщики облачных услуг (гиперскейлеры) окажутся в тяжёлом положении, а инвесторы, вложившие триллионы в ИИ-инфраструктуру, побегут первыми.

В январе 2026-го глава TSMC Чжи-Цзя Вэй открыто заявил: «Я тоже очень нервничаю по поводу пузыря». Тем не менее компания всё равно запланировала на этот год рекордные инвестиции – $52–56 млрд. Но перед этим Вэй несколько месяцев лично проверял заказы у клиентов и клиентов своих клиентов, чтобы убедиться: спрос на ИИ реален. «Если мы ошибёмся, это будет катастрофа для TSMC», – честно предупредил он.


КУДА УЖ ХУЖЕ

В 2008 году рухнули в основном цены на финансовые активы. Сегодня же под угрозой физическая инфраструктура: электричество, которое нельзя быстро нарастить; чипы, которые производятся в паре уязвимых точек мира; кредиты, которые финансируют компании, рискующие устареть из-за ИИ. Когда три этих «всадника» встретятся с четвёртым – геополитической турбулентностью, – откроется «пятая печать», и даже небольшой толчок способен обрушить всю систему глобальной стабильности.

Конечно, не все согласны с таким мрачным прогнозом. Спрос на ИИ пока выглядит вполне реальным: облачные сервисы растут, а та же TSMC ожидает значительного увеличения выручки. Однако вся нынешняя система построена на вере в то, что рост будет быстрым и бесперебойным. Нам остаётся лишь надеяться, что «пузырь» этой веры не лопнет слишком скоро.

*Компания Meta признана экстремистской организацией и запрещена на территории РФ

---

Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai