В Африку – бегом

Когда мы говорим, что весь мир пришёл в движение, что вырабатывается новый мировой порядок, то должны понимать, что меняются, преобразуются все отношения, в том числе и между континентами, регионами, странами. И мы в самом деле видим, например, новую Евразию. Но самые радикальные изменения происходят в Африке и с Африкой. В какой-то степени Африка совершает прямой переход в будущее, которое во многом создаёт сама. Что получится – посмотрим.

В течение последних столетий Африка в значительной степени была на вторых ролях, выступала в качестве приложения к тем или иным мировым силам, оперирующим на мировой арене. В античности такой силой были, например, римляне, которые активно действовали прежде всего в Северной Африке. Затем появились исламские страны со своими интересами и идеями. Затем в игру активно включились европейцы, а чуть позже американцы. И это, конечно, далеко не полный перечень тех, кто так или иначе приходил в Африку. Африканцы тоже не всегда были безответными жертвами, они и сами часто энергично сотрудничали с пришельцами, в деле торговли рабами, например.



Да и внутри самой Африки развивались разные цивилизации, строились города, возникали самые различные государственные образования, а зулусы, например, уверенно завоёвывали юг Африки и столкнулись с англичанами, устраивавшими свои колонии в тех же краях. Но какую бы оптику мы ни прикладывали к Африке, всё же надо признать, что, повторю, в последние столетия чаще инициатива развития исходила снаружи, что колонизаторы самых разных типов с той или иной степенью жестокости использовали Африку. Сегодня мы видим новую ситуацию.

Прежде всего, похоже, возникает новая африканская субъектность и/или субъектности. Африка велика и разнообразна, трудно вообразить, во всяком случае сегодня, что возникнет какое-то единое африканское правительство или что удастся быстро и эффективно согласовывать общеафриканские интересы. Хотя последнее иногда в той или иной мере удаётся. Но всё же жёстких конфликтов в Африке много, а этиология их разнообразна. Однако очевиден и общеафриканский тренд на обретение самостоятельности, на осознание собственных интересов, на стремление эти интересы отстаивать. И дело прежде всего в том, что по ряду причин к власти в африканских странах приходит новая элита, сравнительно молодая, сформировавшаяся уже в современном мире.


Когда-то, лет 60–70 назад, состязание между социалистическим блоком и капиталистическим миром, в первую очередь между СССР и США, создало для африканских элит удивительную ситуацию относительной свободы выбора: хочешь, выбирай коммунистическую мечту, хочешь – мир чистогана. Что интересно, правила позволяли осуществлять такой выбор не один раз, что развивало умственные способности элит, тренировало воображение и чувство собственного достоинства. И вообще, хоть большинство населения Африки жило крайне бедно, элиты стали богатеть и размножаться. Следовательно, стало постепенно расти и число государств: элитам нужны собственные страны с собственной идентичностью, мифологией и так далее.

Но дело не только и не столько в этом. Постепенно наступила эпоха новых информационно-коммуникационных технологий. А это означало, что хоть физические границы остались, но в виртуальном пространстве, доступном почти для всех, они исчезли. То есть огромное количество знаний стало доступным. Конечно, значительная часть этих знаний оказалась чушью, а то и опасной, злонамеренной ложью, но вместе с тем кругозор расширился значительно, ясно стали видны отличия между странами, контрасты при сравнении образов жизни и прочие вполне впечатляющие факты современной жизни. Понятно, что это повлияло и на население, и на элиты, и на отношения между ними, на народный запрос к элитам, если хотите. Но не только информационно-коммуникационными технологиями жив человек.


Пришли и новое оружие, и новые методы ведения сельского хозяйства, и многое другое. В общем, у элит континента сформировался устойчивый запрос на достижение достойного места и в мировой иерархии как таковой, и в мировой торговле и общем распределении мировых благ. Менялся и окружающий мир. Выросли и усилились Китай и Индия, многие другие евразийские страны. Россия, оправившись от коллапса СССР, стала следовать самостоятельному пути и начала уделять больше внимания Африке, отчасти создавая новые механизмы взаимодействия, отчасти вспоминая советский опыт (хотя в целом он, конечно, не воспроизводим). В то же время страны Запада многое делали по старинке, сохраняя уверенность, что старая система связей с Африкой не подведёт. <…>

В общем, с одной стороны, наступило глубокое разочарование в способностях Запада, возникли обоснованные подозрения в подлинных желаниях его элит, а с другой – формировалось совершенно новое поле возможностей: Африка теперь в состоянии самостоятельно созидать мир вокруг себя, точнее, полноценно участвовать в этом процессе, поскольку он многосторонний.

Россия, как я уже говорил, имеет определённый опыт отношений с Африкой – как новый, так и прежний, ещё советский. Россия также интеллектуально и технологически развитая страна. Она имеет совершенно понятные, прозрачные интересы в Африке и может сотрудничать практически со всеми странами континента. Африка, её страны желают получить комплексную помощь и комплексные решения для своего развития. Ситуация сейчас такова, что самое время принимать общие решения о развитии всего региона. Естественно, что для развития нужна безопасность, и эта проблема для Африки важна.

Вот эти и другие вопросы будут обсуждены на II Российско-африканской конференции Валдайского клуба «Россия – Африка: стратегия сотрудничества в многополярном мире» 24 июля в Дар-эс-Саламе.

В своё время Корней Чуковский написал чудесные стихи про Африку: «Не ходите, дети, в Африку гулять». Но благодаря – согласно Чуковскому – активности русских детей в Африке стало столь чудесно, что поэт призвал: «В Африку – бегом!»

---

Андрей Быстрицкий, дискуссионный клуб «Валдай»
Иллюстрация: использованы изображения Ben Didier, Made и Lina Loos