Слепая зона

Кажется, что тарифы, субсидии и проценты — просто цифры. Холодные, строгие, универсальные. Но стоит копнуть глубже, и оказывается: они бьют по одним сильнее, чем по другим. Повышение ключевой ставки Центробанками, новые пошлины на импорт, сокращение бюджета - вроде бы нейтральные экономические механизмы бьют в первую очередь по женщинам. Экономика притворяется, будто не различает полов. Но эта «слепота» дорого обходится не только женщинам, но и всем нам.


ТАРИФЫ, ОТ КОТОРЫХ СТРАДАЮТ НЕ ВСЕ ОДИНАКОВО

Когда политики обсуждают пошлины и торговые барьеры, они говорят о миллиардах, дефиците и ВВП. Но за этими абстрактными категориями часто теряется реальность — особенно женская.



Начнём с производства. В глобальных цепочках поставок — от текстиля до электроники — миллионы женщин заняты на фабриках в Китае, Вьетнаме, Индонезии. И зачастую это низкооплачиваемая работа. Когда западные страны вводят пошлины, заказы падают, фабрики закрываются, рабочих увольняют. И чаще всего — женщин. Потому что они юридически менее защищены, и их легче «сократить по статье». И если мужчина может еще попробовать найти работу на стройке или в транспорте, женщина, особенно с ребёнком на руках, оказывается в безвыходной ситуации.



Кроме того, тарифы означают рост цен. И тут снова удар прежде всего по женщинам: по одиноким матерям, по тем, кто держит мелкие лавки, по тем, кто экономит буквально на всём. Повышение цен для женщин всегда более болезненно, чем для мужчин, потому что они в среднем зарабатывают меньше, чаще работают неофициально и при этом несут большую нагрузку — тащат семью, дом, детей.

Экономическая модель, по которой строится торговая политика, не замечает этих различий. Её не волнует, что подорожает коляска, прокладки или подгузники. Но для женщин это не просто расходы, а постоянный стресс, где нужно выбрать: заплатить за электричество или купить еду. И пока в экономических формулах нет пола, они будут работать против тех, кто слабее. А значит — чаще всего против женщин.


ПОЧЕМУ «НЕЙТРАЛЬНАЯ» ПОЛИТИКА БЬЕТ ИМЕННО ПО ЖЕНЩИНАМ

Возьмём, к примеру, борьбу с инфляцией. Что делают центральные банки? Повышают ключевую ставку. На бумаге — грамотный шаг: кредиты становятся дороже, люди меньше тратят, экономика «охлаждается» и цены перестают расти. Но эта мера действует не одинаково на всех. Замедление начинается с сектора услуг: парикмахерских, клиник, школ, магазинов, частных детсадов. А это именно те сферы, где большинство сотрудников женщины. Очень часто это низкооплачиваемые, временные или гибкие ставки, которые женщины выбирают, чтобы совмещать работу с уходом за детьми или пожилыми. Когда новых вакансий нет, а зарплаты не растут — женщины первыми остаются ни с чем.

Другой пример — меры жёсткой экономии. Их любят подавать как «оптимизацию» или «снижение дефицита» бюджета. Но на практике такие меры означают сокращение персонала и мест в важных социальных сферах — медицине, детских садах, уходе за пожилыми людьми.



Пенсионная система — ещё одна ловушка. Она поощряет непрерывный стаж и полную занятость. А кто чаще уходит в декрет, берет паузы в карьере, работает на полставки или неофициально? Всё те же женщины. Почему? Потому что кто-то должен сидеть с младенцем. Кто-то — помогать престарелым родителям. И этот труд — огромный, изнурительный, жизненно необходимый — почему-то нигде не учитывается. Его даже не считают за труд. Хотя именно он поддерживает общество на плаву. В результате женщины не только зарабатывают меньше, но и получают в разы меньшую пенсию. А платят — больше, просто не деньгами, а своим временем, силами и зачастую здоровьем.

И даже хваленая гиг-экономика не спасает положения. Рынок труда, где люди выполняют краткосрочные или разовые задания через онлайн‑платформы выглядит очень гибким: бери заказы, когда удобно, будь сам себе начальник. Но если ты живешь в регионе, где нет стабильного интернета, или у тебя нет смартфона, или грудной ребёнок на руках — ты вне игры. Особенно в странах Глобального Юга, где техника всё ещё роскошь, а домашние обязанности супруги не делят. Алгоритмы, управляющие такими платформами, поднимают рейтинг тем, кто берёт заказы мгновенно, доступен круглосуточно, никогда не отказывается. В этом случае кто чаще всего «вылетает» из системы? Женщины. Потому что у них есть другие заботы: дети, хозяйство, уход за близкими.

Проблема в том, что экономическая политика продолжает делать вид, будто она одинакова для всех. Будто все начинают с одной точки и играют по одним правилам. Но пока мир не признает, что женщины живут в других условиях, выполняют больше незаметного труда, несут на себе двойную или тройную нагрузку — равенства не будет. И любая «нейтральность» будет означать игнорирование. А значит — несправедливость.

Есть сферы, которые кажутся нейтральными по определению, например климат иди миграция. Но это далеко не так. Программы и инвестиции, направленные на борьбу с изменением климата, часто не учитывают, что женщины и мужчины по‑разному уязвимы к последствиям экологической политики.

Самый очевидный пример - установление платы на выбросы углерода (carbon pricing) — когда за использование топлива, выделяющего CO₂, нужно платить больше. Эта мера должна стимулировать переход на экологически чистые источники энергии. Но женщины из малообеспеченных семей часто не могут позволить себе более экологичное топливо или те же солнечные панели. И для них это правило становится не стимулом, а дополнительным финансовым бременем: привычное топливо становится дороже, а на зелёные технологии денег нет.

Теперь — миграция. В учебниках всё выглядит просто: нет работы — переезжай туда, где она есть. Будь мобильным. Но реальность для многих женщин сложнее, чем кажется. У них чаще есть дети, которым нужен уход. У них меньше накоплений, часто нет нужных документов, а впереди — дорога, полная рисков. В статистике и экономических моделях этих деталей почти не видно.

А если речь о женщине-беженке, картина становится ещё мрачнее. На границе, в переполненных лагерях, на нелегальной работе её ждут насилие, эксплуатация и полное отсутствие прав. Всё это исчезает за обезличенным словосочетанием «перемещённые лица».

Еще одна слепая зона экономики — женщины-предпринимательницы. По статистике, им гораздо чаще отказывают в кредитах, чем мужчинам, и только потому, что в обществе до сих пор сильны гендерные стереотипы. Установки вроде «женщинам не доверяй», «ей всё равно поможет муж», «она не разберется в цифрах» работают как невидимый фильтр. Хотя данные показывают обратное: показатели рентабельности и устойчивости такие же, а часто и выше, чем у мужчин-бизнесменов, а уровень риска при этом гораздо ниже. Получается, что рынок игнорирует не просто половину человечества, но и огромный экономический потенциал.


МОЖЕТ ЛИ ЭКОНОМИКА СТАТЬ ОБЪЕКТИВНОЙ НАУКОЙ

Экономику часто представляют как нейтральную и «объективную» науку. Но если из расчётов и решений исключать половину населения, политика становится неполной и работает хуже.

Примеры просты. Сокращение бюджета и закрытие школ или поликлиник ограничивает доступ женщин к работе и услугам. Жёсткая монетарная политика может ударить по отраслям, где занято много женщин, — это прямые потери доходов. Если при разработке торговых или климатических стратегий не учитывать разницу в мобильности, доступе к финансам, цифровым технологиям и социальной нагрузке, итоговые расчёты будут неточными, а решения — ошибочными.

Эту ситуацию сегодня пытается исправить проект Women in Leadership in Economics (IEA-WE) Международной экономической ассоциации. Её участницы — исследовательницы из разных стран — поднимают темы, которые долгое время оставались на периферии. Как пенсионные схемы не учитывают разрывы в карьере, связанные с уходом за детьми. Как климатическая политика может усиливать неравенство. Как неформальная занятость и уходовая нагрузка влияют на участие женщин в экономике.

Идея, которую они продвигают, проста: экономическая наука должна видеть всех. Только тогда она сможет по-настоящему объяснять процессы и предлагать реально работающие механизмы. Потому что ошибки в экономике — это не просто неточные прогнозы. Это решения, которые не срабатывают. Это ресурсы, потраченные не туда. Это миллионы людей, чьи реальные проблемы не учитываются, а значит, не решаются.

Добавить женщин в экономику — значит повысить ее точность. И выиграют от этого не только женщины. А все.

---

Перевод Александры Головиной
Иллюстрация: «За рубежом», Midjourney