Прогресс не так страшен
НА ПРИМЕРЕ ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ ШВЕЦИИ В XX В. СПЕЦИАЛИСТЫ ДОКАЗАЛИ, ЧТО ВНЕДРЕНИЕ ИИ УВЕЛИЧИТ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ КОМПАНИЙ И СНИЗИТ НЕРАВЕНСТВО
Новые технологии общего назначения приводят к росту неравенства – так считают и технопессимисты, и технооптимисты. Однако исторический пример внедрения такой технологии – электрификации Швеции в начале XX века – показывает, что она способна быстро снижать неравенство, утверждается в статье, опубликованной на econs.online.
Когда появляются технологии общего назначения, такие как искусственный интеллект (ИИ), прогнозы нередко предрекают снижение спроса на труд и увеличение неравенства. Например, технопессимисты считают, что ИИ полностью автоматизирует многие рабочие места белых воротничков. А технооптимисты полагают, что ИИ повысит производительность до такой степени, что спрос на рабочую силу уменьшится, и это потребует введения безусловного базового дохода для поддержания потребления.
Обе точки зрения предсказывают, что неравенство будет увеличиваться, поскольку рабочая сила разделится на два лагеря, разрыв между которыми будет расти из-за разнонаправленной динамики заработков: высококвалифицированные работники, занимающиеся дизайном ИИ-систем, будут становиться богаче, тогда как работникам средней квалификации придется занимать низкооплачиваемые рабочие места в сфере услуг. Подобное уже происходило, например, при внедрении такой технологии общего назначения, как роботизация. Исследования роботизации говорят нам, что она ухудшила оплату и условия труда, что привело к увеличению неравенства в заработной плате.
Однако три недавних исследования показали, что ИИ помог начинающим или низкоквалифицированным работникам догнать высококвалифицированных при выполнении различных «беловоротничковых» задач. Так, первое из этих исследований выявило, что использование ChatGPT значительно увеличивает скорость и качество письма, причем в наибольшей степени эти улучшения сконцентрированы в нижней части распределения навыков. Второе исследование обнаружило, что доступ к инструментам ИИ повышает производительность в среднем на 14 %, при этом у новичков и низкоквалифицированных работников производительность увеличивается на 34 %, а у самых высококвалифицированных практически не меняется.
Третье исследование зафиксировало, что консультанты Boston Consulting Group, которые использовали ИИ, выполняли больше задач и делали это быстрее при более высоком качестве результата, при этом эффективность тех, чьи навыки были ниже среднего, возросла больше, чем у консультантов с навыками выше среднего. В целом последние исследования приходят к выводу, что данные на микроуровне показывают существенное улучшение производительности компаний при использовании ИИ.
Один из способов внести вклад в эту дискуссию – найти подобные примеры быстрых технологических изменений в истории. В своей недавней работе мы изучаем внедрение электричества в Швеции в начале XX века. Мы обнаруживаем, что эта преобразующая технология принесла больше пользы тем, кто находился в нижней части распределения доходов, что привело к снижению неравенства и появлению новых профессий, доступных для работников с начальным образованием.
Наши результаты показывают, что влияние технологических изменений на рынки труда в решающей степени зависит от особенностей самой технологии и от институционального контекста, в котором она применяется.
Шведский опыт электрификации
Электрификация Швеции начала ХХ века предоставляет уникальную возможность изучить влияние быстрых технологических изменений на рынки труда. В этот период набрала силу вторая промышленная революция, ознаменовавшаяся достижениями в производстве стали, электроэнергии и конвейерном производстве. Электричество сыграло ключевую роль в реформировании методов производства посредством механизации, произведя революцию в организации заводских и фабричных цехов и в практике ведения сельского хозяйства.
В первые десятилетия ХХ века в Швеции были построены две крупные гидроэлектростанции – Олидан и Эльвкарлебю, на западе и на востоке страны соответственно, положившие начало национальной энергосистеме. Их объединение в единую энергосеть было завершено в 1921 г. Линия энергопередачи, соединившая обе станции по прямой, получила название Западной линии (Centralblocket). В результате некоторые округа получили преимущество в обеспечении электроэнергией просто потому, что были расположены вдоль этой линии между двумя станциями. Эти регионы, подключенные к Западной линии, были, как и Швеция в целом, в основном сельскими и относительно отсталыми с точки зрения индустриализации. В нашем исследовании эти округа могут рассматриваться как экспериментальная группа и сопоставляться с контрольной, охватывающей остальную часть страны.
Между 1915 г. и завершением строительства Западной линии в 1921 г. доля электрифицированных сельских домохозяйств быстро увеличивалась, достигнув к 1930 г. более 40 %. Впоследствии, после Второй мировой войны, электрификацией в конечном итоге было охвачено практически все население страны. Одновременно происходили изменения в распределении доходов: доля доходов, приходящихся на верхние (самые обеспеченные) 10 % населения, быстро сокращалась в пользу остальных доходных групп.
Как электричество изменило рынок труда
Люди, жившие в округах, расположенных вдоль главной энергосети, и тем самым раньше других ознакомившиеся с новой технологией, к 1930 г. имели на 30% более высокий доход, чем жители прочих округов. Они также с большей вероятностью были заняты в сферах деятельности, появившихся благодаря электрификации либо связанных с ней косвенно.
К примеру, в таких округах стало меньше наемных сельхозработников и больше фермеров. Стоимость электродвигателя, помогавшего выполнять самые распространенные задачи на фермах, была меньше альтернативных издержек – средней годовой зарплаты неквалифицированного работника. В поместьях, расположенных рядом со станциями Олидан и Эльвкарлебю, фермы были электрифицированы в большей степени и более интенсивно использовали электрооборудование в сравнении с остальными регионами страны.
Аналогично в округах, раньше других подключенных к электричеству, наблюдались более высокие показатели занятости по профессиям, связанным с электричеством как косвенно, так и напрямую (к примеру, в таких округах стало больше электриков и электромонтеров), хотя до электрификации (в 1890 и в 1900 гг.) их доли в общей занятости по округам были сопоставимы.
Наши результаты показывают, что электрификация заместила в основном неквалифицированных работников в сельском хозяйстве, одновременно создавая новые рабочие места, которые заполнялись людьми с образованием не выше начального.
Изучая влияние на распределение доходов, мы обнаруживаем, что выгоды были сосредоточены в нижней части доходного спектра, причем наиболее выраженный эффект наблюдался среди лиц, имеющих только начальное образование. Более ранний доступ к электричеству привел к росту дохода всех доходных групп, но у нижних децилей прибавка была в разы больше, чем у самого верхнего.
Это говорит о том, что электрификация в Швеции привела к созданию новых рабочих мест, доступных для наименее квалифицированных работников, что способствовало снижению неравенства и инклюзивному росту.
Мы считаем, что наши выводы о влиянии электрификации Швеции на неравенство в начале ХХ века имеют значение для текущих дискуссий о технологиях, труде и неравенстве. Наше исследование показывает, что влияние технологических изменений на рынки труда может зависеть от особенностей самой технологии. Электрификация стала благом для новичков и тех работников, которые находятся в нижней половине по уровню квалификации и навыков, – этот эффект сопоставим с выводами исследований об ИИ, которые предполагают, что эта технология обеспечивает эффект догоняющего развития.
Однако по мере того, как наше понимание технологии ИИ улучшается, политикам следует уделять пристальное внимание видам создаваемых новых рабочих мест. Наши результаты подчеркивают важность инвестиций в высококачественное базовое образование и развитие навыков, чтобы гарантировать, что работники смогут адаптироваться к технологическим изменениям и получать от них выгоду.
Иллюстрация: использованы изображения Sungmin Chae и Hunters Race
Когда появляются технологии общего назначения, такие как искусственный интеллект (ИИ), прогнозы нередко предрекают снижение спроса на труд и увеличение неравенства. Например, технопессимисты считают, что ИИ полностью автоматизирует многие рабочие места белых воротничков. А технооптимисты полагают, что ИИ повысит производительность до такой степени, что спрос на рабочую силу уменьшится, и это потребует введения безусловного базового дохода для поддержания потребления.
Обе точки зрения предсказывают, что неравенство будет увеличиваться, поскольку рабочая сила разделится на два лагеря, разрыв между которыми будет расти из-за разнонаправленной динамики заработков: высококвалифицированные работники, занимающиеся дизайном ИИ-систем, будут становиться богаче, тогда как работникам средней квалификации придется занимать низкооплачиваемые рабочие места в сфере услуг. Подобное уже происходило, например, при внедрении такой технологии общего назначения, как роботизация. Исследования роботизации говорят нам, что она ухудшила оплату и условия труда, что привело к увеличению неравенства в заработной плате.
Однако три недавних исследования показали, что ИИ помог начинающим или низкоквалифицированным работникам догнать высококвалифицированных при выполнении различных «беловоротничковых» задач. Так, первое из этих исследований выявило, что использование ChatGPT значительно увеличивает скорость и качество письма, причем в наибольшей степени эти улучшения сконцентрированы в нижней части распределения навыков. Второе исследование обнаружило, что доступ к инструментам ИИ повышает производительность в среднем на 14 %, при этом у новичков и низкоквалифицированных работников производительность увеличивается на 34 %, а у самых высококвалифицированных практически не меняется.
Третье исследование зафиксировало, что консультанты Boston Consulting Group, которые использовали ИИ, выполняли больше задач и делали это быстрее при более высоком качестве результата, при этом эффективность тех, чьи навыки были ниже среднего, возросла больше, чем у консультантов с навыками выше среднего. В целом последние исследования приходят к выводу, что данные на микроуровне показывают существенное улучшение производительности компаний при использовании ИИ.
Один из способов внести вклад в эту дискуссию – найти подобные примеры быстрых технологических изменений в истории. В своей недавней работе мы изучаем внедрение электричества в Швеции в начале XX века. Мы обнаруживаем, что эта преобразующая технология принесла больше пользы тем, кто находился в нижней части распределения доходов, что привело к снижению неравенства и появлению новых профессий, доступных для работников с начальным образованием.
Наши результаты показывают, что влияние технологических изменений на рынки труда в решающей степени зависит от особенностей самой технологии и от институционального контекста, в котором она применяется.
Шведский опыт электрификации
Электрификация Швеции начала ХХ века предоставляет уникальную возможность изучить влияние быстрых технологических изменений на рынки труда. В этот период набрала силу вторая промышленная революция, ознаменовавшаяся достижениями в производстве стали, электроэнергии и конвейерном производстве. Электричество сыграло ключевую роль в реформировании методов производства посредством механизации, произведя революцию в организации заводских и фабричных цехов и в практике ведения сельского хозяйства.
В первые десятилетия ХХ века в Швеции были построены две крупные гидроэлектростанции – Олидан и Эльвкарлебю, на западе и на востоке страны соответственно, положившие начало национальной энергосистеме. Их объединение в единую энергосеть было завершено в 1921 г. Линия энергопередачи, соединившая обе станции по прямой, получила название Западной линии (Centralblocket). В результате некоторые округа получили преимущество в обеспечении электроэнергией просто потому, что были расположены вдоль этой линии между двумя станциями. Эти регионы, подключенные к Западной линии, были, как и Швеция в целом, в основном сельскими и относительно отсталыми с точки зрения индустриализации. В нашем исследовании эти округа могут рассматриваться как экспериментальная группа и сопоставляться с контрольной, охватывающей остальную часть страны.
Между 1915 г. и завершением строительства Западной линии в 1921 г. доля электрифицированных сельских домохозяйств быстро увеличивалась, достигнув к 1930 г. более 40 %. Впоследствии, после Второй мировой войны, электрификацией в конечном итоге было охвачено практически все население страны. Одновременно происходили изменения в распределении доходов: доля доходов, приходящихся на верхние (самые обеспеченные) 10 % населения, быстро сокращалась в пользу остальных доходных групп.
Как электричество изменило рынок труда
Люди, жившие в округах, расположенных вдоль главной энергосети, и тем самым раньше других ознакомившиеся с новой технологией, к 1930 г. имели на 30% более высокий доход, чем жители прочих округов. Они также с большей вероятностью были заняты в сферах деятельности, появившихся благодаря электрификации либо связанных с ней косвенно.
К примеру, в таких округах стало меньше наемных сельхозработников и больше фермеров. Стоимость электродвигателя, помогавшего выполнять самые распространенные задачи на фермах, была меньше альтернативных издержек – средней годовой зарплаты неквалифицированного работника. В поместьях, расположенных рядом со станциями Олидан и Эльвкарлебю, фермы были электрифицированы в большей степени и более интенсивно использовали электрооборудование в сравнении с остальными регионами страны.
Аналогично в округах, раньше других подключенных к электричеству, наблюдались более высокие показатели занятости по профессиям, связанным с электричеством как косвенно, так и напрямую (к примеру, в таких округах стало больше электриков и электромонтеров), хотя до электрификации (в 1890 и в 1900 гг.) их доли в общей занятости по округам были сопоставимы.
Наши результаты показывают, что электрификация заместила в основном неквалифицированных работников в сельском хозяйстве, одновременно создавая новые рабочие места, которые заполнялись людьми с образованием не выше начального.
Изучая влияние на распределение доходов, мы обнаруживаем, что выгоды были сосредоточены в нижней части доходного спектра, причем наиболее выраженный эффект наблюдался среди лиц, имеющих только начальное образование. Более ранний доступ к электричеству привел к росту дохода всех доходных групп, но у нижних децилей прибавка была в разы больше, чем у самого верхнего.
Это говорит о том, что электрификация в Швеции привела к созданию новых рабочих мест, доступных для наименее квалифицированных работников, что способствовало снижению неравенства и инклюзивному росту.
Мы считаем, что наши выводы о влиянии электрификации Швеции на неравенство в начале ХХ века имеют значение для текущих дискуссий о технологиях, труде и неравенстве. Наше исследование показывает, что влияние технологических изменений на рынки труда может зависеть от особенностей самой технологии. Электрификация стала благом для новичков и тех работников, которые находятся в нижней половине по уровню квалификации и навыков, – этот эффект сопоставим с выводами исследований об ИИ, которые предполагают, что эта технология обеспечивает эффект догоняющего развития.
Однако по мере того, как наше понимание технологии ИИ улучшается, политикам следует уделять пристальное внимание видам создаваемых новых рабочих мест. Наши результаты подчеркивают важность инвестиций в высококачественное базовое образование и развитие навыков, чтобы гарантировать, что работники смогут адаптироваться к технологическим изменениям и получать от них выгоду.
Иллюстрация: использованы изображения Sungmin Chae и Hunters Race
26.06.2024
Важное
В Европейском союзе одобрили имплант PRIMA, который возвращает центральное зрение пациентам с тяжёлой формой макулярной дегенерации.
08.08.2026 13:00:00
Долгожданный музей Гуггенхайма в ОАЭ откроется 11 декабря – спустя 20 лет после анонса.
08.08.2026 09:00:00
Другие Статьи
Разбираем 10 главных правил Кристофера Нолана.
Крупнейший за десятилетия климатический феномен грозит наводнениями, засухой и энергетическим кризисом. Для новых президентов Перу и Колумбии Кейко Фухимори и Абелардо де ла Эсприэльи это станет сложным экзаменом.
Глобальная энергетическая система вступает в эпоху структурной перестройки. США, Китай и Россия своими решениями сегодня закладывают правила игры, по которым будет жить мировая экономика в ближайшие десятилетия.
Эстония обладает одними из крупнейших запасов фосфоритов в ЕС, но не планирует их промышленную добычу. Почему месторождения Тоолсе, Раквере и Асери оказались нерентабельными?