Неусвоенные уроки «разумного» человека: та же поступь, то же слепое пятно

Мир висит на тонкой нити, и эта нить — психика человека
Герхард Адлер

В разных регионах мира отмечается небывалый рост числа вооруженных противостояний. Одновременно с этим эффективность некоторых международных договоров заметно уменьшается. Кажется, что XX век с его мировыми войнами ничему не научил человечество. Но учить, видимо, было некого: так называемый homo sapiens, человек разумный, так и не сделал выводов из прошлого. Как гласит даосская мудрость: «Учитель появляется тогда, когда ученик готов». Уместно вспомнить Жиля Делёза: утверждая, что «не было мая 68-го», он напоминал о хрупкости исторической памяти — уроки прошлого исчезают, едва успев быть сформулированными: «Май 68-го не был кризисом или реакцией на кризис. Скорее наоборот. Именно текущий кризис и то безвыходное положение, в котором оказалась Франция в этих кризисных условиях, является следствием неспособности усвоить уроки мая 68-го».

Те же модели, что ведут к конфликтам между людьми, прослеживаются и в использовании природных ресурсов. Исторический опыт, включая серьёзные кризисы прошлого, учитывается при выработке текущих стратегий далеко не всегда. Цикличность исторических процессов заставляет предположить, что их источник находится не в области политических программ, а в глубинных структурах психики человека.



ПРИРОДА КАК СУБЪЕКТ: ЗАБЫТЫЙ ДОГОВОР

Французский философ Мишель Серр в своей книге «Договор с природой» предлагает радикальную смену парадигмы. Человечество привыкло к «общественному договору» (человек — человеку), но игнорирует, что существует «естественный договор». Серр настаивает, что природа — не объект эксплуатации, а полноправный субъект, с которым мы должны считаться.



Сегодня всё отчетливее проступает закономерность: климатические катаклизмы, засухи и пандемии — это не хаотичные «случайности», а обратная связь от природы, чьи пределы прочности оказались превышены. Аналогичным образом в сфере геополитики реакция на тревожные сигналы часто запаздывает, когда предотвратить кризис уже сложно.


«ПРОСВЕЩЕННЫЙ РАЗУМ» И ИРРАЦИОНАЛЬНАЯ СТИХИЯ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО

Но почему мы так слепы? Диагноз поставил Карл Густав Юнг, чьи размышления, изложенные после мировых войн, сегодня звучат пророчески. Он прямо указывает на катастрофический разрыв между нашим рациональным умыслом и иррациональностью бытия: «Наша воля есть функция, направляемая нашим умыслом; она, таким образом, зависит от определённости нашего умысла. Наш умысел должен — коль скоро это вообще есть некоторый умысел — быть рациональным, т. е. соответствующим разуму. Однако разве кто-нибудь когда-либо доказал и разве может быть когда-нибудь доказано, что жизнь и судьба согласуются с нашим человеческим разумом, т. е. что они равным образом рациональны?»

Рациональность собственных действий нередко переоценивается: её считают залогом успеха, достаточной гарантией достижения превосходства. Но, как писал Юнг, «чем дальше простираем мы рационально избранную направленность, тем больше можем мы быть уверены, что тем самым исключаем иррациональную жизненную возможность, которая, однако, точно так же имеет право быть реализованной». Именно эта исключенная возможность и взрывается войной там, где всё «просчитали».

Юнг пытался объяснить, почему «разумность» не спасает от варварства: «Цивилизация есть рациональная, с волей и намерением реализованная «целесообразная» сублимация свободных энергий. В случае отдельного человека дело обстоит точно так же. И подобно тому, как идея всеобщей культурной организации претерпела в этой войне чудовищную корректировку, точно так же и отдельному человеку в своей жизни нередко приходится на опыте узнать, что так называемые находящиеся в свободном распоряжении энергии не позволяют распоряжаться собой» (речь идет о Первой мировой войне). Часто за внешне благополучным устройством современного общества скрывается процесс, который Юнг описывал как подавление естественных сил рациональным мышлением. Он предупреждал: «...за фасадом любого разумного организованного явления скрывается изнасилованная разумом природа, в мстительном ожидании подкарауливающая момент, когда не выдержит препятствующее ей ограждение, и, сминая всё на своем пути, она ринется в данный сознанию мир».

Не свидетельствует ли сегодняшняя ситуация о том же самом, когда межгосударственные противоречия вновь перерастают в вооруженное противоборство, а внимание к глубинным психологическим аспектам уступает место привычным политическим и военным доктринам?


ДОГОВОР, О КОТОРОМ НЕ ПРИНЯТО ГОВОРИТЬ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ: ВЕРТИКАЛЬ - НЕЗРИМОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

И всё же, обращаясь к наследию Серра, Клозе, Штайнингера, Юнга и многих других мыслителей, обеспокоенных глобальными проблемами человечества, мы видим: при всей глубине их прозрений, они — как и мы вслед за ними — останавливаются на пороге самого главного. Мы говорим о договоре с природой (горизонталь), о договоре с собственной душой (внутренняя глубина), но почти забываем о договоре с Тем, Кто выше. Мы утратили вертикальную связь с Высшим, с Богом. В суете «разумных» расчетов и переговоров о квотах на выбросы углерода или разделах нефтяных месторождений мы не обращаем внимание на самое важное: наши действия наблюдаемы. И наблюдаемы они не из плоской реальности спутников и разведки, а из того измерения, которое иконописцы называют обратной перспективой.


Мы забыли, что наша эксплуатация природы и войны происходят не в безвоздушном пространстве человеческого произвола. Они происходят под взглядом Творца. И когда мы разрываем договор с Землей и с собственной душой, мы прежде всего разрываем связь с Ним. Именно это тотальное одиночество под куполом безмолвного неба, которое мы сами объявили «пустым», и порождает чудовищную жестокость современного человека. Если Бога нет, а мы — всего лишь продукт биологической эволюции, то почему бы не выкачать всю нефть и не развязать еще одну войну? Ответственность исчезает вместе с вертикалью.


ПЕТРОМОДЕРН: ТОПЛИВО КОНФЛИКТА

Концепция Клозе и Штайнингера о петромодерне при всей её ценности ограничена плоскостью социальной философии, в силу чего вопрос о небесном горизонте, возможно, остаётся за её пределами. Нефть — это «кровь Земли», но также и наркотик для цивилизации, отключающий критическое мышление и — добавим — отключающий память о Боге.

Стремление контролировать ресурсы порождает войны, которые Юнг прямо называл «психическими эпидемиями». Он писал: «Гигантские катастрофы, которые угрожают нам, это не стихийные события физической или биологической природы, а события психические. Нам в ужасающей мере грозят войны и революции, которые суть не что иное, как психические эпидемии. Во всякое время какая-нибудь химера может овладеть миллионами людей, и тогда вновь разразится либо мировая война, либо опустошительная революция. Вместо того чтобы ждать опасности от диких зверей, обвалов и наводнений, человеку сегодня приходится опасаться стихийных сил своей психики».

В разные периоды в роли таких «химер» выступали экономические интересы, связанные с природными ресурсами, межэтническая напряженность или идея «исключительности» — своей нации, своей культуры, своего пути. Но корень всех химер — в отвергнутом Боге. Человек, подавляющий свои инстинкты во имя «полезности», накапливает разрушительную силу. Юнг констатировал: «Сила влечений, скопившихся в цивилизованном человеке, страшно разрушительна и гораздо опаснее влечений первобытного человека, который постоянно понемногу изживает свои негативные влечения. Соответственно этому, ни одна война исторического прошлого не может сравниться по грандиозной гнусности с войной цивилизованных наций». Ибо в такой войне нет даже архаического страха перед гневом богов — есть лишь голая воля человека, возомнившего себя единственным богом.


ПУТЬ ОБРАЩЕНИЯ: ОТ ВНЕШНИХ ЗАКОНОВ К ВНУТРЕННЕМУ И ГОРНЕМУ

Юнг категорически отвергает надежду на внешние запреты: «...если кто-то вообразит, что здоровая вера в существование архетипов может внедряться извне, он просто подобен человеку, который хочет объявить вне закона войну или атомную бомбу». Изменение должно начаться с индивида. Но индивид, как писал Юнг, должен сначала испугаться «своего якобы божественного всемогущества». А для этого нужно перестать быть богом для себя — и снова стать человеком перед Богом. Нужно впустить в мир обратную перспективу: увидеть себя не центром Вселенной, а точкой на линии, восходящей к горнему.



Выбор, как всегда, за каждым из нас: продолжить эксплуатировать и воевать, делая вид, что Бога нет, или наконец поднять глаза — и «увидеть», что на нас смотрят. И тогда, возможно, само движение к насилию и истощению ресурсов природы остановится.

---

Тигран Мариносян, кандидат философских наук
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai