Непревзойденный мастер нуара

Дебютный роман Майкла Коннелли «Черное эхо», вышедший в 1992 году, тихой сапой прокрался на книжный рынок и так же незаметно и без помпы, обычно сопровождающей подобные события, получил премию «Эдгар» в номинации «Лучший первый роман американского писателя». Критики насторожились, сразу почувствовав в новичке уникальный дар — удивительную способность гармонично балансировать на тонкой грани реалистичной прозы и классического нуара.

Главный герой Коннелли, Гарри Босх, не картонный громила и не опустившийся коп, предпочитающий топить горе в вине, а живой человек со своими переживаниями, принципами, «пунктиками», маниями и фобиями; человек, чей характер сформировался под влиянием Лос-Анджелеса, города, где надежда и разочарование идут рука об руку. Именно Лос-Анджелес, который Коннелли описывает то со страстью и восхищением пылкого любовника, то с безжалостной точностью циничного репортера, порою выходит в романах о Босхе на первый план, отодвигая в тень главного героя. И, кстати, какого именно героя? Не иначе как достойного наследника Филиппа Марлоу? Неужели Коннелли мечтал стяжать лавры Рэймонда Чандлера?



Ну нет, все не так просто. С самого начала Коннелли шел собственным, непроторенным путем. Успех дебютного романа не вскружил ему голову и не сделал из него автора одного хита. Он продолжал упорно трудиться, без устали развивая и оттачивая профессиональное мастерство, тем самым привлекая к себе все большее внимание читателей и критиков. В 2005 году Коннелли возглавил список авторов самых популярных бестселлеров по версии журнала New York Times, и его карьера стремительно понеслась вверх. Не желая ограничиваться одним главным героем, Коннелли постоянно расширял вселенную Гарри Босха, вводя в нее таких персонажей, как адвокат (и по совместительству брат Гарри Босха) Микки Холлер, детектив Рене Бэллард или журналист Джек Макэвой. Иногда эти герои действуют сообща с Босхом, иногда — самостоятельно, без его непосредственного участия.

Особую неотразимость произведениям Коннелли придают не только увлекательный сюжет и харизматичные персонажи, но и детальная прорисовка работы полицейских, адвокатов и журналистов. С миром криминала, насилия, полицейской рутины и бессонных ночей в редакции Коннелли знаком не понаслышке. Более десяти лет он проработал криминальным репортером и прекрасно разбирается в перипетиях полицейских расследований, тонкостях частного сыска и непредсказуемости журналистского бытия. Его статьи и заметки, набросанные в полицейской машине, мчавшейся по ночным улицам к месту преступления, легли в основу многих его книг.


За эти годы Коннелли успел отметиться рядом престижнейших литературных наград, включая премию «Бриллиантовый кинжал» (высшая ежегодная награда Великобритании, присуждаемая за выдающийся пожизненный вклад в развитие жанра детективной литературы и криминальной прозы), две премии критиков журнала «Стрэнд» за лучший детективный роман и премию «Гранд-мастер», вручаемую Ассоциацией писателей детективного жанра Америки за достижения, значительный вклад и неизменно высокое качество работ в жанре детектива и триллера.

В начале 2025 года в романе Nightshade («Паслен») Коннелли познакомил читателей и критиков с новым персонажем — Стилвеллом, детективом полицейского департамента Лос-Анджелеса, «сосланным» по воле обстоятельств на пустынный, продуваемый всеми ветрами скалистый остров Санта-Каталина у побережья Калифорнии, как можно дальше от оживленного, бурлящего событиями материка. Но даже там, в глуши и забытьи, Стилвелл остается полицейским до мозга костей. «Паслен» необычный для Коннелли роман, к тому же не с самым характерным для него героем, поэтому, возможно, осенью того же года, в книге The Proving Ground («Испытательный полигон») бразды правления детективной интригой Коннелли вновь передал давнему знакомцу читателей — Микки Холлеру.

Эндрю Гилли: Одна из ваших последних книг называется «Испытательный полигон» и посвящена приключениям Микки Холлера. Не можете немного рассказать о ней?

Майкл Коннелли: На создание романа меня вдохновила пара историй, связанных с искусственным интеллектом. Несколько лет назад вооруженный арбалетом подросток перелез через стену Виндзорского замка, чтобы убить королеву. Разумеется, его тотчас схватили охранники. На вопрос, кто его надоумил совершить столь безумный поступок, подросток ответил, что его подтолкнуло к этому общение с искусственным интеллектом. Второй случай приключился год назад в Орландо. В одной семье стряслась чудовищная трагедия — покончил с собой четырнадцатилетний подросток. Родители, пытаясь отыскать причины, заставившие их сына пересечь роковую черту, выяснили, что мальчик все свободное время проводил с искусственным интеллектом, воспринимая чат-бот как своего верного и единственного друга.

В результате он внял увещаниям ИИ и свел счеты с жизнью, чтобы, как он написал в предсмертной записке, «навечно соединиться в виртуальном пространстве со своим добрым товарищем — чат-ботом». Родители подали в суд на компанию-разработчика ИИ. Я получил все материалы по этому делу и знаю его назубок.


Кроме того, в новом романе я позволил Микки Холлеру перевернуть очередную страницу своей жизни и с уголовных дел переключиться на дела гражданские, стать адвокатом, защищающим интересы общества. Я считаю важным уделять внимание искусственному интеллекту, особенно сейчас, когда он буквально поглощает нас на всех уровнях нашего существования. Искусственный интеллект — фантастически прорывная технология, он творит настоящие чудеса в медицине, телекоммуникациях, системах обслуживания и так далее. Однако на сегодняшний день мир искусственного интеллекта подобен хаосу, и подросток четырнадцати лет вполне может подпасть под влияние бесчувственного робота, запрограммированного далеко не тинейджерами, а взрослыми и не всегда чистоплотными людьми. И мне показалось, что настал идеальный момент для написания романа, посвященного ИИ.

Эндрю Гилли: А вы сами используете ChatGPT?

Майкл Коннелли: Нет. Хотя бы потому, что я — инициатор многочисленных коллективных исков, поданных авторами, чьи произведения безо всякого разрешения с их стороны были использованы (сиречь — украдены) для обучения ChatGPT. Я думаю, было бы лицемерием прибегать к помощи искусственного интеллекта и одновременно судиться с ним. Так что — нет, намеренно я искусственный интеллект не использую. С другой стороны, я вполне допускаю, что, выходя в сеть Интернет или скачивая приложение на смартфоне, я так или иначе прибегаю к услугам ИИ. Но тут уж ничего не поделаешь.

Эндрю Гилли: Расскажите, пожалуйста, немного о романе «Паслен». Он разительно отличается от большинства ваших работ и, по-моему, не избежал влияния Джона Данна Макдональда, что, как мне кажется, придает ему дополнительный шарм. Лично мне ваш роман очень нравится, так как я — преданный поклонник творчества Джона Макдональда.

Майкл Коннелли: Да, все верно. По правде говоря, в юности я подрабатывал в гавани Bahia Mar, где швартовался The Busted Flush, плавучий дом, облюбованный Макдональдом. В книгах про Трэвиса Макги Макдональд часто упоминал и эту гавань, и людей из реальной жизни — людей, которых я знал. В те дни я был очарован Макдональдом, и, знаете, чтение его книг и книг других авторов отчасти вдохновило меня избрать писательскую стезю. Так что соглашусь, атмосфера «Паслена» навеяна произведениями Джона Макдональда.

Эндрю Гилли: Из признанных авторов нуара, кто наиболее близок вашему сердцу? Я знаю, что вы настоящий знаток нуара, и мне очень интересно, в каком порядке вы расставили бы авторов этого жанра.

Майкл Коннелли: На первое место я бы поставил Рэймонда Чандлера, а вот выбор претендентов на остальные места весьма и весьма затруднителен. Наверное, лично для меня «Великая тройка» — это Чандлер, Джозеф Уэмбо и Росс Макдональд. Все они писали о Лос-Анджелесе или Южной Калифорнии. И все трое оказали на меня огромное влияние.

Эндрю Гилли: И какие у вас любимые книги этих авторов?

Майкл Коннелли: Что касается Чандлера, то вы мне не поверите. Наверное, вы думаете, что я предпочитаю «Вечный сон» и подобные ему прогремевшие на весь мир романы, но нет. Мой выбор — мало кому известная «Сестричка», особенно глава, имеющая довольно слабое отношение к сюжету. В ней Марлоу в расстроенных чувствах колесит по Лос-Анджелесу и, подмечая незаметные на первый взгляд детали пейзажа, размышляет о жизни и обо всем остальном. Глава насыщена метафорами и «фирменными» чандлеровскими сравнениями. Я просто обожаю ее. Я перечитывал ее десяток и десяток раз. Так что у Чандлера — «Сестричка». А у Джозефа Уэмбо — The Black Marble («Черный мрамор»).

Эндрю Гилли (разражаясь смехом): «Черный мрамор»? Вот это да! Совершенно не ожидал.

Майкл Коннелли: Да уж, действительно очень неожиданно. Но, знаете, по-моему, «Черный мрамор» самая атмосферная книга Уэмбо. Более того, в ней он поднял работу детектива на необычайную высоту, показал ее благородство, подчеркнул опасности, подстерегающие детектива, когда он узнает то, что ему знать не полагается, или принимает расследование слишком близко к сердцу.


А с Россом Макдональдом — вообще беда. Не знаю, на чем остановиться. Ну, давайте попробуем «Человека из могилы». По-моему, с этой книги и началось наше знакомство. Мне кажется, для большинства читателей — кстати, я тоже из их числа — любимой становится та книга автора, которую они прочитали первой. Думаю, здесь присутствует некий феномен открытия.

Люди думают: «Ух ты, я открыл нового блестящего автора, надо бы познакомиться с ним поближе», и это впечатление первой прочитанной книги неизвестного до того автора настолько сильно, что не отпускает их еще долгие и долгие годы, а то и всю жизнь.

---

Эндрю Гилли, LiveLib
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai