Мумии тоже люди

В австралийском музее задумались об уважительном отношении к людям, чьи мумифицированные останки входят в коллекцию египетских древностей. Открытые останки убрали из экспозиции, а от слова «мумия» отказались из-за его ассоциаций с поп-культурой.

Стремясь сориентироваться в меняющихся этических принципах музеологии, сиднейский Музей Чау Чак Винга снял с экспозиции ряд древнеегипетских человеческих останков, в том числе незабинтованную мумифицированную ступню в старой металлической коробке из-под печенья. Кроме того, по рекомендации старшего куратора отдела древностей и археологии Мелани Питкин из экспозиционного зала при Сиднейском университете убрали мумифицированную голову. Также музей переименует свой Зал мумий, чтобы избавиться от ассоциаций с популярной культурой, не имеющей ничего общего с серьезной наукой о Древнем Египте. Питкин рассказала The Art Newspaper, что, по ее мнению, более подходящим названием было бы что-нибудь вроде «Дома вечности», точнее отражающее культурные мотивы мумификации в Древнем Египте. Однако переименование состоится только после консультаций с египетским сообществом в Австралии и в самом Египте.

По словам Питкин, ее музей входит в число мировых лидеров в сфере разработки и внедрения новых протоколов, регулирующих экспонирование египетских мумифицированных человеческих останков. «Это злободневный вопрос. В академической среде он обсуждается уже, наверное, десятилетие, но внедрение изменений в музеях идет очень медленно», — рассказывает она.

Мелани Питкин работает в Музее Чау Чак Винга с февраля 2022 года. До этого она была младшим научным сотрудником отдела египетских древностей в Музее Фиц­уильяма при Кембриджском университете, а еще раньше более десятилетия трудилась в сиднейском Музее прикладного искусства и науки. Она рассказывает, что, когда только пришла на свое нынешнее место работы, ее удивило обилие мумифицированных частей тел в экспозиции египетского отдела. Впрочем, ей известно, что музеи мира пока не достигли консенсуса относительно того, как следует демонстрировать и описывать подобные экспонаты. «Никаких четких рекомендаций не существует ни на международном, ни на местном институциональном уровне», — объясняет Питкин.

Тем не менее в сиднейском музее приняли решение (вошедшее в недавно опубликованные на его сайте директивы) не экспонировать открытые человеческие останки. «Будет рассматриваться включение в экспозицию только полностью обернутых или закрытых останков, — говорится в директивах. — Мы будем использовать формулировки, отражающие тот факт, что эти останки, сколько бы тысяч лет им ни было, представляют собой тела когда-то живших людей».

Музей отказывается от употребления слова «мумия» в пользу таких словосочетаний, как «древнеегипетские мумифицированные человеческие останки» и «египетские мумифицированные останки».

Мелани Питкин рассказывает, что музеи, в сферу специализации которых входит египтология, в вопросах, связанных с экспонированием спорных и потенциально оскорбительных материалов, ориентируются в основном на этический кодекс Международного совета музеев. По ее словам, формулировки кодекса весьма расплывчаты. Он призывает к уважительному экспонированию мумифицированных человеческих останков, но не уточняет, что это означает на практике.

За полтора года исследовательской работы и консультаций Музей Чау Чак Винга провел ряд опросов, посвященных реакции посетителей на экспонирование мумифицированных останков. Их результаты повлияли на решение музея убрать «отделенные» части тела, в том числе упомянутую ступню, как оскорбительные и пропитанные духом колониализма. Хотя опрос показал, что 79 % респондентов не считают проблемой демонстрацию человеческих останков в музейных экспозициях, этот ответ связан со значительными оговорками. В их числе — условие, что выставленные останки должны принадлежать людям, жившим по меньшей мере на два поколения раньше посетителей музея.

Сейчас в экспозиции Музея Чау Чак Винга оставили только полностью обернутые мумифицированные останки неустановленного взрослого человека в саркофаге, подписанном именем «Меруа», и останки юноши по имени Хорус (около 100 года н. э.). Вдобавок экспонируются трехмерные визуализации, созданные на основе сканограмм этих объектов.

По словам Мелани Питкин, главная проблема заключается в отсутствии единой международной практики в отношении экспонирования человеческих останков.

Она добавляет, что стопа в металлической коробке из-под печенья была передана в дар музею еще до 1960-х годов. В Египте туристы покупали такие весьма шокирующие предметы в качестве сувениров.