Мистер непопулярность

У премьера Британии Кира Стармера появился повод для гордости: он вошел в историю. Правда, по довольно сомнительному поводу. Стармер стал самым непопулярным главой правительства за всю историю электоральных наблюдений.

Таким званием его наградила социологическая служба Ipsos, которая замеряет общественные настроения с 1977 года. В последнем опросе компания выяснила, что работой Стармера на посту премьера недовольны 79 % британцев. Положительно его деятельность оценивают только 13 %. А чистый рейтинг одобрения – то есть одобрение минус неодобрение – составил -66 %. У предыдущего рекордсмена – предшественника Стармера Риши Сунака – этот показатель был -59 %.



Неважно дела с рейтингами обстоят и у Лейбористской партии. Летом 2024 года она одержала сокрушительную победу на парламентских выборах. 412 из 660 мест в Палате общин – это второй лучший результат партии в истории, который лишь немного не дотянул до рекорда Тони Блэра в 1997 году (418 мест).



Подобную ситуацию можно было назвать нормальной, если бы Стармер и лейбористы правили хотя бы половину отведенного им пятилетнего срока. Однако к «рекорду» они пришли всего за полтора года у власти.


ПОЛИТИЧЕСКИЙ РОБОТ

Строго говоря, Стармер никогда не был популярным. Даже во время триумфальной избирательной кампании 2024 года британцы видели лидера лейбористов в лучшем случае слабым политиком.

Показательный случай произошел во время общения Стармера с избирателями на телеканале Sky News. Взявший слово молодой человек из аудитории назвал Стармера политическим роботом, а не человеком, которому можно доверить страну, и спросил, как тот собирается убеждать избирателей голосовать за него. Несколько замявшись, Стармер попытался было оправдаться, однако его ответ собеседника не устроил, о чем тот не постеснялся сказать ему прямо в лицо.

Второй курьез случился на финальных премьерских дебатах между Стармером и Сунаком. Мужчина по имени Роберт Блэксток вызвался задать вопрос и устроил политикам «мини-прожарку». Сунака он назвал посредственным премьером, а Стармера сравнил с марионеткой, чьи ниточки дергают высокопоставленные функционеры лейбористов. Закончил он свое выступление фразой: «Вы двое – это действительно лучшее, что у нас есть для поста премьера этой великой страны?»



Стармер был толковым партийным функционером и умел лавировать между разными группами влияния – эти качества помогли ему преодолеть раскол между умеренными и крайне левыми лейбористами, который тянулся со времен лидерства Джереми Корбина. В то же время он был невзрачным, не умел коммуницировать с публикой и, казалось, не имел своего мнения ни по одному из вопросов. Вместо этого политик действовал «механически»: без зазрения совести менял позицию на прямо противоположную, если видел, что избирателю она не нравится. Однако из-за этого у британцев сложилось впечатление, что у их премьера нет целостной политики и видения, куда должна идти страна.


ПРЕМЬЕР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ

Добавило раздражения и то, что, встав у руля, Стармер сразу же с головой окунулся во внешнюю политику. Британский премьер взялся выстраивать отношения между США и Европой. В первые три месяца он съездил за рубеж 11 раз. К исходу первого полугодия премьерства он провёл за границей суммарно 31 день – больше, чем кто-либо из его предшественников за этот же период. Министры Стармера жаловались, что его все время нет на месте. Простые британцы же задавались вопросом: а не забыл ли премьер про свои обязательства перед ними?

Пока Стармер ездил по миру, бразды правления фактически взяла канцлер казначейства Рейчел Ривз. Именно ей доверили самую важную задачу – привести в порядок государственные финансы. Заткнуть дыру в £40 млрд предстояло без повышения налогов: этот вариант лейбористы запретили сами себе еще во время избирательной кампании. Поэтому Ривз начала урезать расходы на социальную сферу.



Лейбористам в парламенте такой план не понравился – они устроили настоящий бунт против правительства Стармера, пригрозив проголосовать против законопроекта. Когда к демаршу присоединилась четверть фракции, в дело пришлось вмешиваться самому премьеру. Баталии в Палате общин привели к тому, что Ривз расплакалась в прямом эфире посреди препираний Стармера с депутатами. Но закончилось все снова уступками, которые свели на нет усилия канцлера. Зато по итогу кризиса Стармер извинился перед народом и впервые признал, что заигрался в зарубежные дела.


СТАРМЕР ПРОТИВ МИГРАНТОВ

Государственные финансы – это не единственный провал, который допустило правительство Стармера. На его премьерство выпал жесточайший миграционный кризис. По данным газеты The Telegraph, в 2022-2024 гг. в Соединенное королевство прибыло больше мигрантов, чем в США. И это при том, что территория Штатов в 40 раз больше. Нелегалы продолжают приплывать в Британию на лодках через Ла-Манш. 28 сентября власти страны зафиксировали своеобразный рекорд: на одном судне приехали сразу 125 человек. А в день пролив могут переплывать до 1000 нелегалов.

Стармер подошел к проблеме мигрантов точно так же, как и к остальному, – непоследовательно. Придя к власти, он первым же делом отменил план кабмина Сунака по депортации нелегалов в Руанду. И это при том, что Лондон уже успел заплатить африканской стране £300 млн за их размещение. Возвращать деньги, естественно, никто не собирался. Более того, в апреле 2025-го руандийцы потребовали выплатить им остатки оговоренной суммы – еще £50 млн, в рамках «доверия и добропорядочности».


Однако предложенные Стармером решения оказались полумерами. Идею массовой депортации он отверг и предложил вместо этого организовать в третьих странах хабы для возвращения, то есть фактически вернуться к «руандийской схеме» консерваторов. Одним из таких хабов должна была стать Албания. Однако Тирана сразу отказалась, чем поставила Стармера в неловкое положение. О новых договоренностях с тех пор не сообщалось. Последнее новшество кабина лейбористов – перевод всех работников на электронные ID. По мнению британского премьера, это поможет вывести мигрантов из тени. Однако многочисленные попытки выяснить у Стармера, каким образом электронные ID помогут бороться с нелегалами, оказались безрезультатными.


ЭПОХА ОШИБОК

«Эпоха ошибок», как правление Стармера уже окрестили в прессе, не могла пройти для него незаметно. Брожения начались не только в обществе, но и в собственной партии премьера. Внутрипартийные позиции Стармера подорвал скандал с его вице-премьером Анджелой Райнер. Политик попалась на махинациях с налогами, а когда ее дела стали достоянием общественности, ушла в отставку. Райнер считалась ближайшим соратником Стармера, а также связующим звеном между ультралевым и умеренным крылом лейбористов и позволяла Стармеру сохранять внутрипартийную стабильность. Вдобавок выяснилось, что назначенный лейбористами посол в США Питер Мандельсон посещал печально известный остров Джеффри Эпштейна. Его Стармеру тоже пришлось уволить.

На фоне скандалов у Стармера появилась внутрипартийная оппозиция. Депутат от Лидса Ричард Бургом прямо заявил: если правительство не изменит курс, а Лейбористская партия проиграет местные выборы в мае 2026-го, то премьера выкинут из кресла. А 24 сентября на горизонте внезапно появился мэр Манчестера Энди Бёрнэм. Политик дал интервью газете The Telegraph и заявил, что некоторые депутаты просят его побороться за лидерство в партии.


Прямо сейчас Бёрнэм наиболее предпочтительный кандидат на пост премьера. По опросам, его поддерживают 62 % сторонников лейбористов против 29 % у Стармера. Однако последний, судя по всему, настроен сделать все, чтобы скамейка запасных оставалась пустой. Высокопоставленные союзники Стармера в Лейбористской партии власти дают понять: если мэр Манчестера попытается избраться, то они не побрезгуют воспользоваться админресурсом, чтобы не допустить его до выборов. А значит, просто так Стармер никуда не уйдет.

---

Виталий Рюмшин
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai