Контуры геополитической стратегии Латинской Америки

Контуры геополитической стратегии Латинской Америки
На фоне активной фазы формирования полюсов многополярного мира в Евразии лидеры Бразилии и Аргентины Луис Инасиу Лула да Силва и Альберто Фернандес (2023 г.) заявили о принятии решения «активизировать обсуждение единой южноамериканской валюты, которая может использоваться для обслуживания как финансовых, так и торговых потоков, уменьшить операционные издержки и внешнеэкономическую уязвимость двух стран». Об этом пишет Руслан Гребнев в своей статье в журнале «Свободная мысль».


Очевидно, что совместная инициатива Бразилии и Аргентины будет поддержана Уругваем и Парагваем, обладающими общей геополитической субъектностью с Аргентиной и Бразилией в рамках МЕРКОСУР. Поэтапное формирование новой валютной зоны в Латинской Америке свидетельствует о продвижении латиноамериканских государств к суверенизации, региональной интеграции и, следовательно, формированию полюса многополярного мира в Южной Америке. Формирование латиноамериканской валютной зоны — не единственный признак суверенизации экономики Латинской Америки. Ее поворот от «Вашингтонского» к «Корнуоллскому консенсусу» свидетельствует о выработке новой модели развития стран Латинской Америки, в которой ставка будет сделана на новый тип «государства социального благосостояния» в противовес исчерпавшей себя неолиберальной концепции. 


Тенденция формирования латиноамериканской автаркии противоречит геополитическому проекту США, нацеленному на продление однополярности. В связи с этим возможны два сценария вмешательства США в формирование латиноамериканской автаркии. Первый аналогичен установлению влияния США на наднациональные органы управления Евросоюзом, в том числе поддержкой ангажированных лидеров. Второй может быть связан с агрессивным вмешательством США во внутренние дела латиноамериканских стран, как это было реализовано для противодействия инициативам Муаммара Каддафи по интеграции африканских государств и обороту золотого динара в Африке


То, что военная стратегия США допускает возможность военного вмешательства во внутренние дела латиноамериканских стран, подтверждается воссозданием в 2008 г. (несмотря на протесты Бразилии, Аргентины и Венесуэлы) Четвертого флота ВМС США. Цель настоящего исследования — моделирование геополитической стратегии Латинской Америки в многополярном мире. Для ее достижения решаются следующие задачи: выявление ключевых аспектов суверенизации формирующейся латиноамериканской автаркии; выявление ключевых аспектов региональной интеграции латиноамериканских государств; обоснование перспектив развития тихоокеанского и ибероамериканского векторов развития латиноамериканской автаркии. 


Научный задел в области междисциплинарных латиноамериканских исследований, латиноамериканского регионоведения, а также результаты множества исследований феномена латиноамериканского конституционализма, в том числе политико-правовой доктрины Симона Боливара (но не ограничиваясь этим), позволяет рассматривать Латинскую Америку как единый субъект международных отношений наряду с соседствующим Североамериканским регионом, который уже традиционно воспринимается как один из ключевых акторов глобализации. Формирование цивилизационных союзов государств, организованных на принципах экономической и политической самодостаточности, является актуальной всемирной тенденцией. 


Рост демографических показателей Латинской Америки, в том числе снижение смертности, означает увеличение численности населения стран Латинской Америки, обладающих общей или смежной культурной идентичностью и заинтересованных в росте благосостояния.
Южноамериканские государства совместно с государствами Карибского бассейна демонстрируют на уровне выступлений глав государств в рамках международной повестки намерения сформировать экономико-политический блок в новой системе международных отношений, которая подразумевает многополярный мир с несколькими центрами силы.


Международная политико-правовая активность Бразилии, Аргентины, Парагвая, Уругвая, Никарагуа, Венесуэлы, Кубы и других государств, заинтересованных в признании своего статуса, роли и места в многополярном мире, находится в оппозиции геополитическому проекту, направленному на поддержку гегемонии США. 


Внешняя политика южноамериканских стран, государств Карибского бассейна, а также испаноязычных и португалоязычных стран Северной Америки и Европы становится фактором формирования единой геополитической стратегии Латинской Америки.


Целевыми задачами геополитической стратегии Южной Америки является, во-первых, «объединение южноамериканских государств для проведения общего экономического курса и отстаивания общих позиций на мировой арене», а во-вторых, признание статуса Латинской Америки как полюса многополярного мира наряду с Русским миром, глобальным Китаем, исламским миром и другими формирующимися региональными геополитическими субъектами. Решение второй из указанных задач подразумевает развитие экономического, политического, военного и культурного сотрудничества с формирующимися полюсами многополярного мира, а также комплексное противодействие внешней политике США, которые будут стремиться не допустить развития такого сотрудничества.


Беспрецедентные инвестиции Китая в латиноамериканские экономики, в свою очередь, являются фактором, в среднесрочной перспективе содействующим формированию южноамериканской автаркии. Но в долгосрочной перспективе Китай сможет использовать экономическую зависимость латиноамериканских государств и заменить собой США, установив доминирующие международные отношения в регионе. Этот вопрос обладает меньшей актуальностью, чем комплексное противодействие внешней политике США. Однако о такой перспективе развития внешнеполитического курса Китая в Латинской Америке не стоит забывать.

На пути суверенизации латиноамериканской автаркии

Одно из принципиальных противоречий двух глобальных геополитических проектов заключается в различных подходах к принципу суверенности государств. Теория многополярности подразумевает признание интегрального (цивилизационного) суверенитета союза государств, обладающих общей геополитической субъектностью.


Внешнеполитическая же доктрина США подразумевает статус США как гаранта американской концепции демократии и прав человека во всем мире. Самопровозглашенный статус США является нелегитимным основанием для вмешательства американцев во внутренние дела суверенных государств, в результате чего возникает принципиальная позиция региональных центров геополитического влияния по реализации концепции многополярности.


Внешнеполитический вектор США направлен на планомерную десуверенизацию зарубежных стран и установление торговой зависимости. Политика США в области кредитования, субсидирования и инвестирования в экономики стран Латинской Америки имеет своей целью обеспечение поддержки геополитического проекта однополярного мира. Экономическая и связанная с ней политическая зависимость некоторых государств Латинской Америки от США является обеспечением гарантии голосования по вопросам повестки ООН и других международных организаций. На основании изложенного можно обоснованно считать, что суверенизация формирующейся латиноамериканской автаркии является первым из ключевых направлений геополитической стратегии Латинской
Америки.


Обращаясь к урокам истории, анализируя характер четырех революционных волн второй половины XX в., одна из которых коснулась Боливии, Кубы, Никарагуа и Чили, можно сделать общий вывод о том, что революции XX в. во многом были отражением отношений СССР и США, которые оказывали поддержку тем или иным политическим силам, осуществлявшим борьбу за власть в государствах, представляющих интерес для их внешней политики.


История демонстрирует, что внешняя поддержка сторон вооруженного конфликта повышает численность безвозвратных потерь и влечет за собой демографический кризис в государстве. В связи с этим суверенизация в целом представляется тем видом политической активности, который может быть поддержан абсолютным большинством населения, если государство обладает однородной геополитической идентичностью.


Присоединение Аргентины к БРИКС, инициатива Бразилии и Аргентины по созданию единой валютной зоны МЕРКОСУР демонстрируют приверженность Латинской Америки тенденциям суверенизации, противоречащей геополитическим интересам США. Необходимость противодействия США и их сателлитам возникает вследствие геополитических интересов атлантистов в Латинской Америке, где сосредоточено 35 % мировых гидроэнергетических ресурсов, 27 % угольной промышленности, 24 — мировой добычи нефти, 8 — природного газа, 5 — урана, а также находятся 25 % мировых запасов леса.


Для обеспечения геополитических интересов США в Латинской Америке их армия базируется в Панаме, Пуэрто-Рико, Колумбии, Перу. США активно развивают военно-техническое сотрудничество с Эквадором и Гондурасом, используя факторы технологической зависимости и финансовых обязательств латиноамериканских стран, которые во многом возникают вследствие частноправового подчинения латиноамериканских юридических лиц корпорациям США. Военно-техническое сотрудничество США с указанными странами Латинской Америки продиктовано подготовкой США к ведению прокси-войны против неугодных политических образований.


В соответствии с геополитическим подходом неполнота политических систем указанных южноамериканских государств характеризует эти страны как объекты стратегического управления США. Военные объекты США, расположенные в Гондурасе, направлены на сдерживание Венесуэлы, в которой распространены антиамериканские настроения. Геополитическая капитуляция Эквадора в первую очередь связана с оборотом доллара США как национальной валюты.


В процессе институционализации полюсов многополярного мира государства Латинской Америки, обладающие геополитической субъектностью исключительно в составе англосаксонского мира, могут сохранить за собой периферийное место в зоне геополитического влияния США. Для присоединения таких стран к латиноамериканской автаркии Эквадор, Гондурас и другие находящиеся в политической, экономической и других формах зависимости от США государства ожидает фундаментальная перестройка политической системы, в том числе закрепление государственной идеологии консервативного толка в системе конституционно-правовых норм.


Феномен латиноамериканского конституционализма в целом играет одну из ключевых ролей в процессе суверенизации Латинской Америки. Его зарождение было изначально связано со стремлением южноамериканских государств создать независимые от внешнего регулятора стабильные политические системы и защитить права человека в контексте принципов равенства и справедливости.


Конституционализм как политико-правовое течение — система воззрений, смежных с концепцией традиционализма. Традиционный тип культуры Латинской Америки позволяет прогнозировать развитие распределенного типа консервативной идентичности, соответствующей геополитическим концептам цивилизации суши и латиноамериканского хартленда.


Формирование латиноамериканского конституционализма во многом было детерминировано последствиями трансатлантической работорговли и идеологии расизма, установленной на уровне конституционно-правовых норм в странах Европы и США. С середины XVI в. до второй половины XIX в. Латинская Америка была частью трехсторонних отношений между Европой, Африкой и Америкой в области трансатлантической работорговли.



Глобальное доминирование западной цивилизации в XX в. «произошло в значительной степени за счет захвата огромных богатств Латинской Америки». 


Рабский труд в Латинской Америке активно использовался в сельском хозяйстве и добывающей промышленности. Отголоски идеологии расизма, политики трансатлантической работорговли и колониальной политики западной цивилизации проявляются в концепции иерархического устройства однополярного мира. Социальное неравенство как системообразующий элемент глобального и государственного управления США и их сателлитов является ценностью, которая интуитивно отвергается латиноамериканскими народами на социокультурном уровне, имеющем ценностное выражение в конституционно-правовых нормах.


Конституции латиноамериканских стран отличает массив нравственных императивов, запрещающих любое неравенство на основании расовой принадлежности и происхождения человека. Латиноамериканский институт прав человека не тождественен англосаксонской и западноевропейской концепции прав человека. Опыт латиноамериканского конституционализма позволяет прогнозировать дальнейший отход от англосаксонской и западноевропейской концепции прав человека и развитие релятивистского, латиноамериканского подхода к институту прав человека, учитывающего социокультурные особенности стран Латинской Америки и содействующего суверенизации формирующейся латиноамериканской автаркии.



На пути интеграции латиноамериканской автаркии



Перспективы интеграции латиноамериканских государств имеют глубокие исторические предпосылки.


Во-первых, они обладают устойчивыми социокультурными связями, выражающимися в цивилизационном единении этнических, конфессиональных и других социокультурных групп населения Латинской Америки.


Во-вторых, история взаимоотношений некоторых южноамериканских государств предопределяет иерархическое устройство латиноамериканской автаркии, что является признаком формирующейся системы регионального управления. Например, взаимоотношения Парагвая и Бразилии в свое время были детерминированы внешнеполитическими амбициями Бразилии занять место региональной державы в Южной Америке, а стремления Парагвая были направлены на доступ к бразильским ресурсам — не только фактическим, но и символическим. 


В контексте асимметрии двусторонних отношений для Парагвая важен фактор «репутационных самоограничений», которые добавляются во внешнюю политику Бразилии, когда она стремится говорить от имени региона. Цивилизационное единение латиноамериканских народов приводит к постепенным качественным изменениям в регионе, формируя новое пространство, объединенное общими целями и ценностями. Аналогичные процессы имели место в эпоху западноевропейского Возрождения, для которой характерны мощная культурная интеграция и развитие, а также гуманизм, развитие технологий, зарождение и развитие науки в современном понимании.


В современных условиях, когда Латинская Америка все меньше удовлетворена позициями Северной Америки и Европы по отношению к государствам «планетарного Юга», учеными Аргентины, Бразилии, Венесуэлы, Никарагуа, Кубы и других стран разрабатывается латиноамериканская цивилизационная парадигма, отличная как от Запада, так и от других полюсов формирующегося многополярного мира. 


Общность латиноамериканской культуры служит точкой подключения к наднациональному пространству. В силу особенностей культурного развития латиноамериканцев художественное творчество Латинской Америки, как правило, сочетает искренние мелодраматические сюжеты с идейным содержанием, которое заключается в противостоянии буржуазному миру и презрении к материальному благу. 


В художественном творчестве США, напротив, Латинская Америка преподносится как источник нестабильности и реальной или потенциальной угрозы, что оправдывает гипотетическое вмешательство во внутренние дела этих стран со стороны Америки в интересах блага всего человечества или сохранения существующего миропорядка. Важнейшим элементом системы формирования мировоззрения латиноамериканских народов, сохранения исторической памяти и обеспечения преемственности поколений являются тенденции создания единого образовательного пространства в Латинской Америке.


Социокультурное единство латиноамериканцев также имеет важное значение в контексте массовой эмиграции в США, где «латинос» образуют самое многочисленное этническое меньшинство, превышающее 60 млн человек, из которых свыше 32 млн обладают избирательным правом и способны влиять на формирование органов государственной власти США. 



Латинская Америка и Тихий океан 



Архитектура многополярного мира предопределяет особое значение Тихого океана в контексте организации взаимодействия Латинской Америки, Русского мира, глобального Китая, Индо-Тихоокеанского блока, исламского мира и других геополитических субъектов многополярного мира. 


Срединность Тихого океана предполагает отсутствие явного лидера в организации торгового сотрудничества между центрами геополитического влияния. Организация торговой логистики в Тихом океане и связанные с ней вопросы региональной безопасности потребуют создания органов глобального управления, основанного на консенсусе полюсов многополярного мира. 


Последствия Тихоокеанских войн в Латинской Америке продолжают влиять на отношения между Чили, Перу и Боливией в XXI в. Они являются хорошим примером того, как прошлое информирует настоящее, повествуя и определяя масштабы и значение геополитических отношений в Латинской Америке.


«Чилийско-боливийский территориальный конфликт, в результате которого Боливия потеряла выход к морю и до сих пор его лишена, представляет собой одну из самых печальных страниц боливийской истории, являясь одновременно серьезной политической проблемой в рамках дипломатических отношений двух латиноамериканских стран». 


Особая роль Тихого океана в контексте его срединности в многополярном мире предъявляет латиноамериканским государствам требования по организации взаимодействия государств внутри латиноамериканской автаркии. Наличие выхода к Тихому океану — безусловное преимущество Чили и Перу в контексте формирования иерархического устройства южноамериканского полюса многополярного мира. 



Ибероамерика 



Латинской Америке предстоит сыграть историческую роль в окончательном иссечении атлантизма как геополитики морского могущества, которая обеспечивала глобализацию политических процессов по сценарию США. Геополитические предпосылки латиноамериканских народов, на этногенетическом уровне обладающих общей культурной идентичностью с неэлитарным населением Испании и Португалии, предопределяют возможность реализации принципа исторической справедливости и формирования геополитической субъектности Ибероамерики, в состав которой войдут бывшие колонии и метрополии. 


Ибероамериканский формат является системным решением вопроса наложения репараций на государства, осуществлявшие хищническую колониальную политику на «планетарном Юге». Концепция Ибероамерики приобретает новую актуальность в связи с геополитической капитуляцией Евросоюза, выражающейся в его абсолютной политической и экономической зависимости от США. 


При создании единой геополитической стратегии Испании и Португалии со странами Латинской Америки и Карибского бассейна ибероамериканское цивилизационное пространство приобретает важное геополитическое значение. Государства Латинской Америки, основанные европейскими мигрантами из Испании и Португалии, сохраняют некоторую социокультурную общность, вызванную этногенетическим происхождением. В эпоху формирования многополярного мира и изменения баланса сил на международной арене Испания и Португалия могут извлечь выгоду из своих исторических, культурных, экономических и политических связей с Латинской Америкой и Карибским бассейном для укрепления своего международного статуса. 


Ибероамериканский вектор развития формирующегося полюса многополярного мира в Латинской Америке будет поддержан всеми центрами геополитического влияния в мире, поскольку этот вектор способен содействовать становлению англосаксонского мира в контексте теории многополярности, что соответствует геополитическим интересам всех акторов децентрализации глобального мира.


Ибероамериканский вектор развития латиноамериканской автаркии имеет важное значение для Африки, Индии и других регионов, пострадавших от действий европейских колониальных держав, в части формирования системных предпосылок восстановления исторической справедливости.


 На основании изложенного важнейшими элементами геополитической стратегии Латинской Америки являются:

— суверенизация латиноамериканской автаркии, в том числе обеспеченная созданием валютной зоны и формированием латиноамериканского института прав человека, учитывающего социокультурные особенности и ценности латиноамериканских народов;

— региональная интеграция, подразумевающая иерархическое устройство латиноамериканской автаркии;

— развитие тихоокеанского вектора сотрудничества с другими центрами геополитического влияния в области региональной безопасности и международной торговли;

— развитие ибероамериканского вектора сотрудничества, способного обеспечить окончательное оформление англосаксонского мира в контексте теории многополярности.

В иллюстрации использовано изображение автора Lukman (CCBY3.0) и изображение автора  DinosoftLabs (CCBY3.0) с сайта https://thenounproject.com/ и фото с сайта https://unsplash.com/
20.02.2024
Важное

22 апреля 1724 года родился Иммануил Кант — один из крупнейших мыслителей в истории мировой философии.

22.04.2024 19:00:00

Таитяне обеспокоены проведением соревнований по серфингу у деревни Теахупоо на юго-западном побережье острова.

22.04.2024 17:00:00

Раскрыты детали мегапроекта, требующего 5 гигаватт энергии.

22.04.2024 14:00:00
Другие Статьи
Елена Бобкова

Основатель музея, этнограф Константин Куксин - о  том, как удалось воссоздать национальный колорит «домов» со всего света.

Наш обозреватель Родион Чемонин убеждён, что С. С. Раджамули круче, чем Джеймс Кэмерон

По мнению Родиона Чемонина, первое правило китайского кинопроката – не говорить о китайском кинопрокате.

Трагедия отодвинула на второй план политические разногласия и объединила усилия мирового сообщества в помощи пострадавшим.