Код сомнений
ВЫСОКОТЕХНОЛОГИЧНАЯ СИСТЕМА ГОЛОСОВАНИЯ В БРАЗИЛИИ ТЕРЯЕТ ДОВЕРИЕ ИЗБИРАТЕЛЕЙ
Бразилия уже четверть века проводит выборы исключительно с помощью электронного голосования и считается мировым пионером цифровых выборов. Однако, несмотря на отсутствие доказанных масштабных фальсификаций и многоуровневую систему защиты, доверие граждан к выборам стремительно снижается. Политическая поляризация, кампании дезинформации и растущие вопросы к роли высшего избирательного органа страны ставят под сомнение устойчивость одной из самых технологичных электоральных систем мира. «За рубежом» публикует перевод статьи The Economist, в которой объясняется, почему одна из самых защищённых систем электронного голосования в мире всё меньше убеждает собственных избирателей в своей надёжности.
Бразилия остаётся единственной страной в мире, где все выборы проводятся полностью в электронном формате. В мае, к 30-летию национальной системы электронного голосования, Высший избирательный суд страны (TSE), отвечающий за организацию и проведение общенациональных выборов, представил её официальный талисман — дружелюбную электронную урну по имени Пилили с большими круглыми глазами. Однако ни появление нового символа, ни масштабная работа TSE с общественностью в последние годы не смогли остановить снижение доверия к избирательной системе.
Согласно данным латиноамериканской исследовательской организации Latinobarómetro, в 2009 году 45 % бразильцев считали выборы честными, тогда как 47 % были убеждены, что они сопровождаются фальсификациями. К 2024 году доля доверяющих избирательному процессу сократилась до 32 %, а число тех, кто подозревает наличие нарушений, выросло до 61 %.
Но именно в 2022 году бывший президент Бразилии Жаир Болсонару, проигравший выборы и пытавшийся сохранить власть, развернул масштабную кампанию по дискредитации электронного голосования, распространяя через интернет ложные сведения о работе избирательных машин. Эти заявления стали одним из факторов, подтолкнувших его сторонников к беспорядкам 8 января 2023 года, когда тысячи протестующих ворвались в здания федеральных органов власти в Бразилиа. Сам Болсонару впоследствии был осуждён за попытку оспорить и отменить результаты голосования.
Впрочем, история с Болсонару стала лишь наиболее ярким проявлением общемировой тенденции — роста недоверия к избирательным процедурам и институтам.
Сейчас его сын Флавио, сенатор, баллотируется на пост президента - выборы пройдут в октябре. Пару месяцев назад, выступая на Конференции консервативных политических действий (CPAC), - ежегодном форуме американских и международных правых сил, который в этом году проходил в Далласе, - он заявил, что победит, если выборы окажутся «свободными и честными». Тем самым он фактически дал понять, что любой иной результат будет свидетельствовать об обратном.
Подобные заявления звучали и от многих сторонников Дональда Трампа, присутствовавших на конференции и распространявших слухи о ненадёжности электронных систем голосования. Хотя в последние месяцы кампания Флавио Болсонару столкнулась с трудностями после публикации переписки, связывающей его с коррумпированным банкиром, политическое наследие его отца продолжает оказывать влияние на общественные настроения. Значительная часть бразильских правых, особенно в социальных сетях, сегодня охотно распространяет тезисы о ненадёжности электронного голосования.
Результаты всеобщих выборов уже оспаривались проигравшими сторонами в 2014, 2018 и 2022 годах. Если нынешняя кампания завершится с минимальным разрывом между кандидатами, проигравший вновь может заявить о фальсификациях.
Процедура голосования выглядит следующим образом. Войдя в кабинку, избиратель проходит идентификацию по отпечатку пальца. Затем он вводит двухзначный номер выбранного кандидата и подтверждает свой выбор. При этом голоса записываются не в порядке поступления, а в случайной последовательности, что обеспечивает тайну волеизъявления.
После закрытия участков в 17:00 система распечатывает итоговый протокол голосования по каждому участку. Этот документ вывешивается для всеобщего ознакомления и является единственным бумажным свидетельством результатов голосования.
Затем сотрудники избирательной комиссии извлекают из устройств носители памяти и через защищённую виртуальную сеть передают в штаб-квартиру TSE зашифрованные электронные данные. Программное обеспечение для этой процедуры разработано самим судом и использует механизмы защиты, сопоставимые с теми, что применяются в банковской сфере.
Каждая машина для голосования имеет уникальную цифровую подпись, которой заверяются передаваемые данные. Если подпись не совпадает с информацией в базе TSE, соответствующий пакет данных автоматически отклоняется. Устройства не оснащены оборудованием для подключения к интернету или Bluetooth. Аналогичная система цифровой аутентификации применяется и к носителям памяти: если подпись не совпадает, машина отказывается работать с таким устройством.
«Даже если предположить наличие одного или нескольких недобросовестных сотрудников внутри TSE, система содержит слишком много уровней защиты, чтобы кто-либо мог повлиять на итоговый результат голосования», — говорит профессор криптографии Федерального университета штата Мату-Гросу-ду-Сул Карлос Альберту да Силва.
По словам Кармен Лусии, до недавнего времени возглавлявшей Высший избирательный суд, за три десятилетия существования электронной системы голосования не было представлено ни одного доказательства масштабных электоральных фальсификаций. «Этот факт говорит сам за себя», — подчёркивает она.
Результаты голосования становятся известны уже через четыре часа после закрытия участков. Избиратели могут самостоятельно проверить их, сопоставив опубликованные на сайте TSE электронные журналы голосования с данными, размещёнными непосредственно на участках. Кроме того, независимая Федеральная счётная палата делает случайную выборку бумажных протоколов и сравнивает её с электронными результатами. После завершения проверки официально объявляется победитель.
Кульминацией кризиса стали выборы 1994 года в штате Рио-де-Жанейро, где были выявлены многочисленные нарушения. Сотни бюллетеней оказались заполнены одним и тем же почерком. После этого Высший избирательный суд сформировал рабочую группу из инженеров и специалистов по праву, которой было поручено разработать новую систему голосования. К 2000 году страна полностью перешла на электронные выборы.
Стремясь укрепить доверие к системе, TSE перед каждыми выборами проводит специальные хакатоны. Участвовать в них может любой гражданин старше 18 лет, причём все расходы организаторы берут на себя. Участникам предоставляется доступ к программному обеспечению и оборудованию избирательных машин, после чего они могут попытаться выявить уязвимости в системе.
Если такая уязвимость обнаруживается, её устраняют, а исследователей приглашают повторно проверить обновлённую версию системы. Кроме того, исходный код программного обеспечения доступен для проверки университетам, вооружённым силам, федеральной полиции, общественным организациям, включая Бразильскую коллегию адвокатов, а также политическим партиям.
Профессор кибербезопасности частного образовательного института Atitus Маркос Роберту душ Сантуш участвовал в подобных испытаниях четыре раза. «Если у вас есть сомнения относительно системы, это ваше право. Но тогда проверьте её сами», — говорит он.
По его мнению, попытки Болсонару дискредитировать систему в 2022 году были продиктованы прежде всего политическими интересами. После поражения партия Болсонару потребовала аннулировать результаты второго тура президентских выборов, но при этом претензий к первому туру, по итогам которого она получила крупнейшее представительство в Национальном конгрессе, не возникло.
ВСЕМОГУЩИЙ ИЗБИРАТЕЛЬНЫЙ СУД
Однако даже открытость процедур и использование современных криптографических технологий имеют свои пределы. Одновременно с падением доверия к выборам снижается и доверие бразильцев к судебной системе.
При этом состав суда частично пересекается с составом Верховного федерального суда, который многие бразильцы воспринимают с недоверием. Один из наиболее влиятельных его судей — Александр де Мораес — курировал процесс по делу о попытке переворота, связанной с Болсонару. Во время работы в TSE под его руководством назначались штрафы за распространение ложных сведений об электронном голосовании, а самому Болсонару было запрещено занимать государственные должности.
По мнению бразильского специалиста по кибербезопасности Диегу Араньи, работающего в Орхусском университете в Дании, TSE сосредоточил в своих руках слишком много полномочий, что потенциально создаёт конфликт интересов.
«Страна настолько поляризована, что любой добросовестный критик системы автоматически оказывается записан в сторонники болсонаризма, даже если его замечания носят исключительно технический характер», — отмечает эксперт.
Среди таких критиков распространено мнение, что система могла бы стать прозрачнее, если бы машины для голосования формировали не только итоговые протоколы по участкам, но и индивидуальные бумажные подтверждения каждого голоса. Подобный подход, например, применяется в Индии.
Бразильский Конгресс неоднократно предлагал дополнить электронную систему бумажными квитанциями, однако Высший избирательный суд выступал против этой инициативы. В 2002 году был проведён эксперимент, в рамках которого к машинам подключили принтеры. Однако техника регулярно сбоила и требовала вмешательства операторов.
«Бразильский опыт показывает, что индивидуальные бумажные квитанции способны открыть путь к принуждению и контролю над избирателями, а это подрывает легитимность всего процесса», — подчёркивает Кармен Лусия.
12 мая председателем Высшего избирательного суда стал Кассиу Нуниш Маркес — судья Верховного суда, назначенный в своё время Жаиром Болсонару. Из двух других судей Верховного суда, входящих в состав TSE, один также получил назначение при Болсонару, а второй в последние годы заметно сблизился с Флавиу Болсонару.
Если Александра де Мораеса критики обвиняли в чрезмерной активности и слишком широком понимании полномочий суда, то Нуниш Маркес уже заявил, что на предстоящих выборах TSE будет вмешиваться в политический процесс настолько мало, насколько это возможно. И может быть, это позволит хотя бы временно снизить напряжённость среди сторонников Болсонару.
Перевод Ивана Коновалова
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
Бразилия остаётся единственной страной в мире, где все выборы проводятся полностью в электронном формате. В мае, к 30-летию национальной системы электронного голосования, Высший избирательный суд страны (TSE), отвечающий за организацию и проведение общенациональных выборов, представил её официальный талисман — дружелюбную электронную урну по имени Пилили с большими круглыми глазами. Однако ни появление нового символа, ни масштабная работа TSE с общественностью в последние годы не смогли остановить снижение доверия к избирательной системе.
Согласно данным латиноамериканской исследовательской организации Latinobarómetro, в 2009 году 45 % бразильцев считали выборы честными, тогда как 47 % были убеждены, что они сопровождаются фальсификациями. К 2024 году доля доверяющих избирательному процессу сократилась до 32 %, а число тех, кто подозревает наличие нарушений, выросло до 61 %.
Меняется и отношение непосредственно к электронным машинам для голосования. В ходе одного из последних опросов, 43 % респондентов заявили, что не доверяют этим устройствам. Для сравнения: в аналогичном исследовании 2022 года таких было лишь 22 %.
Но именно в 2022 году бывший президент Бразилии Жаир Болсонару, проигравший выборы и пытавшийся сохранить власть, развернул масштабную кампанию по дискредитации электронного голосования, распространяя через интернет ложные сведения о работе избирательных машин. Эти заявления стали одним из факторов, подтолкнувших его сторонников к беспорядкам 8 января 2023 года, когда тысячи протестующих ворвались в здания федеральных органов власти в Бразилиа. Сам Болсонару впоследствии был осуждён за попытку оспорить и отменить результаты голосования.
Впрочем, история с Болсонару стала лишь наиболее ярким проявлением общемировой тенденции — роста недоверия к избирательным процедурам и институтам.
Сейчас его сын Флавио, сенатор, баллотируется на пост президента - выборы пройдут в октябре. Пару месяцев назад, выступая на Конференции консервативных политических действий (CPAC), - ежегодном форуме американских и международных правых сил, который в этом году проходил в Далласе, - он заявил, что победит, если выборы окажутся «свободными и честными». Тем самым он фактически дал понять, что любой иной результат будет свидетельствовать об обратном.
Подобные заявления звучали и от многих сторонников Дональда Трампа, присутствовавших на конференции и распространявших слухи о ненадёжности электронных систем голосования. Хотя в последние месяцы кампания Флавио Болсонару столкнулась с трудностями после публикации переписки, связывающей его с коррумпированным банкиром, политическое наследие его отца продолжает оказывать влияние на общественные настроения. Значительная часть бразильских правых, особенно в социальных сетях, сегодня охотно распространяет тезисы о ненадёжности электронного голосования.
Результаты всеобщих выборов уже оспаривались проигравшими сторонами в 2014, 2018 и 2022 годах. Если нынешняя кампания завершится с минимальным разрывом между кандидатами, проигравший вновь может заявить о фальсификациях.
Недоверие к избирательной системе связано прежде всего с политической поляризацией общества и распространением дезинформации в интернете, а не с доказанными случаями нарушений. Тем не менее техническая сложность самой системы облегчает распространение мифов и домыслов о её работе.
Процедура голосования выглядит следующим образом. Войдя в кабинку, избиратель проходит идентификацию по отпечатку пальца. Затем он вводит двухзначный номер выбранного кандидата и подтверждает свой выбор. При этом голоса записываются не в порядке поступления, а в случайной последовательности, что обеспечивает тайну волеизъявления.
После закрытия участков в 17:00 система распечатывает итоговый протокол голосования по каждому участку. Этот документ вывешивается для всеобщего ознакомления и является единственным бумажным свидетельством результатов голосования.
Затем сотрудники избирательной комиссии извлекают из устройств носители памяти и через защищённую виртуальную сеть передают в штаб-квартиру TSE зашифрованные электронные данные. Программное обеспечение для этой процедуры разработано самим судом и использует механизмы защиты, сопоставимые с теми, что применяются в банковской сфере.
Каждая машина для голосования имеет уникальную цифровую подпись, которой заверяются передаваемые данные. Если подпись не совпадает с информацией в базе TSE, соответствующий пакет данных автоматически отклоняется. Устройства не оснащены оборудованием для подключения к интернету или Bluetooth. Аналогичная система цифровой аутентификации применяется и к носителям памяти: если подпись не совпадает, машина отказывается работать с таким устройством.
«Даже если предположить наличие одного или нескольких недобросовестных сотрудников внутри TSE, система содержит слишком много уровней защиты, чтобы кто-либо мог повлиять на итоговый результат голосования», — говорит профессор криптографии Федерального университета штата Мату-Гросу-ду-Сул Карлос Альберту да Силва.
По словам Кармен Лусии, до недавнего времени возглавлявшей Высший избирательный суд, за три десятилетия существования электронной системы голосования не было представлено ни одного доказательства масштабных электоральных фальсификаций. «Этот факт говорит сам за себя», — подчёркивает она.
Результаты голосования становятся известны уже через четыре часа после закрытия участков. Избиратели могут самостоятельно проверить их, сопоставив опубликованные на сайте TSE электронные журналы голосования с данными, размещёнными непосредственно на участках. Кроме того, независимая Федеральная счётная палата делает случайную выборку бумажных протоколов и сравнивает её с электронными результатами. После завершения проверки официально объявляется победитель.
Переход к электронному голосованию стал ответом на многочисленные злоупотребления, сопровождавшие бразильские выборы в прошлом. Многие неграмотные граждане голосовали по бумажным бюллетеням, которые за них заранее заполняли люди, связанные с политиками. В списках избирателей регулярно обнаруживались умершие или вовсе несуществующие граждане.
Кульминацией кризиса стали выборы 1994 года в штате Рио-де-Жанейро, где были выявлены многочисленные нарушения. Сотни бюллетеней оказались заполнены одним и тем же почерком. После этого Высший избирательный суд сформировал рабочую группу из инженеров и специалистов по праву, которой было поручено разработать новую систему голосования. К 2000 году страна полностью перешла на электронные выборы.
Стремясь укрепить доверие к системе, TSE перед каждыми выборами проводит специальные хакатоны. Участвовать в них может любой гражданин старше 18 лет, причём все расходы организаторы берут на себя. Участникам предоставляется доступ к программному обеспечению и оборудованию избирательных машин, после чего они могут попытаться выявить уязвимости в системе.
Если такая уязвимость обнаруживается, её устраняют, а исследователей приглашают повторно проверить обновлённую версию системы. Кроме того, исходный код программного обеспечения доступен для проверки университетам, вооружённым силам, федеральной полиции, общественным организациям, включая Бразильскую коллегию адвокатов, а также политическим партиям.
Профессор кибербезопасности частного образовательного института Atitus Маркос Роберту душ Сантуш участвовал в подобных испытаниях четыре раза. «Если у вас есть сомнения относительно системы, это ваше право. Но тогда проверьте её сами», — говорит он.
По его мнению, попытки Болсонару дискредитировать систему в 2022 году были продиктованы прежде всего политическими интересами. После поражения партия Болсонару потребовала аннулировать результаты второго тура президентских выборов, но при этом претензий к первому туру, по итогам которого она получила крупнейшее представительство в Национальном конгрессе, не возникло.
ВСЕМОГУЩИЙ ИЗБИРАТЕЛЬНЫЙ СУД
Однако даже открытость процедур и использование современных криптографических технологий имеют свои пределы. Одновременно с падением доверия к выборам снижается и доверие бразильцев к судебной системе.
В большинстве стран организацией выборов занимаются административные органы, тогда как суды отдельно рассматривают нарушения избирательного законодательства. В Бразилии же Высший избирательный суд объединяет сразу несколько функций: организует выборы, отвечает за закупку и эксплуатацию машин для голосования, разрабатывает программное обеспечение, утверждает результаты, рассматривает споры и противодействует дезинформации.
При этом состав суда частично пересекается с составом Верховного федерального суда, который многие бразильцы воспринимают с недоверием. Один из наиболее влиятельных его судей — Александр де Мораес — курировал процесс по делу о попытке переворота, связанной с Болсонару. Во время работы в TSE под его руководством назначались штрафы за распространение ложных сведений об электронном голосовании, а самому Болсонару было запрещено занимать государственные должности.
По мнению бразильского специалиста по кибербезопасности Диегу Араньи, работающего в Орхусском университете в Дании, TSE сосредоточил в своих руках слишком много полномочий, что потенциально создаёт конфликт интересов.
«Страна настолько поляризована, что любой добросовестный критик системы автоматически оказывается записан в сторонники болсонаризма, даже если его замечания носят исключительно технический характер», — отмечает эксперт.
Среди таких критиков распространено мнение, что система могла бы стать прозрачнее, если бы машины для голосования формировали не только итоговые протоколы по участкам, но и индивидуальные бумажные подтверждения каждого голоса. Подобный подход, например, применяется в Индии.
Бразильский Конгресс неоднократно предлагал дополнить электронную систему бумажными квитанциями, однако Высший избирательный суд выступал против этой инициативы. В 2002 году был проведён эксперимент, в рамках которого к машинам подключили принтеры. Однако техника регулярно сбоила и требовала вмешательства операторов.
По мнению TSE, такие неисправности могли бы серьёзно замедлить подсчёт голосов. Кроме того, в суде считают, что наличие индивидуальных бумажных подтверждений создаёт угрозу тайне голосования: преступные группировки или местные политические боссы получили бы возможность требовать от избирателей доказательства того, за кого они проголосовали.
«Бразильский опыт показывает, что индивидуальные бумажные квитанции способны открыть путь к принуждению и контролю над избирателями, а это подрывает легитимность всего процесса», — подчёркивает Кармен Лусия.
12 мая председателем Высшего избирательного суда стал Кассиу Нуниш Маркес — судья Верховного суда, назначенный в своё время Жаиром Болсонару. Из двух других судей Верховного суда, входящих в состав TSE, один также получил назначение при Болсонару, а второй в последние годы заметно сблизился с Флавиу Болсонару.
Если Александра де Мораеса критики обвиняли в чрезмерной активности и слишком широком понимании полномочий суда, то Нуниш Маркес уже заявил, что на предстоящих выборах TSE будет вмешиваться в политический процесс настолько мало, насколько это возможно. И может быть, это позволит хотя бы временно снизить напряжённость среди сторонников Болсонару.
Перевод Ивана Коновалова
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai
09.06.2026
Важное
Источник: газета «За рубежом».
Номер и дата выпуска: № 24, 8 июня 1979 г.
09.06.2026 11:00:00
Сотни двойников Чарли Чаплина собрались у бывшего дома актёра в Швейцарии, чтобы отметить юбилей посвящённого ему музея.
09.06.2026 09:00:00
Другие Статьи
20 лет назад вышла «Задача трёх тел» Лю Цысиня — роман, ставший символом китайской научной фантастики. Почему трилогия о Трисолярисе, космической угрозе и «тёмном лесе» покорила мир, какое влияние оказала на науку и как предсказала превращение Китая в технологическую сверхдержаву.
В предгорьях аргентинских Анд недостроенный китайский радиотелескоп стал символом новой геополитической борьбы: США опасаются, что Пекин прикрывает наукой слежку за спутниками, и вытесняют китайские проекты из Южной Америки.
Папа Римский освятит башню Иисуса Христа храма Саграда Фамилия 10 июня. Однако до полного воплощения замысла Антонио Гауди еще далеко.
NASA официально завершило миссию MAVEN, признав космический аппарат невосстановимым после потери связи с ним в конце прошлого года. Решение ставит точку в одной из важнейших программ по изучению Марса и его атмосферы.