I2U2 и Авраамовы инвестиции

РОДОМ ИЗ «АВРААМОВЫХ СОГЛАШЕНИЙ»

Формат I2U2 возник благодаря соглашениям, подписанным 15 сентября 2020 года в Белом доме при активном посредничестве администрации Дональда Трампа. Эти договорённости нормализовали отношения между Израилем и ОАЭ (позднее к ним присоединились Бахрейн, Судан и Марокко) и положили конец десятилетиям дипломатической изоляции еврейского государства в арабском мире без предварительного урегулирования палестинского вопроса. Уже в 2021 году американские и израильские стратеги решили закрепить этот прорыв, добавив к паре Израиль – ОАЭ Индию – крупнейший рынок, источник рабочей силы и технологического партнёра.

В июле 2021 года эксперт Ближневосточного института (MEI) Мохаммед Солиман опубликовал статью «Индо-авраамовский альянс на подъёме», где предложил создать четырёхстороннюю платформу с участием Индии, Израиля, ОАЭ и США. 3 августа 2021 года индийский аналитик С. Раджа Мохан поддержал концепцию на страницах The Indian Express, назвав её ключевым импульсом для расширения влияния Нью-Дели на страны, расположенные к западу от субконтинента.

До практических шагов дело дошло 18 октября. На встрече в Тель-Авиве присутствовали главы внешнеполитических ведомств четырёх стран; представители США и ОАЭ присоединились к переговорам по видеосвязи. Тогда объединение получило рабочее название «Международный форум экономического сотрудничества», а впоследствии за ним официально закрепилась аббревиатура I2U2, образованная от первых букв названий стран-участниц: India, Israel, United Arab Emirates и United States.

В отличие от Четырёхстороннего диалога по безопасности (QUAD) в Индо-Тихоокеанском регионе, объединяющего США, Индию, Японию и Австралию и с самого начала ориентированного на совместные военные учения, обмен разведданными и сдерживание Китая, формат I2U2 изначально задумывался как сугубо геоэкономический инструмент. Никаких обязательств по коллективной обороне, совместных манёвров или разведывательного сотрудничества не предусматривалось. Основной акцент сделан на частный сектор: государства выполняют роль координаторов, в то время как реальные инвестиции и технологии должны поступать непосредственно от бизнеса.


21 сентября того же года они подписали с Госдепартаментом США меморандум о создании публично-частного партнёрства – I2U2 Private Enterprise Partnership. В фокусе этого партнёрства – семь стратегических сфер, ранее обозначенных участниками I2U2 в качестве приоритетных: водные ресурсы, энергетика, транспорт, космос, здравоохранение, продовольственная безопасность и критические технологии.

Наиболее продвинутыми среди заявленных инициатив остаются два флагманских проекта, анонсированных ещё в июле 2022 года, – в сфере продовольственной безопасности и чистой энергетики. Первое направление предполагает инвестиции ОАЭ в размере 2 млрд долларов в создание сети интегрированных продовольственных парков на территории Индии, прежде всего в штатах Гуджарат и Мадхья-Прадеш. Цель инициативы – внедрение климатически устойчивых технологий, сокращение потерь и порчи продукции, экономия пресной воды, использование возобновляемых источников энергии и повышение урожайности. Индийская сторона предоставляет землю и обеспечивает интеграцию местных фермеров, а Израиль и США должны были подключить частный сектор с передовыми агротехнологиями.

Второй проект, связанный с возобновляемой энергией, представляет собой гибридный комплекс мощностью 300 МВт в штате Гуджарат, объединяющий ветровую и солнечную генерацию с системой накопления энергии на базе батарейных хранилищ. Это решение позволит вырабатывать электричество стабильнее, в том числе в пасмурную и безветренную погоду. Технико-экономическое обоснование полностью профинансировано Агентством США по торговле и развитию (USTDA). Оценочная стоимость инициативы составляет около 330 млн долларов. ОАЭ рассматривают своё участие прежде всего как инвестора и поставщика управленческого опыта. Израиль и США предлагают технологические решения – от высокоэффективных солнечных панелей и ветряных турбин до современных систем хранения энергии. Проект поддерживает одну из ключевых национальных целей Индии – довести установленную мощность возобновляемых источников энергии до 500 ГВт к 2030 году. На фоне постоянно растущего энергопотребления страны такая инициатива оказывается весьма кстати.

Впрочем, как и в ситуации с продовольственными парками, по состоянию на апрель 2026 года энергетический проект всё ещё находится на ранней стадии: участники продолжают комплексную проверку и активно ищут частных инвесторов, готовых вложить реальные средства, однако ни одного окончательного инвестиционного решения пока принято не было.


Она предусматривает использование спутниковых данных наблюдения Земли для создания единого инструмента мониторинга. Все участники формата – подписанты «Соглашения Артемиды» (о принципах сотрудничества в исследовании и использовании Луны, Марса, комет и астероидов в мирных целях), что значительно упрощает техническое взаимодействие. Проект должен помогать правительствам, международным организациям и бизнесу отслеживать климатические изменения и оперативно реагировать на гуманитарные кризисы.

Ещё раньше, в феврале 2023 года, на бизнес-форуме I2U2 в Нью-Дели Индия официально присоединилась к международной миссии сельскохозяйственных инноваций в интересах борьбы с изменением климата и глобальным голодом (AIM for Climate). Инициатива, запущенная США и ОАЭ, направлена на продвижение инноваций в климатически устойчивом сельском хозяйстве – от точного земледелия до снижения выбросов метана и повышения эффективности использования воды.


НЕУДОБНЫЕ СОСЕДИ

Одной лишь экономической риторикой повестка I2U2 не исчерпывается. Когда речь идёт о столь разных государствах, неизбежно возникает политический подтекст, а вместе с ним и незакрытые гештальты в виде давних конфликтов интересов.

Во-первых, иранский фактор. Для США и Израиля Тегеран остаётся главным региональным противником. Для Индии и ОАЭ – это прагматичный партнёр. Нью-Дели до последнего времени продолжал инвестировать в порт Чабахар, рассматривая его как важный коридор для логистики с Афганистаном и альтернативу пакистанским маршрутам. ОАЭ, хоть и не столь активно, поддерживают рабочие каналы связи с Ираном, стремясь снижать напряжённость в Персидском заливе. И даже сейчас, когда иранские ракеты поражают цели на территории Эмиратов, говорить о переходе Абу-Даби в категорию «врагов Ирана» не приходится. Всё это делает невозможным превращение I2U2 в антииранский блок, хотя именно такого развития событий иногда ожидают в Вашингтоне и Тель-Авиве.

Во-вторых, Китай. Вашингтон и Нью-Дели воспринимают Пекин как стратегическую угрозу. В то же время ОАЭ и Израиль активно привлекают китайские инвестиции и технологии в инфраструктуру, порты и высокотехнологичные отрасли. По-видимому, ни Дубай, ни Абу-Даби не готовы жертвовать этими связями ради американских приоритетов.

В-третьих, палестинский вопрос и общественное мнение в арабском мире. После событий октября 2023 года любые деловые инициативы с участием Израиля сталкиваются с бойкотами и общественным давлением внутри ОАЭ и шире – по всему региону. Даже США, давний союзник еврейского государства, не смогли избежать этой участи и также столкнулись с волной возмущения. На фоне непрекращающейся эскалации давление лишь усиливается и перекидывается на новые страны.


ВСЁ БЫ НИЧЕГО, НО…

Отдельного внимания заслуживает нынешняя расстановка сил на Ближнем Востоке. Речь идёт о прямом военном противостоянии между Израилем и США, с одной стороны, и Ираном – с другой. Все четыре участника I2U2 оказались втянуты в этот кризис, но по-разному.

США и Израиль действуют как прямые стороны конфликта. ОАЭ, будучи членом арабского мира, вынуждены балансировать между осуждением иранских ударов по арабским территориям и нежеланием полностью разрывать каналы связи с Тегераном. Индия занимает наиболее осторожную позицию: она осуждает эскалацию и призывает к деэскалации, но продолжает поддерживать экономические связи с Израилем и одновременно сохраняет дипломатические отношения с Ираном.


Объединение справляется с этой ситуацией путём максимальной «деполитизации» повестки. Официальные заявления и встречи фокусируются на продовольственной безопасности, возобновляемой энергии и технологическом сотрудничестве, избегая любых совместных комментариев по вопросам безопасности или иранской проблематики. Фактически формат перешёл в режим паузы, а совместные инициативы замедлились, хотя и не заморожены полностью. Индия и ОАЭ продолжают двигаться вперёд по двусторонним трекам, в то время как израильско-американское участие ограничено военными приоритетами.


ЕСТЬ ЛИ ПЕРСПЕКТИВА?

Что касается экономики, то если проектам удастся выйти из стадии due diligence (комплексной проверки активов), а сам формат синхронизируется с транспортным коридором «Индия — Ближний Восток — Европа» (IMEC), I2U2 сможет заложить основу реальной цепочки поставок в этом направлении, снизив зависимость от китайских маршрутов. Звучит более чем оптимистично, и, пожалуй, основания для такого сценария есть.

В действительности главным тормозом на пути к этому «прекрасному будущему» остаётся неизменная региональная нестабильность. Пока продолжается война в Газе и связанная с ней широкая эскалация между Израилем и Ираном, еврейское государство физически и политически не может в полной мере вкладываться в экономические проекты I2U2. Возможная смена акцентов в Вашингтоне способна ещё больше ослабить американскую поддержку формата. Даже для Индии ситуация остаётся достаточно неоднозначной: Нью-Дели по-прежнему необходимо углублять связи с Израилем и ОАЭ, не жертвуя при этом традиционными отношениями с Ираном, Россией и странами Глобального Юга, где индийская дипломатия привыкла сохранять нейтралитет.

Это сложнейшая головоломка, решить которую предстоит довольно скромному экономическому эксперименту под названием I2U2. За четыре с лишним года формат доказал, что способен генерировать интересные идеи и анонсировать амбициозные начинания, но на этом пока всё.

Дальнейшая судьба объединения зависит даже не столько от качества бизнес-планов, сколько от того, сможет ли регион хотя бы частично выйти из очередного витка почти вечного ближневосточного конфликта. Без заметной деэскалации вокруг Газы и Ирана платформа, скорее всего, продолжит существовать в режиме «управляемого торможения» с редкими встречами, двусторонними подвижками и медленно продвигающимися инициативами. I2U2 не умрёт быстро, но и яркого прорыва в ближайшие годы ожидать точно не стоит.

---

Максим Крылов
Иллюстрация: «За рубежом», Leonardo.ai