Геополитический треугольник

Турбулентность в глобальной геополитике, вызванная сдвигом от Трансатлантического к Азиатско-Тихоокеанскому региону, связана с подъёмом Китая и нескольких быстрорастущих экономик стран с развивающимися рынками и развивающихся стран из Азии, Европы, Африки и Латинской Америки. Согласно докладу МВФ по мировой экономике, опубликованному в апреле 2024 года, девять из двадцати самых быстрорастущих экономик мира находились в Африке. Оба фактора подкрепляют друг друга, дополняя растущий уровень связности (физической и цифровой) новыми технологиями, увеличивающими производительность.

Перспектива процветания приветствуется всеми странами Глобального Юга, которые составляют 80 процентов мира. Эти страны отличаются от богатых развитых индустриальных стран, которые на Глобальном Юге зачастую оценивают как колонизаторов и эксплуататоров, называя странами Глобального Севера.

В нынешнем многополярном мире есть три великие державы, а именно США, Китай и Россия, которые поддерживают две противоположные модели глобального управления. Эти державы отвечают за формирование глобальной геополитики и её стабильность.

Другая модель глобального управления, поддерживаемая Китаем и Россией, – это развитие международного права на основе ООН, равенства государств, неделимой безопасности, многосторонности и глобализации для развития и процветания.

Желая сблизиться с Глобальным Севером, Индия, принадлежащая к Глобальному Югу, самая густонаселённая страна в мире и одна из основательниц БРИКС, возникшей из треугольника Россия – Индия – Китай, решила не нормализовывать отношения с Китаем по двум причинам:

Во-первых, Индия не хочет вызывать недовольство США, с которыми она развила прочные стратегические, оборонные, военные, технологические и дипломатические связи для сдерживания Китая.

Во-вторых, Индия не смирилась с тем, что Китай становится великой державой. Поскольку она не может конкурировать с Китаем из-за непреодолимого разрыва в национальных возможностях, Индия создала ощущение конкуренции своим председательством в G20 в 2023 году.

Кульминацией председательства Индии в G20 стал саммит «Голос Глобального Юга» (VOGSS), проведённый в виртуальном формате. Первый онлайн-саммит VOGSS, прошедший в январе 2023 года с участием более ста стран Глобального Юга, помог Индии разобраться в их позициях, а некоторые тезисы были включены в Делийскую декларацию, опубликованную на саммите G20 в сентябре 2023 года. Это побудило Индию включить Африканский союз в качестве 21-го члена G20. Воодушевлённая этим, Индия провела ещё два онлайн-совещания VOGSS в ноябре 2023 года и в августе 2024 года. Целью этих мероприятий, как объяснил министр иностранных дел Индии Субраманьям Джайшанкар, было желание Дели помочь странам Глобального Юга в рамках Целей устойчивого развития (ЦУР), став мостом между странами Глобального Севера и Глобального Юга. Это подразумевает лидирующую роль Индии в глобальной геополитике.

Более того, страны Глобального Юга привлекает китайская инициатива «Пояс и путь» и согласование её 15 национальных Целей устойчивого развития (ЦУР) с повесткой дня ООН ЦУР-2030, которую Китай предложил поддержать через свою Глобальную инициативу развития (GDI). Учитывая популярность инициативы «Пояс и путь», непревзойдённый опыт строительства международной инфраструктуры, а также три инициативы председателя Си, а именно GDI, Глобальную инициативу безопасности (GSI) и Глобальную цивилизационную инициативу (GCI), основанные на законодательстве ООН, можно сказать, что без Китая конгломерат Глобального Юга вряд ли был бы возможен.

Популярность проекта «Пояс и путь» очевидна в Южной Азии, где стратегические инициативы Китая затмили традиционное гегемонистское влияние Индии на её менее крупных соседей. Сегодня, за исключением Индии и Бутана, все южноазиатские страны, а именно Непал, Шри-Ланка, Мальдивы, Бангладеш и Пакистан, являются участниками «Пояса и пути», а Афганистан ведёт переговоры об экономическом сотрудничестве с Китаем.

Насколько мало Индия может предложить странам Глобального Юга, очевидно из её неспособности использовать возможности варианта «Китай плюс один», который появился в результате политики США и ЕС по деглобализации и снижения рисков, направленной на перемещение глобальных цепочек поставок из Китая. Ведущий аналитический центр индийского правительства NITI Aayog сообщил, что Вьетнам, Таиланд, Малайзия и Камбоджа получили большую выгоду от формата «Китай плюс один», чем Индия, по различным политическим, бюрократическим и структурным причинам.

К 2030 году Индия, вместо того чтобы стать лидером стран Глобального Юга, может, следуя технологическим стандартам США, оказаться стратегически изолированной от своих соседей, которые воспримут китайские технологии электронной коммерции и цифровой торговли.

Индийская мечта стать развитой страной может быть реализована только коллективно, в рамках Глобального Юга, вместе с Россией и Китаем. Потому что именно эта модель глобального управления обещает устойчивое развитие.